Пьесы
Шрифт:
ПЕРС. Что же ты сделал?
БЕЛ-АФРИС. Сжал кулак и что есть силы ударил римлянина в зубы. И оказалось, римлянин мой – простой смертный: он свалился оглушенный. Я проткнул его его же мечом. (Вытаскивает меч.)Вот – римский меч и кровь римлянина на нем.
СТРАЖА (одобрительно). Хорошо! (Берут у него меч и передают из рук в руки, разглядывая его с любопытством.)
ПЕРС. А твои люди?
БЕЛ-АФРИС. Обратились в бегство. Рассыпались, как овцы.
БЕЛЬЗЕНОР (в
БЕЛ-АФРИС (с ядовитым спокойствием). Потомки богов не остались на растерзанье, родич. Поле боя досталось не сильным, но в беге одолел скорый. У римлян нет колесниц, но они послали тучи всадников в погоню, и те перебили множество. Тогда полководец нашего верховного жреца призвал двенадцать потомков богов и заклинал нас погибнуть в бою. Я подумал: лучше стоять, нежели задыхаться в беге и погибнуть от удара в спину. Я остался на месте с военачальником. Римляне оказали нам уважение; ибо никто не нападает на льва, когда поле полно овец, – если он не знает, что такое честь и гордость войны; а римляне не знают этого. Так мы спаслись. И я пришел сказать вам, чтобы вы открыли ворота Цезарю; ибо не пройдет и часа, как подойдут его передовые отряды. Между вами и его легионами нет ни одного египетского воина.
ЧАСОВОЙ. О горе! (Бросает свое копье и бежит во дворец.)
БЕЛЬЗЕНОР. Пригвоздить его к двери! Живо!
Стража гонится за часовым, потрясая копьями, но он ускользает от них.
Теперь твоя весть побежит по дворцу, как огонь по жнивью.
БЕЛ-АФРИС. Что же нам сделать, дабы спасти женщин от римлян?
БЕЛЬЗЕНОР. А почему бы не убить их?
ПЕРС. Потому что за кровь некоторых из них пришлось бы поплатиться головой. Пусть лучше их убьют римляне. Это дешевле.
БЕЛЬЗЕНОР (в благоговении перед его сообразительностью).О хитроумный! О змий!
БЕЛ-АФРИС. А ваша царица?
БЕЛЬЗЕНОР. Да. Мы должны увезти Клеопатру.
БЕЛ-АФРИС. А разве вы не собираетесь подождать ее приказаний?
БЕЛЬЗЕНОР. Приказаний? Девчонки шестнадцати лет! Нет, у нас этого не водится. Это вы в Мемфисе считаете ее царицей; а мы-то здесь знаем. Я посажу ее на круп моего коня. Когда мы, воины, спасем ее от рук Цезаря, пусть жрецы и няньки опять выставляют ее царицей и нашептывают ей, что она должна приказать.
ПЕРС. Выслушай меня, Бельзенор.
БЕЛЬЗЕНОР. Говори, о мудрый не по летам.
ПЕРС. Птолемей, брат Клеопатры, враждует с ней. Продадим ему Клеопатру.
СТРАЖА. О хитроумный! О змий!
БЕЛЬЗЕНОР. Мы не смеем. Мы потомки богов, но Клеопатра – дочь Нила. И земля отцов наших не будет давать зерна, если Нил не поднимет свои воды и не напитает ее. Без даров отца нашего мы станем нищими.
ПЕРС. Это правда. Стража царицы не может жить на то, что ей дает царица. Но выслушайте меня, о вы, родичи Озириса.
СТРАЖА. Говори, о хитроумный! Внемлите детищу змия!
ПЕРС. Разве не правда то, что я говорил вам о Цезаре, когда вы думали, что я насмехаюсь над вами?
СТРАЖА.
БЕЛЬЗЕНОР (неохотно соглашаясь).Так говорит Бел-Африс.
ПЕРС. Так узнайте другое. Этот Цезарь – он очень любит женщин; они становятся ему друзьями и советчицами.
БЕЛЬЗЕНОР. Фу! Владычество женщин приведет к гибели Египет.
ПЕРС. Пусть оно приведет к гибели Рим. Цезарь уже в преклонных летах. Ему больше пятидесяти лет, он утомлен битвами и трудом. Он стар для юных жен, а пожилые слишком мудры, чтобы благоволить к нему.
БЕЛ-АФРИС. Берегись, перс! Цезарь близко, как бы он не услыхал тебя.
ПЕРС. Клеопатра еще не женщина, и мудрости нет у нее. Но она уже смущает разум мужчин.
БЕЛЬЗЕНОР. Верно! Это потому, что она дочь Нила и черной кошки от священного Белого Кота. Ну и что же?
ПЕРС. Продадим ее тайно Птолемею, а сами пойдем к Цезарю и предложим ему пойти войной на Птолемея, чтобы спасти нашу царицу, прапраправнучку Нила.
СТРАЖА. О змий! Перс. И он послушает нас, если мы придем и распишем ему, какова она. Он победит и убьет ее брата. И Клеопатра будет его царицей. А мы будем ее стражей.
СТРАЖА. О коварнейший из змиев! О мудрость! О чудо из чудес!
БЕЛ-АФРИС. Он явится сюда, пока ты здесь разглагольствуешь, о длинноязыкий.
БЕЛЬЗЕНОР. Это правда.
Испуганные вопли во дворце прерывают его.
Скорей! Они уже бегут! К дверям!
Стража бросается к двери и загораживает ее копьями. Толпа служанок и нянек показывается в дверях. Те, что впереди, пятятся от копий и вопят задним, чтобы они не напирали. Голос Бельзенора покрывает их вопли.
Назад! На место! Назад, негодные коровы!
СТРАЖА. Назад, негодные коровы!
БЕЛЬЗЕНОР. Пошлите сюда Фтататиту, главную няньку царицы!
ЖЕНЩИНЫ (кричат во дворце).Фтататита, Фтататита! Иди сюда скорей. Говори с Бельзенором!
ОДНА ИЗ ЖЕНЩИН. Да подайтесь же вы назад! Вы толкаете меня на копья!
На пороге появляется рослая мрачная женщина. Лицо ее покрыто сетью тонких морщин; большие старые, умные глаза. Она мускулистая, высокая, очень сильная; у нее рот ищейки и челюсти бульдога; одета как важная особа при дворе, говорит со стражей высокомерно.
ФТАТАТИТА. Дайте дорогу главной няне царицы.
БЕЛЬЗЕНОР (с величавой надменностью). Фтататита, я Бельзенор, начальник царской стражи, потомок богов.
ФТАТАТИТА (вдвойне высокомерно). Бельзенор, я Фтататита, главная няня царицы, а твои божественные предки гордились тем, что изображения их живут на стенах пирамид великих царей, которым служили мои предки.
Женщины злорадно смеются.
БЕЛЬЗЕНОР (со злобной насмешкой).Фтататита, дочь длинноязыкого и оковращающего хамелеона, римляне на пороге!