Перстень Мериада

Романовская Ольга

— Пожалуй.

Манерикс спешился и с интересом посмотрел на Ферсидара.

— Сиальдарский?

— Да. Ваш знакомый, — принцесса покосилась на Алилаша, — может подробно рассказать о его лучших качествах.

Алилаш переменился в лице и бросил на неё злобный взгляд. Уж не поторопилась ли ты, подруга, прочно ли завоевала благосклонность старейшины? Дом строиться по камешку годами, а разрушается за минуту.

Разрядил обстановку Манерикс, пригласивший обоих разделить с ним трапезу. Его отношения к

людям отличались от традиционных скаллинарских воззрений, очевидно, ветер донёс до него через границу сиальдарский дух. Чем иначе объяснить то, что он посадил женщину, пусть даже знатную гостью, рядом с собой? Её место на другой циновке, возле энергичной Ашаны. А Стелла сидит вместе с мужчинами в опасной близости от ренала, к которому женщинам запрещено прикасаться под страхом побоев.

Дипломатия, конечно, великая вещь, но не менее великая вещь — лесть. И принцесса на неё не скупилась, чуть ли не до небес превознося достоинства рода Манерикса, о которых имела самые смутные представления. Ему это нравилось — значит, путь к сердцу кочевника был найден правильно.

Неприятного разговора с Алилашем избежать не удалось. Он подошёл к ней, когда принцесса чистила лошадей.

— Продай твоего коня и не позорь меня перед людьми. — Предисловий в беседах скаллинарцев не бывало.

— Не продам. Он мне нужен.

— Зачем? Твой длинный язык поможет тебе быстро возместить потерю.

— У Вас тоже длинный язык, его можно спокойно завязать узлом. — На всякий случай она воспользовалась Лайнес, как естественной преградой. — Сначала научитесь хорошим манерам, а потом приходите ко мне со своими предложениями.

— Продай коня, я хорошо заплачу, — настаивал Алилаш.

— Я же сказала, он не продаётся, — с лёгким раздражением ответила девушка.

— Упрямая женщина! Когда же найдётся мужчина, который сможет научить тебя смирению и покорности? Ты взбунтовала Жалату.

— И что же она сделала?

— Посмела заявить, что имеет право видеть жениха до дня свадьбы.

— По-моему, её просьба законна.

— Законно подчиняться старшим, — отрезал скаллинарец.

Стелла пожала плечами. Сейчас она предпочитала не ссориться с местными жителями. У Алилаша сложный характер, лучше промолчать, а то мало ли что. Близость Лиэны делала её более благоразумной.

Глава X

Неподалёку от водопада Кивир Стелла встретила Телифа: он гнал табун на водопой. Лошади не выражали особых протестов, поэтому его работа сводилась лишь к номинальному присмотру.

Обгоняя друг друга, животные шумно влетели в реку, взбаламутив воду.

Принцесса предпочла подняться вверх по течению и, заодно переброситься парой слов с Телифом. Интересно, знает ли он, что неподалёку бродит Алилаш, а если знает, не из-за него ли хмурый скаллинарец приехал к Манериксу?

—

Здравствуйте, Телиф! Ещё недавно Вы воровали лошадей, а теперь их стережёте?

Девушка расседлала лошадей. Как и следовало ожидать, они тут же по самое брюхо погрузились в мутную жидкость, несколькими минутами ранее называвшуюся рекой Еликой. Главное, чтобы Телиф по ошибке не принял их за своих и не угнал в степь.

— Здравствуйте, коли не шутите. — Скаллинарец подошёл к ней, приставив ладонь козырьком ко лбу. — Да это Вы! Вот уж не думал, что когда-нибудь снова увидимся. Богатой будете, я Вас сразу и не узнал. Каким ветром Вас сюда занесло?

— Попутным, — улыбнулась она. — А у Вас хорошая память, я и не надеялась, что Вы меня вспомните.

— Как же не вспомню! Да не будь Вас, я бы здесь не пас свой табун!

— Так это Ваш?

— Моего рода, — уточнил Телиф.

— Кочуете вдоль Елики?

— Приходится. Солнце выжгло степь, только вдоль рек на севере осталась трава. А осенью везти лошадей в город… — Он вздохнул и бросил взгляд на своих подопечных. — Без травы, Стелла, их дорого не продашь. И так тощие, смотреть жалко!

Принцесса обвела глазами лошадей: рёбра не торчат, значит не так всё плохо.

— Вы бы погнали их на запад, — посоветовала она.

— Там и без нас голов хватает. Как солнце стало припекать, пол Скаллинара оказалось возле озёр.

— Да, нынче жарко! — протянула девушка, с завистью посмотрев на лошадей. Почему она не они, почему она тоже не может плескаться в этой мутной воде?

— Вам бы встать под водопад, — с улыбкой предложил Телиф. — А то Вам с непривычки тяжко.

— Под водопад? — удивилась девушка. — Разве это возможно?

— Конечно! Водопад маленький, всего-то в два лошадиных роста, а за ним есть пещера с заводью.

— А Вы откуда знаете? — недоверчиво спросила принцесса.

— Да я же вырос на Елике, как же мне не знать! Я всегда купался за водопадом, когда пригонял лошадей на водопой.

— Значит, Ваш дом неподалеку?

— Мой дом — степь, — поправил ее скаллинарец. — А здесь или там, значения не имеет.

Телиф заслуживал доверия, поэтому если он говорит, что за водопадом пещера, значит, так оно и есть.

Мужское присутствие вынудило ее купаться прямо в одежде, и то было страшно — смотрит ли он, а, если смотрит, то, что придет ему в голову? Здравый смысл во избежание пассивного подстрекательства к контактам первой степени: как ни старайся, одежда все равно липнет к телу, обнажая то, что положено скрывать, — повернуться спиной к источнику потенциальной угрозы, но, с другой стороны, так она бы не смогла следить за его передвижениями. Выход из, казалось бы, неразрешимой дилеммы нашел водопад, плотной непроницаемой для взглядов стеной закрыв ее от остального мира.