Пьем до дна
Шрифт:
Руки болели, ноги бились, тело продолжало резать воду. Быстрей, быстрей! Рука задела за что-то твердое. Я обо что-то ударился головой.
Кто-то кричал мне. Вначале я слышал только резкий звук, потом разобрал слова:
– Хью! Что вы делаете? – Это голос Эдит Норн. – Дурак! Неисправимый дурак! Вы хотите убить себя?
В голове несколько прояснилось. Я понял, что ударился о каноэ. В нем была Эдит, и это она кричала на меня. Она была в озере и направила каноэ наперерез моему самоубийственному курсу.
– Я… не знаю, – выдохнул я. – Холодно.
– Еще бы. Забирайтесь быстрей!
Я так
У нее было разъяренное лицо, глаза сверкали.
– Вы заработали себе пневмонию, отъявленный осел! – бушевала она. – Что заставило вас так поступать?
– Я не хотел. Меня держало течение, и я не мог из него выбраться.
Я солгал. Никакого течения не было. В том, что звало меня к неизбежной смерти, не было ничего ощутимого.
Подозреваю, Эдит поняла, что я солгал. Но каноэ уткнулось в берег, и это избавило меня от дальнейшей лжи.
– Выпрыгивайте и бегите в изолятор как можете быстро, – приказала она. – Надо восстановить кровообращение.
Я выскочил и побежал. Ее голос хлестал меня, как кнутом.
– Быстрей! Бегите быстрей! – Я не мог бежать быстро, слишком замерз, а она меня подгоняла. – Быстрей!
Меня это раздражало, но я слушался. Поступать по-другому бесполезно.
Я краем глаза увидел стоящую на плоту Энн. Она поднесла руку к рту, как будто только сейчас поняла, что считала просто хвастовством. Я помахал ей, чтобы показать, что все в порядке, но Эдит не позволила мне остановиться. Я рассердился.
В изоляторе она бросила мне охапку полотенец.
– Идите в эту комнату, разденьтесь и разотритесь. Сильней. Чтобы кожа слезала. Потом ложитесь в постель.
Я сделал, как она велела. Эдит накрыла меня одеялами, заставила выпить бокал горячего виски и вышла, хлопнув дверью. Горячая выпивка подействовала, и я снова уснул без сновидений.
Проснувшись, я понял, что уже поздно. Изолятор несколько в стороне от лагеря. Из своего окна я видел только лес и между стволами деревьев северный конец озера Ванука, но по положению звезд определил, что скоро рассвет.
Лунный свет блестел на воде, серебристый, кроме странной кругло дорожки, о которой я часто думал. Я ошибся, или она действительно придвинулась к берегу? Сильно придвинулась.
Я давно собирался исследовать эту дорожку, но был слишком занят в лагере. Теперь я пожалел, что не сделал этого, потому что почему-то вдруг подумал, что именно в этом причина того странного притяжения, которое ощущал со времени возвращения от Корта Стоуна; только сегодня вечером это притяжение сильней, чем когда-либо.
Странное дело, это смутное, неощутимое притяжение. Трудно его описать. Похоже на шепот в «Исследователе» Киплинга. Помните?
«Что-то скрыто, но найдешь ты! Звонки бубны за горами!
Что-то скрыто за горами, что-то ждёт тебя. Иди!» [Пер. Самуила Черкеса. – Прим. пер.]
Да, очень похоже, только здесь я потерялся, и это неведомое что-то зовет меня назад.
И вместо обещания в этом призыве – ужас.
Неожиданно я перестал размышлять об этом
Тени были, но не было того, что их отбрасывает. Не было даже кролика. У меня на щеке дернулась мышца.
Было что-то странное в этих движущихся тенях, что-то такое, отчего волоски на шее встали дыбом… Боже, я начинаю нервничать! Там ничего нет, ветви движутся на случайном ветерке в вершинах деревьев. Я заставил себя лечь и закрыть глаза.
И снова увидел сон. Город странных приземистых зданий, освещенных странным светом, хотя солнца в небе не было. Хрустальный столб без верха, в котором, хотя он сплошной, вились и вздымались радужного цвета облака, так что в нем, казалось, присутствует какая-то совсем иная жизнь, лишенная смертности. И снова ужасное темное лицо, больше похожее на стервятника, чем раньше, хитрое, с какой-то хитростью рептилии.
Я увидел и другое лицо, маленькое и обаятельное, с плотными черными кудрями над ним, с бездонными серыми глазами, удивленными и испуганными. Лицо девушки, которая чего-то очень боится.
И в своем сне я знал, что девушку зовут Лииалии.
Вырезка из «Олбани Газетт» за 23 августа 1934 года
Штат городской больницы поставлен в тупик двумя случаями ранее неизвестной болезни у пациентов, поступивших на этой неделе. Первый пациент Адат Дженкс, 48 лет, из Четырех Углов, поступил 13 августа; второй, Джоб Грант, 52 лет, фермер, живущий в пяти милях северней озера Ванука, – во вторник 21 августа.
Оба случая напоминают летаргический энцефалит, сонную болезнь; оба пациента с момента поступления постоянно без сознания, но бактерии этой болезни в их мозговой жидкости не обнаружены. Силы обоих убывают, и Дженкс на пороге смерти.
Доктор Кортни Стоун из штата больницы заявил, что достигнут прогресс в диагностировании болезни и что нет поводов для тревоги, потому что не найдено никаких указаний на то, что болезнь, от которой страдают пациенты, заразная. Однако он сказал, что жителям района Гейдельбергских гор в качестве предосторожности следует кипятить питьевую воду.
Продолжение рассказа Хью Ламберта
Приходилось неохотно признать, что лечение Эдит Норн очень эффективно, потому что никаких дурных последствий от приключения у меня не было. Я снова погрузился в работу, и многочисленные дела не давали мне времени на болезненные размышления. Но не оставалось времени на Энн, кроме вечера. Мы почти все время проводили в зале для отдыха. Эдит, по-видимому, поговорила с нашей гостьей, потому что Энн настаивала на том, чтобы мы оставались в доме, хотя я все время предлагал пройтись к озеру в лунном свете. Рыжеволосая приставала, утром и вечером измеряла мою температуру, подняла шум, когда я в облачный день забыл прихватить свитер, и вообще вела себя, как курица с одним цыпленком. Я обнаружил, что мечтаю о нескольких случаях легкого гриппа или другой болезни у мальчиков, чтобы она перестала лечить меня, но мальчики оставались на удивление здоровы.