Пари для простаков
Шрифт:
— В глубине, за теми коробками мы будем в безопасности. Там и заляжем.
— Как хорошо, что среди нас есть врач, — продолжал Фоллет. — Ник, вы можете нам пригодиться, если этот фейерверк сработает. Что касается меня, то я отправляюсь искать себе местечко прямо сейчас.
Уоррен и Тоузьер последовали за ним и соорудили из ящиков примитивную баррикаду. Затем они легли на мешки с соломой и стали ждать. Минуты ползли медленно, и Уоррен, к немалому своему удивлению, обнаружил, что его клонит ко сну. Если бы ему кто-то сказал, что такое может случиться с ним в подобных
— Пять минут, готовьтесь.
Уоррен не был уверен, сработает ли бомба Тоузьера. Если да, то будет ли она достаточно мощной? А если чрезмерно мощной? Фоллет тоже этого боялся.
— Четыре минуты, — сказал Тоузьер, не отрывая глаз от часов. — Джонни, вы идете первым, затем — Ник. Я буду замыкать.
Счет уже пошел на секунды, и Уоррен почувствовал, как у него внутри все сжалось. Во рту стало сухо, а в желудке неприятно посасывало, как от голода. И все-таки он был в состоянии оценивать происходящее как бы со стороны, он подумал: «Так вот что это такое — быть во власти страха».
Тоузьер сказал:
— Три минуты. — И в этот момент щелкнул замок. — Дьявол! — воскликнул он. — Кто-то идет.
Фоллет проворчал:
— Ничего себе выбрал времечко.
Когда дверь отворилась, Тоузьер приподнял голову и увидел на фоне серого рассветного неба силуэт Ахмеда. Его насмешливый голос эхом отразился от стен:
— Что, все спят? И никаких угрызений совести?
Тоузьер приподнялся на локте, словно сию минуту проснулся.
— Какого черта вам нужно? — проворчал он.
— Я хочу с кем-нибудь поговорить, — сказал Ахмед. — Ну, кого выберем? Кого, мистер Тоузьер, посоветуйте.
Тоузьер тянул время. Он взглянул на часы и сказал:
— Что-то вы рано пришли. Давайте через часок. А еще лучше вообще не приходите. — «Полторы минуты!».
Ахмед развел руки.
— Боюсь, что не смогу удовлетворить ваше желание, мистер Тоузьер. Мой отец спит мало, он старый человек, и сейчас он уже на ногах и жаждет поговорить с вами.
— Ладно, — сказал Тоузьер. — Вставайте, ребята. Я даю вам минуту на то, чтобы встать. Одну минуту — слышите?
Уоррен понял намек и продолжал лежать.
— Ну что там такое, Энди? Я устал.
— А, мистер Уоррен, я вижу, вы хорошо спали. — Ахмед повысил голос. — А ну-ка вставайте! Или мне приказать вытащить вас отсюда? Мой отец ждет вас, он хочет вам показать, что такое истинно курдское гостеприимство. — Он захохотал.
Тоузьер взглянул на Ахмеда и бросился на пол. Когда взорвалась бомба, Ахмед еще хохотал. Взрыв сорвал дверь с петель и швырнул ее прямо на него. Его тело с колоссальной силой было отброшено к каменной стене и превратилось в кровавое месиво. Поднялся вихрь пыли и вдали кто-то закричал.
— Вперед! — прорычал Тоузьер.
Фоллет, как и договаривались, первым выбежал из пещеры. Он резко свернул налево и, споткнувшись о лежащее тут же чье-то тело, чуть было не полетел в пропасть. Уоррен, который следовал за ним, успел схватить его за руку. Фоллет устоял
Фоллет спускался на большой скорости, из-под его ног лавиной летели струи песка и камни. Уоррен, шедший следом, наступил на камень, потерял равновесие и чуть не сорвался с тропы. Но могучая рука Тоузьера ухватила его за пояс. Так или иначе, они миновали опасную тропу.
Между тем в долине подняли тревогу. Послышались автоматные очереди, винтовочные выстрелы, уханье гранат. Одна из пещер вдалеке, сотрясая землю, взорвалась, и прилегающая к ней часть карниза обрушилась вниз. «Некоторые мероприятия» Меткалфа приобретали все признаки небольшой войны.
В сером свете наступающего утра они бежали к своим «лендроверам». Какой-то человек, видимо, со сломанным позвоночником лежал прямо под пещерой. Он был сброшен с карниза взрывом тоузьеровской бомбы. Уоррен перепрыгнул через него и догнал Фоллета. Сзади семенил Тоузьер.
Они увидели небольшое стадо верблюдов, перепуганных шумом. Некоторые из них сорвались с привязи и начали метаться по долине, где и так царила суматоха, пуля просвистела мимо Уоррена, и срикошетила о скалу. Кое-кто, видимо, оправился от шока и начал стрелять по ним. Времени на размышления не оставалось — надо было добраться до «лендроверов», и как можно скорее.
До них было еще ярдов сто, они уже задыхались от бега, но ноги продолжали энергично работать. Около машин неизвестно откуда возникли три курда, один из них опустился на одно колено и прицелился. Промахнуться он не мог, но между ним и бежавшими вдруг оказался верблюд, который и принял на себя пулю. Фоллет резко свернул вправо, используя падающее животное как прикрытие, и в это время один из курдов был сбит с ног другим обезумевшим от страха верблюдом.
Фоллет прыгнул на курда и с силой всадил каблук своего кованого ботинка ему в горло. Схватив его винтовку, он начал стрелять на бегу. Неожиданно обстрелянные двое курдов бросились бежать. Путь к машинам был свободен.
В долине царил полный переполох — верблюды срывались с привязи и метались, как бешеные. Это их и спасло, как решил потом Уоррен. Верблюды все время мешали курдам прицеливаться, и пули пролетали мимо.
Уоррен, наконец, подбежал к ближнему «лендроверу», рванул дверцу и бухнулся на сиденье. Включая зажигание, он видел, как у другой машины уже завертелись колеса и сделал рывок вперед. Тоузьер, однако, еще бежал рядом. Фоллет распахнул дверцу, и Тоузьер прыгнул внутрь. В этот момент несколько пуль взметнули фонтанчики пыли там, где только что находился Тоузьер. Но он уже сидел рядом с Фоллетом, и Уоррен, работая рычагом передач, пустил свой «лендровер», следом за ним, моля Бога о том, чтобы Фоллет не ошибся в направлении на ущелье.