Пешки Сдвига

Громов Вадим Николаевич

Увидев бегущих в их сторону Шатуна и Алмаза, он бросился к ним, потом дёрнулся к Лихо, заметался - одним словом, вовсю демонстрировал полную потерю самообладания.

Лихо, ещё пяток раз смачно приложив по двери подкованным носком армейского ботинка, отошла от неё, и присела на корточки, закрыв лицо ладонями. Плечи её затряслись. Лихо, никогда не сдающаяся, никогда не упускающая возможности пошутить в самых безвыходных на первый взгляд мясорубках - плакала.

– Ну, ты что... Не надо, Лихо...
– Книжник, ссутулившись, переминался рядом с ноги на ногу, не

зная, что предпринять. Положил руку ей на плечо, стараясь успокоить, облегчить... Лихо уткнулась лицом в руку очкарика, и разрыдалась в голос, не стесняясь никого.

– Лихо... Придумаем что-нибудь, обязательно.
– Книжник присел рядом, заглядывая в лицо, уже сам готовый разрыдаться.
– И не из таких передряг выбирались...

– Суки...
– Сквозь стиснутые зубы сказала Лихо, начиная вытирать слёзы рукавом. Снова превращаясь в ту цельнометаллическую амазонку, способную при надобности вывернуть шипача наизнанку, голыми, при надобности - даже переломанными руками. Алмаз с Шатуном приблизились, понимая, что самое большое потрясение в этот день было не час назад, а только что. И смутно предчувствуя, что это ещё не все.

– Что стряслось?
– Шатун не стал ни с кем нянькаться, приводя в душевное равновесие. Лихо уже почти пришла в себя, а Книжника достаточно легонько потрясти за шиворот, сделав соответствующую физиономию морды.

– Книжник, расскажи...
– Бесцветным голосом велела Лихо.
– У тебя поглаже получится. Тем более, что я всех деталей не запомнила, а уж тем более, когда меня накрыло по полной программе... Только без излишеств, без раскудрявостей. Чётко, по существу.

Книжник подобрался, взгляд у него стал каким-то отрешённым, словно ему предстояло вспомнить нечто, не способное принести никаких положительных эмоций. Но крайне необходимое.

– Что такое параллельные миры, знаете?
– Вопрос был задан сразу обоим, и Алмазу и Шатуну.
– Или краткий экскурс проводить придётся?

– Примерно, в общих чертах, и где-то около...
– Кивнул Алмаз. Шатун тоже взмыкнул что-то утвердительное.

– А больше и не надо, - Поправил сползшие на кончик носа очки Книжник.
– Я тоже постараюсь обойтись без специфических терминов. Параллельные миры существуют независимо друг от друга, и события, происходящие в каждом из них, влияют на ход истории, творящейся только в этой вселенной, никоим образом не затрагивая других. Понятно объясняю, или ещё проще надо? Хотя куда уже проще...

– Нормально.
– Пробасил Шатун. Алмаз сделал отмашку рукой - "продолжай".

– Лады... Для полноты картины добавлю, что путешествия в параллельные миры теоретически возможны, но на практике - увы... А вот теперь представьте, что два мира всё-таки пересеклись! Даже не пересеклись, а соприкоснулись. Ненамного, но уверенно. Так, что образовалась некая лазейка, прореха, дыра - называйте как хотите: в которую из одного мира в другой утекает энергия.

– Всплеск!
– Процедил Алмаз сквозь зубы, и выругался - длинно, затейливо.
– Из этого чулана барабашка?

– Точно...
– Книжник покривил губы, точь-в-точь,

как его дядя.
– И многие из прочих "восторгов жизни", которые мы наблюдаем уже четвёртый десяток лет. Представьте себе паразита, живущего за счёт другого организма, тянущего у него жизненные силы, и не сказать, что совсем уж гуманными дозами.

– Я так предполагаю, что мы не в роли паразита, - Буркнул Шатун, внимательно слушающий Книжника.
– Скорее уж наоборот...

– Разубеждать не буду...
– Очкарик как-то криво, и очень зло усмехнулся.
– Хотя бы потому, что всё так и есть. Самым доподлиннейшим образом...

– А этот, жертва "могильщика", что, оттуда?
– Алмаз сделал неопределённый жест, явно относящийся к тем самым параллельным мирам.
– Спасти нас явился?

– Если бы...
– Голос Книжника приобрёл какую-то странную интонацию, не сулящую никаких бесплатных коврижек.
– Если бы... И все коврики в Суровцах вытрясти заодно. Спасатель, бля...

– Себя он спасти собирался...
– Лихо посмотрела на них снизу вверх, застывшим, почти безжизненным взглядом, и повторила по слогам, как для непонятливых.
– Се-бя. И - точка.

– Стоп!
– Алмаз поднял ладонь кверху.
– Дыра между мирами, мы в пролёте. Они, как я понимаю - в аналогичной обстановке. Вселенские катаклизмы, бывает... Спасут себя, спасут нас. Какие проблемы? Помочь надо - поможем... У меня только в голове не укладывается - чего ты так взбеленилась?

Шатун согласно закивал, но в глазах стояло какое-то осознание, что полной картины им ещё не рассказали, остались какие-то штришки, шероховатости, что-то не сходилось, пробуксовывало...

– Это не катаклизм, Алмазик!
– Яростно выкрикнула Лихо, и тут же подавила вспышку, продолжила, резко выговаривая слова, словно резала по живому - больно, неотвратимо.
– Это они сделали...

– Они?
– У Алмаза с Шатуном одновременно затвердели скулы и сжались кулаки. Друзья одновременно посмотрели на дверь, из которой до этого вытолкали Лихо. Лихо правильно поняла реакцию друзей.

– Не надо. Не поможет. Он уже плохой был, когда разговор заканчивался. Не стерпела душа, приложила я ему, за все тридцать с лишком лет такой жизни. Сейчас отходит уже, наверняка...

– Не знаю, как это у них получилось, - Книжник снова взял слово.- Но это была не случайность. Как мы все успели понять, в ходе расспроса, допроса - называйте как хотите!
– в их мире были проведены целенаправленные действия, результатом которого известные для нас последствия, называемые Сдвигом.

– Зачем они это сделали?
– Катая желваки по скулам, и нехорошо постукивая кулаком о бедро, спросил Алмаз.
– Только не говорите мне, что у них чего-то не хватало, и они решили запустить свои грабки в наши закрома. Без спроса и предупреждения.

– Нет, они хотели запустить объединённое производство леденцовых петушков на палочке.
– В глазах Книжника плескалась невероятная смесь злости, отвращения, и скрытого отчаяния.
– И бесплатно раздавать всем желающим в неограниченных количествах.