Пещерные девы
Шрифт:
Кристина почувствовала, как в ней просыпается надежда.
– Понятно, – сказала она. – Тогда я согласна с вашим предположением. Судя по результатам осмотра тела Трейси Уилсон, ее убил тот же, кто разделался и с другими студентками.
Тут проявил нерешительность Миранда:
– Но, может, мы все-таки ошибаемся. Я уже не знаю, что думать, особенно после ареста Хиггинса.
Кристина покачала головой.
– Я думаю, что раз Пол так говорит, значит, у него есть для этого основания. Что касается его ареста, Нед, то я помню, что говорила о нем Гастон, и не верю ни единому ее слову. Да, в шестнадцать лет Пол Хиггинс оказался на заметке у полиции,
– Нам удалось сузить список подозреваемых до одиннадцати преподавателей, регулярно бывающих в обоих кампусах. Для отбора девушек из числа учащихся пришлось затребовать в учебных отделах обоих университетов список десяти лучших студенток, ведь и Винчестер, и Маккинли были отличницами. Так мы получили список из семнадцати студенток, за которыми мог попытаться приударить преподаватель-мужчина.
Миранда отложил карандаш и посмотрел на Кристину.
– Я предлагаю тебе просмотреть эти одиннадцать кандидатур вместе со мной.
– Хорошо, – не сразу ответила Кристина. – А как давно ты с моими ребятами работаешь над этим? Гастон что-нибудь знает? Если она ждет, что ты привезешь меня обратно, то вряд ли она будет в восторге, узнав, что ты тоже участвуешь в этом деле.
Миранда пожал плечами.
– Патриция сказала мне, что я подвел ее, потому что не следил за тобой. Почему ты не сообщила мне, что будешь говорить с Рэндаллом Крейтоном? Почему не вернулась сразу в Чикаго, как обещала? – Кристине показалось, что прежний Нед-надсмотрщик вернулся, но он тут же исчез. – Короче, я, можно сказать, облажался, с какой стороны ни посмотри.
– Но ты нашел меня, Нед, как и хотела Патриция. Не стоит казнить себя.
Он улыбнулся, сдаваясь:
– Может, закончим с этим, пока ты не заснула?
Но их разговор продолжался еще час. Кристина увидела в его списке несколько знакомых имен – среди них был Фергюсон, что нисколько ее не удивило, а также Джейкоб Грэм, который вел в Иллинойсе углубленный курс биохимии.
– Так что ты собираешься делать, Нед? Останешься здесь, в Бенсоне, или…
Он покачал головой.
– Мне лучше вернуться. Моя миссия выполнена. – И он улыбнулся так, как нередко улыбалась ему она, – сардонически.
– Ладно, – сказала Кристина, радуясь, что он больше не стесняет ее в движениях, как раньше. Повторять очевидное тоже не было смысла – Патриция уволит его за нарушение субординации.
Кристина проводила Неда до машины.
– Если будешь говорить с Брайаном, напомни ему, что я жду от него результатов работы программы распознавания лиц на фото, которые я ему сбросила. И, Нед, – мне так странно говорить тебе это, – я сделаю все, чтобы помочь тебе, ну, ты понимаешь… дам показания на твоем слушании или что там еще. Если, конечно, меня саму не уволят.
И оба печально улыбнулись.
Трип следил за ними с другой стороны улицы, дрожа от злости. Увидев, как она виснет на этом мистере в темном костюме, он чуть не взорвался от ярости. Даже в ушах зазвенело, как будто был разгар лета и запели сверчки. Трип так сдавил обеими руками руль грузовика, что пальцам стало больно.
Он видел, как она подцепила в аэропорту этого хрена – агента, которого зазвала к себе в номер, где наверняка напоила, а может, и предложила что-нибудь позабористее. Ну-ну, рандеву состоялось, и голубки
Высокий мужчина в темном костюме сел в маленький «Шевроле Компакт», который ждал его перед гостиницей, и поехал, судя по всему, в сторону аэропорта. Трип ехал за ним, но решил держаться на расстоянии. Кампус кишит полицией, а еще телевизионщиками и репортерами, так что дополнительные меры предосторожности не помешают. Но это не значит, что он простит ее вину, – она сделала это ему назло, она поступила с ним плохо и за это будет наказана.
На голове у Трипа была засаленная бейсболка – он нашел ее за сиденьем грузовика, который час назад угнал со стоянки за бензозаправкой. Грязные рабочие рукавицы и рваную клетчатую рубашку, которые лежали там же вместе с бейсболкой, он тоже надел – для маскировки, на всякий случай. Он ехал за машиной мистера Темный Костюм и едва сдерживал свое второе «я», которое рвалось наружу. За лобовым стеклом грузовика мелькали деревья, трава, небо, лента дороги разматывалась из-под колес – все как обычно, но в следующую секунду у него в голове начинали спорить голоса, и тогда он вцеплялся в руль до судороги в пальцах, лишь бы удержать машину на дороге.
Впереди загорелись огни железнодорожного переезда. Полосатые, как зебра, ворота с громким звоном встали поперек дороги. Шоссе по другую сторону рельсов было пустынно. Трип взглянул в зеркало заднего вида. Сзади тоже никого. Странно – когда его ярость доходила до предела, внутри него наступало как бы равновесие: он сам становился как воздух после грозы – тих, чист и безмятежно спокоен, а мир вокруг делался ярче, свежее и живее.
Раздался низкий гул – тепловозы подтягивали к переезду длиннющий товарный состав. Совокупная вибрация их двигателей мощностью в тысячи лошадиных сил каждый передавалась Трипу даже через рулевое колесо грузовика. В нескольких сотнях ярдов от переезда заколыхались деревья – значит, они уже близко.
Трип подал грузовик вперед, поближе к машине агента, и встал, его нога зависла над педалью газа. За деревьями вдоль линии уже мелькали желтые борта локомотивов, они быстро приближались. Трип подъехал еще ближе, прикинул скорость поезда и вдавил педаль газа в пол. Маленький «Шевроле» буквально пробил шлагбаум и вылетел на рельсы прямо под колеса переднего локомотива.
Машинист не успел отреагировать. У него не было времени сбросить скорость. Локомотив с разгона ударил машинку в бок, смял ее, как бумажку, и продолжал двигаться, толкая перед собой груду железа, от которой летели в разные стороны снопы искр. Скрежет металла о металл скоро перестал быть слышен за ритмичным перестуком колес – мимо переезда, почти не сбавляя скорости, мелькали один за другим груженые вагоны.
Трип развернулся и поехал на заправку. Там он поставил грузовик строго на то же место, где он стоял раньше, а ключ зажигания сунул под коврик переднего сиденья – туда же, где нашел его сам. Потом он нырнул в боковую улицу, где сел за руль своей синей «Тойоты Ярис», а принесенные с собой рубашку, рукавицы и бейсболку сложил в черный пакет для мусора, чтобы потом сжечь их в баке за сараем у себя дома.
В нем снова закипала ярость – не так сильно, как раньше, но все же. Он знал, что ему с ней делать. Главное – не доверять. Она такая же распутная мошенница, как и другие. Он улыбнулся. Как бы она разозлилась, если бы узнала, что это была ее последняя интрижка с мистером Темный Костюм.