Паутина
Шрифт:
– Фактически, это чересчур странно, – хмуро отозвался инспектор. Он помедлил, а затем направился к двери в холл и отворил ее. – Что ж, пока это все, миссис Хейлшем-Браун.
Кларисса встала и довольно быстро направилась к двери в библиотеку, но была остановлена инспектором.
– Не сюда, пожалуйста. – И он проводил ее до двери в холл.
– Но мне, кажется, следует присоединиться к остальным, – возразила она.
– Позже, если не возражаете, – последовал краткий ответ.
С чрезвычайной
Глава 14
Инспектор закрыл дверь за Клариссой и направился к констеблю, который продолжал писать в своем блокноте.
– Где другая женщина? Садовница. Мисс... э-э... Пик?
– Я уложил ее на кровать в свободной комнате, – объяснил начальнику констебль. – После того как она успокоилась, так-то вот. Ужасные минуты я провел с ней. Уж как она смеялась и рыдала, просто ужасно, вот оно как.
– Не важно, отправится ли миссис Хейлшем-Браун к ней побеседовать, – сказал инспектор. – Но она не должна говорить с теми тремя мужчинами. Они не должны согласовать показания. Я надеюсь, вы заперли дверь из библиотеки в холл?
– Да, сэр, – заверил его констебль. – Ключ у меня.
– Я не знаю, что мне с ними делать, – признался коллеге инспектор. – Они все очень почтенные люди. Хейлшем-Браун – дипломат из Министерства иностранных дел, Хьюго Берч, как нам известно, мировой судья, а другие гости Хейлшем-Браунов тоже, похоже, представители высшего класса... ну, вы меня понимаете... Но есть во всем этом что-то непонятное. Все они с нами неискренни, все, включая миссис Хейлшем-Браун. Они что-то скрывают, и я намерен выяснить, что именно и связано это с убийством или нет.
Он простер руки над головой, будто надеясь на озарение свыше, а затем снова обратился к констеблю:
– Что ж, нам лучше продолжить. Давайте их сюда по одному.
Но как только констебль вскочил с места, инспектор изменил свое решение.
– Нет. Одну минутку. Сначала я перекинусь словом со стариной дворецким.
– Элджином?
– Да, Элджином. Позовите его. Мне кажется, он что-то знает.
– Несомненно, сэр, – поддакнул констебль.
Он обнаружил Элджина топчущимся неподалеку от двери в гостиную. Дворецкий сделал было вид, что направляется к лестнице, но остановился на оклик констебля и весьма робко вступил в комнату.
Констебль закрыл дверь в холл и вновь занял свое секретарское место. Инспектор указал Элджину на стул у карточного стола.
Дворецкий сел, и инспектор приступил к допросу.
– Итак, этим вечером вы отправились в кино, – напомнил он дворецкому, – но вернулись. По какой причине?
– Я говорил вам, сэр, – ответил Элджин. – Моя жена нехорошо себя почувствовала.
Инспектор не отрывал от него глаз.
– Это ведь вы впустили в дом
– Да, сэр.
Инспектор отошел от Элджина на несколько шагов и вдруг резко обернулся.
– Почему вы не сказали нам сразу, что это автомобиль мистера Костелло стоит у дома?
– Я не знал, чей это автомобиль, сэр. Мистер Костелло не подъезжал к парадному входу. Я даже не знал, что он прибыл на автомобиле.
– Не было ли это несколько странным? Оставить свой автомобиль за конюшнями? – предположил инспектор.
– Ну да, сэр, я полагаю, что так, – согласился дворецкий. – Но мне кажется, у него были на то причины.
– Что именно вы имеете в виду? – быстро спросил инспектор.
– Ничего, сэр, – ответил Элджин. Это прозвучало почти самоуверенно. – Совершенно ничего.
– Видели вы когда-либо прежде мистера Костелло?
Теперь голос инспектора звучал очень резко.
– Никогда, сэр, – заверил его Элджин.
Для следующего вопроса инспектор выбрал очень многозначительный тон:
– Это не мистер Костелло послужил причиной вашего возвращения сегодня вечером?
– Я уже говорил вам, сэр. Моя жена...
– Я не хочу больше ничего слышать о вашей жене, – оборвал его инспектор. Отступая от Элджина, он продолжил: – Как долго вы служите миссис Хейлшем-Браун?
– Шесть недель, сэр, – последовал ответ.
Инспектор обернулся к Элджину.
– А до этого?
– Я был... у меня был маленький отпуск, – в голосе дворецкого почувствовалось беспокойство.
– Отпуск? – подозрительно повторил инспектор. Он помолчал и добавил: – Вам следует осознать, что в случае, подобном этому, ваши рекомендации будут изучаться с особым тщанием.
Элджин привстал было со стула.
– А у меня все... – начал он, но не договорил и снова сел. – Я... я не хочу вас обманывать, сэр. Нет, не было ничего плохого. Я хочу сказать... Подлинные рекомендации порвались... Я не помнил точно, как там было написано...
– В общем, вы написали свои собственные рекомендации. Так ведь, не правда ли?
– Я не собирался никому причинить вреда, – оправдывался Элджин. – Я просто зарабатываю себе на жизнь...
Инспектор снова прервал его:
– В данный момент меня не интересует подделка рекомендаций. Я хочу знать, что случилось сегодня вечером и что вам известно о мистере Костелло.
– Я в глаза его до этого не видел, – настаивал Элджин. Оглянувшись на дверь в холл, он добавил: —Но у меня есть соображение, зачем он пришел сюда.
– О, и какое же? – заинтересовался инспектор.
– Шантаж, – сказал Элджин. – У него есть что-то на нее.
– На нее, – повторил инспектор. – Я полагаю, вы имеете в виду миссис Хейлшем-Браун.