Перекресток
Шрифт:
Испанец посмотрел на следопытов — Крон угрюмо хмурился в своём углу, Дегар неодобрительно качал головой, и лишь Ветль невозмутиво ощупывал голову упавшего сыщика. Да уж, для привыкших к честному поединку воинов попытки мага узнать правду от Фелума выглядели откровенным издевательством. В наступившей тишине, казалось, даже светильник над дверью осуждающе моргал язычком пламени… Интересно всё же, что такого сказал сыщику Магистр? Отравить Харата или просто не забывать чистить зубы по утрам?
— Похоже, так мы ничего не узнаем, — покачал головой Карр. — Первый раз вижу, чтобы
— Наверно, до сих пор тебе приходилось иметь дело только с тупоголовыми, — язвительно заметил Агриэль.
— Хорошо, — согласился Серхио, — действительно, не стоит продолжать. Придётся придумать что-то другое. Да и за командой надо приглядывать — сыщика подозревает Уаддр, а он тоже может ошибаться.
Испанец посмотрел на открывшего глаза Фелума — мутный, бессмысленный взгляд не до конца пришедшего в себя человека. Да, пожалуй, такими допросами его запросто можно довести до могилы, и тогда за людей Харата непременно возьмутся эльфы…
— Агриэль, помоги Фелуму добраться до своей каюты, а потом возвращайся — будем решать, что делать дальше…
Сыщик лежал, широко раскинув руки, и смотрел на потолок. Неужели следопыты обо всём догадались? Но как?! Однако сомнений нет — перед встречей с людьми Харата Фелум заходил в каюту и сразу определил, что здесь кто-то побывал. Давняя привычка оставлять некоторые предметы в строго определённом положении не раз помогала узнавать о тайном интересе к собственной персоне. Вначале Фелум подумал, что в его вещах рылись эльфы, и даже мысленно расхохотался, представив, как высокомерные остроухие ушли ни с чем. Мешочек с остатками яда в трюме, а испачканный ботинок тщательно вымыт ещё прошлой ночью. Однако, события в каюте Карра ясно показали, что за ним охотятся люди Харата. Вот только вряд ли следопытам удалось что-нибудь узнать — уроки старого знахаря не прошли даром…
Сыщик улыбнулся: всё-таки не зря он три года назад не побоялся обмануть Магистра…
Шпионы Жихора безуспешно искали колдуна несколько лет. Наверно, именно поэтому Магистр решился обратиться за помощью к Фелуму, но так и не сказал, почему он упорно преследует колдуна. А сыщик справился с задачей всего за месяц — его люди, как обычно, без лишнего шума схватили старика в неприметной халупе на окраине Селиза…
— Если отпустишь меня, я научу тебя защищаться от чужой воли, — знахарь с надеждой посмотрел на Фелума. — Подумай, ты всё время находишься рядом с магами. Когда-нибудь мои знания обязательно спасут твою жизнь…
— Ты собираешься сделать из меня колдуна? — усмехнулся сыщик. — У меня нет дара…
— У каждого есть дар, — старик на мгновение закрыл глаза, — и у тебя тоже. Я только помогаю развивать его всем желающим. Поэтому Магистр и хочет моей смерти. Но не бойся, я не собираюсь учить тебя магии — просто покажу, как бороться против чужой воли…
Фелум раздумывал
— Отпусти меня — так будет лучше и для тебя. Кто знает, вдруг тебе опять понадобится моя помощь? Я переберусь в Ладер — там меня и найдёшь когда захочешь…
Магистр Селиза узнал только то, что знахарь давно покинул границы провинции…
Вот и пригодилась колдовская наука — теперь, стоило кому-то навязать Фелуму свою волю, сыщик моментально падал в обморок. А какая польза от человека, который ни пошевельнуться не может, ни слова сказать?
Разговор с Нагилассой получился тяжёлым и вполне мог закончиться для испанца трагически. Эльфийский маг не желал расставаться с удивительным артефактом Харата, хотя до сих пор так и не понял, как можно использовать кристалл. Но в одном он был абсолютно уверен — камень должен обладать огромной силой, раз уж с ним не расставался такой могущественный Магистр. А раскрыть секрет можно и потом, в священных дубравах, где эльфам поможет сам лес. Всё как обычно, за лишнюю толику Силы маги сражаются с упорством идущего по следу голодного волка. И тут нет исключений — будь то человек или Высокородный из расы перворожденных…
— Маг, по законам людей артефакт должен перейти к старшему ученику! — Серхио твёрдо смотрел в глаза Нагилассы. — Ты обязан отдать кристалл Карру!
— Ты смеешь мне указывать, смертный?! — эльф нахмурился. — Я сам решаю, что делать!
— Смею, Высокородный! Или справедливость, которой так гордятся эльфы, не распространяется на другие расы?
— Не тебе судить о наших обычаях! — глаза мага сверкнули. — А за оскорбление наглец всегда отвечает головой!
Испанец коротко вздохнул — слишком опасный аргумент он оставил на крайний случай. Кто знает, на что может решиться Нагиласса в гневе.
— А ты не думаешь, Высокородный, что люди обвинят в смерти Харата тебя? Так получается, что только у тебябыла причина убить Магистра. Чтобы завладеть артефактом!
— Да как ты… — Серхио почти физически ощущал, как густеет вокруг воздух, а тело начинает гореть под взглядом эльфа.
— После меня тебе ещё придётся убить следопытов и Карра, — торопливо проговорил испанец. — Думаешь, люди простят? Ты хочешь большой войны, Высокородный?
Нагиласса вздрогнул как от удара, а потом сделал какой-то жест рукой — Серхио сразу почувствовал, что давление на голову исчезло. Маг медленно отвернулся к окну и надолго замолчал. Испанец тоже не спешил нарушать тишину неосторожным словом, поскольку хорошо понимал, что сейчас эльфа лучше не тревожить. Нелегко Высокородному отказаться от могущества, но ещё труднее решиться заплатить за него благополучием расы.
— Забирай! — неожиданно громко сказал Нагиласса и, не оборачиваясь, протянул Серхио кристалл. — И уходи, я не хочу тебя больше видеть.