Пари
Шрифт:
Валентина решила дать себе отдых и по части литературы. Лучше что-нибудь самой почитать, например, того же Жоржа Сименона.
Понежившись в горячей ванне, она заварила чай и, опустившись на жесткий кухонный диванчик, в полной мере осознала, что такое одинокое воскресенье.
Тишина, ленивое разгильдяйство, кочевье рассеянного взгляда, остывающий в чашке чай, шелестящие страницы или…листья «орешника, который все-таки зеленеет». Именно этот роман Сименона лежал перед Валандрой
И то обстоятельство, что скоро наверняка запиликает телефон, и голос Алискера или Вадима, ведущих наблюдение за домом Чебаковых, нарушит сонное оцепенение пустой квартиры, прося советов, рекомендаций, в ожидании приказов подспудно требуя мгновенной реакции и решений, придавало этому утреннему часу какое-то особенное хрупкое очарование.
Досадная и неустранимая проза бытия пришла с первой мыслью о необходимости постирать и убраться. К тому же на столе в комнате Максима Валентину Андреевну ждали сделанные, но непроверенные уроки сына.
Прихватив телефонную трубку, Валентина вернулась в постель. Она решила еще часок поваляться, ведь такая возможность ей предоставлялась крайне редко.
Но едва устроившись на взбитых подушках и перестеленных простынях, Валандра вынуждена была поднести трубку к уху. Звонил Алискер.
– Доброе утро, Валентина Андреевна, – Мамедов был всегда безукоризненно вежлив, – ведем наблюдение с семи. Минуту назад из дома вышел Чебаков. Я послал Вадима проследить за его фордом. Я на месте.
– Хорошо. Ты как себя чувствуешь? – спросила Вершинина, имея в виду последствия переделки, в которую недавно попал Алискер.
– Отлично, выспался, полон боевого огня и задора. – пошутил он.
– Ну, раз смеешься, значит, действительно все отлично, – в тон ему сказала Валандра, – ладно, продолжай свое воскресное развлечение и не забывай и впредь докладывать обстановку.
Вершинина нажала на кнопку «отбой». Но едва она положила трубку, как та опять требовательно запиликала.
«Наверное, Вадим». – подумала Валентина Андреевна.
– Алло, – Вершинина узнала голос Виктора, – Валюша, это ты? – весело спросил он.
– Нет не я, а тень моя, – насмешливо подхватила Валандра, пребывая в состоянии перманентного удивления и восхищения по поводу бьющей из Виктора жизненной силы.
– Безумно рад, что застал тебя дома! Слушай, Валек, погода – грех сидеть в четырех стенах! Давай погуляем, пикника я тебе не обещаю, но у меня есть отличное мясо и электро-шашлычница. Заглянем ко мне, выпьем, поболтаем, идет?
Все это Виктор произнес на одном дыхании, в виде кипящей весельем скороговорки.
– Предложение, конечно, замечательное…
– Так и я ведь о том же, – не дал Валандре договорить
– Витя, – трезво и деловито начала Валентина, чтобы поунять его радостное исступление, – я не могу, у меня работа…
– Какая еще работа?! – опять перебил Вершинину ее друг, – хватит, Валюха, надо же меру знать. Скажи лучше, что сына не хочешь оставить. Окстись, девушка, он ведь у тебя взрослый…
– У меня нет времени слушать твой дивный треп. Короче, если хочешь, приезжай, Максим у родителей, завтра от них и в школу пойдет. Ну что, согласен?
– О чем разговор? Жди!
– Жду.
Минут через десять телефонный звонок снова оторвал Вершинину от книги. На этот раз звонил действительно Вадим.
– Валентина Андреевна, докладываю, объект наблюдения вошел в многоэтажное здание на улице Крестьянской. Я узнал у вахтера, там находится офис «Жилстройиндустрии». Что мне делать?
В этот момент раздался звонок в дверь.
– Не отключайся, Вадим, я дверь отопру, – с трубкой в руках Вершинина прошлепала в прихожую.
На пороге стоял Виктор с двумя пластиковыми пакетами, в одном из которых угадывалась пара бутылок вина.
– Витя, проходи, закрывай дверь, раздевайся, я сейчас освобожусь.
Она вернулась в спальню.
– Вадим, ты слушаешь?
– Конечно, слушаю.
– В общем, так, попаси его минут десять, если не выйдет, возвращайся к Алискеру, понял?
– Понял, отбой.
– Ты что, прикупила стадо коров по случаю? – спросил улыбающийся Виктор, появившийся в дверях спальни, – я там принес кое-что.
– Вить, ну зачем? Ведь все вроде есть… – смущенно улыбнулась Валентина.
– Вечно ты, Валь, со своим «все вроде есть»! – с нетерпеливой досадой сказал Виктор.
Подойдя к Валентине сзади, он нежно обнял ее и прижался к ней своим могучим, истосковавшимся за неделю по любви и ласке телом.
– Ой, Валюх, я по тебе так соскучился!
– И мне тебя не хватало. Правда, правда, – поспешила подтвердить свою реплику Валандра, поворачиваясь лицом к Виктору, который по-прежнему держал ее в объятиях, и видя, что тот смотрит на нее с недоверием.
– Так я тебе и поверил, – с наигранной досадой покачал он головой, еще плотнее стягивая кольцо сильных рук.
– Вить, – обратилась было к нему Валентина, но долгий, настойчивый поцелуй по крайней мере на две минуты лишил ее возможности проговорить хотя бы слово.
– Валюш, Валюш, – прервав страстное, искусительно-искусное лобзание, горячо зашептал Виктор, оттесняя к кровати еще в полной мере не проникшуюся его жаждой тут же рухнуть в любовное беспамятство Валандру.