Пепельные цветы
Шрифт:
– Ну и не расстраивайтесь, - сказала она вслух.
– Какие ваши годы! Успеете ещё в эту кабалу.
– Нам-то какое дело, - пробормотал себе под нос в то же время пришибленный.
– А вас не спрашивают!
– почему-то огрызнулась в его сторону дамочка. Видимо, они уже успели тут немного поговорить. А с этим умалишенцем разговаривать — это ж дело не простое. Уж Меган-то знает, попробовала один раз. Ничего хорошего не получилось. Вот у хозяина — у того получается. Но у него со всеми разговор короткий, а что не по нему, так ведь может
– Неправда!
– с жаром возразил Ллойд.
– Спрашивают. И довольно часто. Сколько времени, например. Или как пройти к Махоган-сквер. Зачем же вы говорите, если не знаете!
– Я всего лишь хотела сказать, что я не мадам, а мадемуазель, - устало произнесла гостья. И взглянула на умалишённого сердито. Сердито, но вроде как и со смехом.
– Ну и сказали бы, - немедленно снёсся тот. И продолжал наставительно: - Всегда нужно говорить то, что хочется. Зачем отказывать себе в подобных мелочах? Так говорит профессор Локк.
– Да какое мне дело до вашего Локка, странный вы человек!
– вспылила дамочка.
Ох, видно допёк её уже постоялец. Когда успел только!..
А та уже обратилась к Меган:
– Вы, наверное, жена хозяина пансиона?
– Да нет, - покачала головой Меган.
– Что это вы говорите... Я жена Пирса Маклахена.
– А-а, - кивнула барышня.
– А Пирс Маклахен — это..?
– Он хозяином в этом отеле, - с серьёзной гордостью известила Меган.
Гостья отреагировала как-то странно. Она почему-то выпучила свои красивые зелёные глаза и какое-то время переводила взгляд с Меган на Ллойда и обратно. Потом выдавила в замешательстве и с удивлением:
– Он хоз... В этом... Отеле, вы, сказали?
– И не вздумайте при хозяине назвать этот отель пансионом!
– вмешался умалишенец.
– А не то он вас поколотит.
– Бог мой!
– воскликнула дамочка.
– Бог — общий, - возразил дурачок.
Гостья даже не взглянула на него, дав тем самым понять, что он её уже изрядно утомил. Она обратилась к Меган:
– Значит, вы можете устроить меня, раз вы жена хозяина?
– Устроить?
– испугалась Меган.
– Ой, нет... Нет!
Да только попробуй она кого-нибудь устроить... Ещё неизвестно, что сделает с ней хозяин за те две комнаты, на которые она отправила будущим постояльцам бронь. Страшно представить. Господин Маклахен не любит, когда что-то решают без него.
А всё из-за любви Меган к элю! После четырёх кружек этого замечательно, густого и пенистого напитка ею овладела такая лёгкость мысли, такая свобода воли, что она почти не думая, отправила брони. Дура! Вот жди теперь...
– Что значит — нет?
– удивилась гостья.
– «Нет» означает, что я не могу вас устроить. Без мужа никак не могу.
– Бог мой!
– воскликнула дамочка.
– Бог общий, уверяю вас, - осторожно вставил юродивый.
– Да отстаньте вы, несносный!
– дама прожгла его разъярённым взглядом. И к Меган: - Без мужа... В объявлении не было написано,
«Странная какая-то дамочка, - подумала Меган.
– Кажется, недалеко она ушла от этого, от убогого-то».
– Без хозяина не могу, - пояснила она на всякий случай.
– Комнатами заправляет господин Маклахен.
– Что за дыра!
– покачала головой приезжая.
– Гарри, Гарри, какой же ты...
– Ничего, привыкнете, - попытался успокоить её Ллойд.
– Я здесь уже второй день. И уже привык. Здесь, ко всему, очень хорошо. Профессор Локк был прав, когда говорил, что мне поможет смена обстановки.
– Смена обстановки?
– дамочка уставилась на умалишенца.
– Так вы... вы не беженец?
– Я не беженец, - отвечал тот.
– Профессор Локк сказал, что мне следует пожить на природе, на каком-нибудь острове. В новой кепке... Чтобы переосмыслить и начать заново. Я выбрал этот. Остров. А вы чем болеете?
– Я не болею!
– вспыхнула дама.
– С чего это вы взяли?
– Что именно взял?
– опешил Ллойд.
– Если вы о... если вы о бритве, то это моябритва. Я привёз её с собой. Вот, вам и хозяйка подтвердит.
– Евошняя, евошняя бритва, - охотно подтвердила Меган.
– Мистер Маклахен такими не бреется.
– Да при чём здесь бритва-то!
– пожала плечами гостья.
– Понятия не имею, - отозвался Ллойд.
– Это же вы спросили.
– Кошмар!
– выдохнула дама то ли со стоном, то ли с подавленным смехом.
– Как ваше имя?
– поинтересовался Ллойд.
– Беатрис меня зовут.
– Зовут?.. Ну а имя ваше как?
Она посмотрела на него, как на дурака. Дошло наконец-то, с кем связалась!
– Вы издеваетесь?
– медленно процедила она.
– Я же сказала: Беатрис.
– Где вы живёте?
– не отставал Ллойд.
– Какое вам дело! Я не могу с вами разговаривать. Вы несносны. Вы всё переворачиваете с ног на голову. Уйдите от меня!
И сама отошла, повернулась к нему спиной, оборотясь к Меган.
– Если вы немедленно не поселите меня в комнату, я сойду с ума! Я умру! Я смертельно устала с дороги. Я шесть часов тряслась в поезде и...
– Кто вас так напугал?
– снова вмешался умалишённый.
– Дайте, дайте мне ключ, умоляю вас!
– воскликнула гостья.
Меган испугалась. Угроза сойти с ума, конечно, не выглядела серьёзной, но то, как эта дама говорила, умоляюще протягивая к Меган руку...
Меган давно, очень давно вышла замуж. Из глухой деревни — на остров, на кухню, в огород. Как-то так сложилось, что ей было всё не до людей, не до разговоров, не до жизни. А эти городские — они вообще будто с луны поп адали, со странностями все. Пойди пойми их, о чём они там думают, чего хотят. И разговоры у них чудн ые и одеваются как не пойми что такое.