Печаль Танцора
Шрифт:
Теперь он понял. Чертовски поздно Шелк пришел к пониманию, что значит сочувствовать другим людям. Но... многим этого вообще не дано.
Он ободряюще кивнул женщине, зажимавшей пронзенную ногу.
– Ну, долгий поход нам не грозит, - пошутил маг, подмигивая.
Она вымученно улыбнулась, указав на холл.
– Вам не нужно оставаться, сэр.
Сэр. Впервые кто-то назвал его так во дворце.
– Мы обещали Защитнице рассвет, и мы выполним обещание.
– Да, сэр.
– Идут плотной массой, сомкнули щиты, - предупредил другой стражник.
Шелк заставил себя
– Еще раз... Снова попробую ударить по щитам.
– Спасибо, сэр.
Элита дворцовой стражи приготовилась, встав двумя рядами. Шелк в тылу вновь коснулся Садка, ощутив его ужасающе отдалившимся. Попробовал поднять и упал вперед, на спины солдат. Его озабоченно поддержали. Шевелились губы, но он слышал лишь рев в ушах; маг заходил дальше и глубже, чем когда-либо в прошлом. Наконец, почти теряя сознание и волю, ухватил свою энергию и швырнул на щиты и доспехи вражеской колонны.
Когда зрение вернулось, его тащили назад двое раненых. Посадив у порога тронного зала, солдаты заперли тяжелые двери, опустили засов. Он пытался встать.
– Что такое?
– Мы купили еще немного времени.
Женщины, с которой он недавно шутил, не было. Маг кивнул, признавая факты.
– Держитесь, - велел он стражникам.
– Я пойду искать остальных.
Ему отсалютовали, словно офицеру. Ответив тем же, Шелк скользнул - нет, скорее едва побрел - к другим входам в зал. Главный коридор был полон удушающего дыма, стены излучали гибельный жар - где-то посреди стихийного бедствия еще держался Дымокур.
С другого направления раздался звонкий треск. Он нашел среди клубов пыли Мару, потную и едва дышащую. Коридор за ней превратился в завал камня и кирпича. С востока Хо и его отряд отступали к трону. Рядом Королл запер свои двери. Снаружи доносились тяжелые удары.
Шелк вернулся к своим. Двое стражников прижались к дверям, по которым тоже ритмично колотили.
– Там принесли бревно или что-то вроде, - крикнули ему.
Мара подошла к ним.
– Уже недолго, - сказала она с горечью.
Шелк поглядел на хлипкие резные двери, что вели на лестницу башни. Едва ли их можно защищать.
Грохот прекратился. Шелк вслушался, гадая, что происходит, страшась какой-то новой тактики.
– Эй, внутри!
– раздался голос с сильным канезским акцентом.
– Есть там кто?
– Чего нужно?
– проревел Шелк с куда большей дерзостью, нежели ощущал.
– Вы храбро дрались за свою правительницу. Чулалорн шлет знак уважения. Но делу конец. Сдайтесь, и мы сохраним вам жизнь.
– А Защитнице?
– Ссылка.
Их обдал мерзкий запах копоти, Шелк обернулся, увидев Дымокура. Одежды его были сожжены, почернели, волосы дымились.
– Какие гарантии предлагаете?
– крикнул Шелк.
– Слово короля. От одного правителя другому.
– Не верю Чулалорну, - прорычал Дымокур столь хрипло, что голос был едва слышен.
– Дайте ответ, - настаивал голос.
– Если придется ломать двери, мы убьем всех, кого найдем.
– Дайте время доложить Защитнице, - попросил Шелк, шепнув Дымокуру: - Сколько до рассвета?
– Четверть часа.
– Дайте полчаса!
– крикнул Шелк.
Они
Дымокур подмигнул Шелку, но Мара скривилась, все еще не убежденная.
***
Дорин присел на корточки, вслушиваясь с крыши в звуки охватывавшей улицы паники. Вдоль берегов вспыхивали локальные стычки, но большая часть войск, кажется, чего-то выжидала. Хенганцы были истощены осадой, испуганы вторжением, их было слишком мало для организованной контратаки. Пехота Кана стояла стройными рядами, явно получив приказ защищать проложенный сквозь город морозный маршрут.
Но время шло, туман поднимался... Дорин начал гадать, не растает ли вместе с ним колдовской лед. Впрочем, тогда канезцы начнут двигаться.
– Кажется, они победили, - вопросительно сказал он колдунье.
– Как ваше имя, если изволите?
– Можешь звать меня Ночной Стужей. И не стоит так спешить.
– Хенганцы даже не сражаются. Они уже разбиты.
– Согласна, они порядком потрясены и деморализованы.
– Чего же все ждут?
– Думаю, вестей из дворца.
Он хмыкнул, понимая ее намек. Все считают, что дворец взят, Защитница пала. К чему драться за безнадежное дело?
– Слишком долго, - внезапно сказала Ночная Стужа. Дорин уставился на нее. Женщина глядела на самую высокую постройку города - башню, поднявшуюся над дворцом. Он тоже вытянул шею, всматриваясь. Нечто странное происходило на рукотворном пике.
– Что...
– Он тут же понял: это косые золотые лучи рассвета коснулись ограждения террасы на верхушке башни.
– Не понимаю, чего...
– Он сбился, ибо лучи тонули в ответном свечении. Оно нарастало, ширилось на глазах.
– Да что...
– Ложись!
– закричала женщина и, выказав недюжинную силу, повалила его на кровлю, закрывая собой.
Слепящая, яростная эманация ударила по глазам, он застонал от боли и закрыл лицо руками. Оглушительное шипение - словно рядом вспыхнула тысяча огней - Дорин взвыл, уверенный, что горит заживо. Само здание задрожало и подпрыгнуло, будто в землетрясении; что-то неслось по городу, скрежеща и грохоча.
– Да что это!?
– услышал он собственный стон.
– Магия Старших, - прокричала женщина на ухо.
– Куральд Лиосан отверзается.
– Кто?
– Защитница, разумеется.
Это самое отверзание или как его там грохотало и рычало, словно мимо крыши несся могучий водопад. Оно длилось и длилось, нарастало и ширилось, пока он не уверился, что скоро будет поглощен. Однако медленный и неумолимый поток прошел мимо или затих - или сам он оглох и ослеп в ходе истязаний. Дорин решился посмотреть, осторожно разводя прижатые к лицу пальцы. Зрелище ввело его в восторженное изумление. Два яростных огненных столпа высотой до небес. Каждый ползет по реке - один на восток, второй на запад. На его глазах западный смерч нагнал скучившуюся колонну канезской пехоты. Под водопадом света солдаты замерцали, тая и распадаясь. По следу уходящей огненной лавины оставались пятна сажи и пепла на тающем льду.