Перстень Мериада
Шрифт:
Что это краснеет там, за пригорком? Куст малины! Девушка питала к ней слабость, не смогла устоять и в этот раз.
Принцесса жадно ела, упиваясь мыслью о том, что ей уже ничего не грозит, что всё уже позади и она снова всего лишь девушка, которая скоро, совсем скоро отпразднует своё совершеннолетие.
С сожалением убедившись, что малина кончается даже в Лиэне, Стелла решила вернуться к лошадям. Ещё с опушки она заметила, как Шарар вдруг навострил уши и с радостным визгом бросился вниз по склону.
—
— Стелла, осторожнее! Шарар никуда не денется, а вот голова у тебя не железная, — раздался голос позади неё.
Принцесса потрогала ногу — кажется, ничего серьёзного, ссадина, не более, и нерешительно обернулась. Мериад сидел на поросшем редкой травой пригорке. У его ног лежал Шарар и пожирал бога преданными глазами. Вот вам и собачья верность!
— Рад снова тебя видеть. — Не понятно, шутит он или говорит серьезно. — Ну, что ты так на меня смотришь? В первый раз видишь? Надеюсь, ты не сильно ушиблась. Вижу, что нет. Тогда вставай и иди сюда.
Отряхнувшись, Стелла поднялась на ноги и осторожно сделала несколько шагов.
— Ближе, — приказал Мериад.
Её хватило ещё на один шаг.
— Да что с тобой, Стелла? Отвыкла или вдруг прониклась благоговейным страхом? Я, право, и не надеялся, думал, что твой дурной характер ничем из тебя не выбьешь. Что наказывай тебя, что не наказывай — все без толку. На других хотя бы страх действует, а ты не перестаешь дерзить даже под страхом смерти.
Принцесса отчаянно замотала головой.
— Что, нет? Ты всегда вела себя вызывающе, сколько я тебя помню. Вроде бы о чем-то просишь — а в голове и в помине нет смирения. Вот скажи мне, зачем ты постоянно действуешь всем на нервы, чего ты этим добиваешься? Встала там и стоишь столбом. Или с ногой хуже, чем я думаю?
— Я… я не ожидала Вас здесь увидеть, — выдавила из себя девушка.
— А где же? В Джисбарле? Сомневаюсь, что ты бы приехала туда добровольно.
— Я бы обязательно….
— Поздравляю, наконец-то! Впервые то, что ты говоришь, и то, что ты думаешь, совпадает, с одной маленькой оговоркой: приезжать ты не собиралась, а хотела послать кольцо с нарочным жрице. Что, самой было бы страшно приехать? Так же страшно, как тебе теперь? Так, на колени становится не надо — уже поздно, это нужно было сделать два года назад в храме Амандина. Приятно, конечно, что ты вдруг решила извиниться, но мне твои извинения уже не нужны. Стелла, ты не в загробном мире, у меня хорошее настроение, я не читаю тебе нотаций — с чего ты вдруг превратилась в сгусток страха? По-моему, мы достаточно долго, по человеческим меркам, разумеется, знакомы, чтобы не бояться со мной разговаривать.
—
— И чем же оно другое?
Она промолчала.
— Мне больше нравится здесь: тишина, покой и полное отсутствие посторонних ушей. К тому же, так мы сэкономим моё время, которое, к твоему сведению, я не намерен тратить на пустое ожидание. А теперь пересиль свой страх, подойти и сядь рядом.
— Я не могу… я не имею права, — робко попыталась возразить Стелла. — Я всего лишь простая смертная и должна знать своё место.
— Иди и садись. Это не обсуждается. И не лукавь, изображая простую смертную девушку.
— Но ведь я и есть простая смертная.
— Да, конечно! Рассказывай эти сказки кому-нибудь другому. Стелла, ну перестань, ты же знаешь, моей любимице можно многое. И если я прошу… Да, именно прошу, но это вовсе не значит, что мои слова можно игнорировать.
Он встал и протянул ей руку. Принцесса пугливо отпрянула.
— Стелла, я не кусаюсь! — рассмеялся Мериад. — И от меня вовсе не веет могильным холодом. Ты не превратишься в бесплотный дух, не застынешь соляным столбом, это вовсе не больно.
— Просто я ведь…
— Просто в тебе в очередной раз разыгрался дух противоречия. Ну, дай свою руку. Не бойся!
Она в нерешительности протянула руку и почувствовала, как его ладонь накрыла ее запястье. Руки у него были как у обычного существа из плоти и крови — теплые и физически осязаемые.
— Ну и как, не умерла?
Короткий миг — и тепло ладони исчезло.
— Садись! — Он указал ей на пригорок.
— Я не могу… — Это была ее последняя попытка протеста.
— Перестань паясничать действовать мне на нервы. Садись!
Она подчинилась и опустилась возле Шарара. Бог сел рядом; он был впервые так близко от нее, что не могло не вызывать очередного прилива паники, накрывшего ее, как океанская волна щуплую рыбачью лодку.
— А теперь от приветствий и формальной части перейдём к делу. Скажи, — улыбнулся Мериад, — ты ведь уже успела оценить его возможности?
— Возможности чего? — не поняла девушка.
— Перстня, конечно. С ним может справиться и ребёнок, будь он достаточно сообразительным.
Интересно, ребёнок — это она? По меркам местного законодательства и с высоты лет говорившего Стелла действительно дитя, но вот по тем поручениям, что ей дают…
— Ладно, перестань придираться к словам. — Он опять читает её мысли! А боги ещё смеют ругать людей за бестактность… Из-за него голова превратилась в проходной двор! — Давай его сюда.
Принцесса с радостью освободилась от своей ноши. Нет, шеи она не тянет, но разлучить с собственной головой может. Зачем же лишний раз рисковать?