Печаль Танцора
Шрифт:
Хо и Шелк переглянулись.
– Постараемся, - ответил Хо.
Она яростно кивнула.
– Выполняйте. Дайте мне зарю, господа.
– Волшебница отвернулась, махнув рукой. Хо поклонился и, видя, что Шелк не шевелится, вытащил его за руку.
– Куда она пошла?
– воскликнул Шелк.
– Думаю, отступает в башню.
Шелк побледнел.
– Оттуда не будет выхода!
Хо не отпускал его руки.
– Тогда она сдастся, если будет нужно. Иди за мной. Впереди много работы.
Шелк позволил тащить себя. Не то чтобы была возможность сопротивляться могучему Хоталару, но он и не
– Для чего ей заря? Чего она хочет от рассвета?
Косматый, неопрятный маг был мрачен.
– Боюсь, скоро все узнают. А пока будем держаться, верно?
Шелк дернулся.
– Да. Можешь на меня положиться.
Хо отпустил его. Толстые губы разошлись в безрадостной улыбке, показав неровные зубы.
– Увидим.
***
Зачарованный Дорин следил за походом канезской пехоты по извилинам Идрина, через речные ворота к центру города. С крыши было хорошо видно, как наступление неумолимо заливает наспех складываемые баррикады и старые бастионы, как канезцы неудержимо продвигаются к Внутреннему Кругу. Как будто сам Идрин вышел из берегов...
В центре сопротивление усилилось. Отборные отряды, не имея возможности отступить, удерживали узкие ворота и переулки. Но натиск не ослабевал. Канезцев уже было больше, чем хенганцев. Подкрепления вливались с запада и востока.
Дорин подозревал, что исход уже ясен.
Вследствие чего ситуация стала не интересна ему. Нет нужды задерживаться. Но кто руководит операцией? Возможность, что Чулалорн лично управляет кампанией там, внизу, была сомнительной, однако интригующей. Следовало разведать. И он ждал, следил... наконец заметив гонца-вестового, женщину - и начал преследовать ее.
Потерял пару раз за густыми клубами тумана - который, впрочем, рассеивался с близостью зари - но нашел у речных ворот Внутреннего Круга. Женщина пропала за шеренгой Элиты с копьями наготове. Солдаты защищали темный провал ворот.
Чулалорн там, уверился он.
В качестве подтверждения ярко блеснули изящные кольчуги Танцовщиц-с-Мечами. Они создали двойной круг в воротах.
Итак, цель вышла из своего шатра. Но нельзя было бы найти времени хуже - все наготове, ощетинились оружием. Вот сама противоположность удобного момента. Так что он спокойно засел в тени высокого дымохода, довольный тем, что может видеть и оценивать происходящее.
Вскоре шелест кровли предупредил, что он уже не один. Готовы ножи, Дорин выглянул из-за кирпичного дымохода, заметив одинокую фигуру у края, тоже изучавшую положение дел на Идрине. Ассасин расслабился, опуская оружие: то была она, та странная колдунья.
– Привет, - сказала женщина, не оглядываясь.
Он встал и подошел к ней.
– Снова свиделись.
– Да. Похоже, все мы рабы привычек.
– Что вас заинтересовало?
– Эта...
– она неопределенно повела рукой, - манифестация.
– Я знаю автора.
Она повернула голову, воздев бровь. Снова его поразила необычайная ее внешность: нечеловеческая и неправильная в пропорциях глаз, скул и подбородка.
– Правда? Ты меня точно заинтересовал. Кто или что?
– Джаг. И зовут его Джуаг.
– Ага, он здесь. Мы встречались... давно. Странно, что он
– Сказал, его принудили. Короли Кана подчинили его.
– Вот как.
– Ее лицо отвердело, челюсти напряглись, а губы, сжавшись, словно пропали.
– Друг?
– Не то чтобы. Он Джагут. Странное племя, согласись. Чуждое вам, но замечательное - в своем роде. Как я считаю. Их вмешательство... вся ситуация меня тревожит. Чего-то такого я и обещала ожидать.
– И что сделаете?
– Ничего. Пока. Хотя время истекает.
Дорин осторожно поглядел на нее.
– Как это?
– Заря близка, а канезцы еще не задержали Защитницу.
– И что?
Губы снова исчезли.
– Столкновение может стать опасным для всех.
Дорина потрясла уверенность чужачки, но он мало что мог сделать.
– Спасибо за предупреждение.
***
Шелк предплечьем отвел выпад меча, второй рукой дотянулся до перевязи и резко дернул ее вверх, к подбородку. Отшатнулся, чтобы не упасть вместе с вражеским солдатом. С ним в коридоре остался едва десяток отборной стражи. Новая волна канезской солдатни выбежала из-за угла, чтобы надавить стеной щитов. Шелк коснулся одного щита и легко нагрел бронзу докрасна. Противник завыл и повалился, судорожно отталкивая раскаленный щит. В мага тут же метнули дротик; однако, как успел он выяснить, при полном напряжении Садка всё вокруг казалось замедлившимся. Отдернув голову, он прыгнул вперед, поражая противника в глаз. Оказавшись перед строем, Шелк вынужден был отбивать сразу несколько выпадов - одному канезцу сломав пальцы, второму порезав руку, оставив кинжал в глотке третьего.
Натиск затих с падением последнего врага; стражники тяжело пыхтели, осматривая раны и ссадины. Ничего серьезного. Шелк тоже отступил, согнулся, стараясь отдышаться.
– Пока всё, - выдавил он хрипло.
– Продержимся, - сказала женщина-солдат.
– Вы же забрали добрую половину.
Громкий топот возвестил о близости нового канезского отряда.
Маг приказал отступить к следующим дверям.
Свистнули арбалетные болты и стражники присели, закрываясь широкими щитами. Шелк же просто отступил, уворачиваясь; как и прежде, мерцающий Садок позволил увидеть траектории выстрелов - словно коридор пронизывали солнечные лучи. Однако он выдыхался, его шатало, Тюр готов был выскользнуть из-под контроля. Маг скрылся за спинами стражи и прислонился к стене. Голова кружилась.
Рев и смех впавшего в боевой раж Королла доносился из другого крыла. Слышался также низкий шум пламени Теласа, печной жар по-прежнему плыл из главной приемной, что была слева.
Кивком головы Шелк велел оставшимся стражникам удерживать двери. Оставалась лишь последняя пара дверей: та, что вела в тронный зал, последнее убежище. Маг опасался, что канезцы могут зайти сзади и порубить всех, хотел проверить боковые проходы, но не решался уйти и оставить стражников на гибель. Еще недавно он бросил бы их без малейшего шевеления совести, но что-то переменилось. Мужчины и женщины умирали ради него. Отдавали жизни. Он видел это совсем близко, на нем были брызги чужой крови. И это изменило его душу.