Плацдарм
Шрифт:
И изумленное лицо юного солдата с остекленевшими, подернутыми смертной поволокой глазами, из горла которого торчит стрела.
Более-менее соображать он стал лишь когда выбежал к центру городка — где стоял угрюмый зиккурат из чёрного камня — храм здешнего кровожадного бога.
А перед ним командир родовой дружины Белых Коней был занят делом, от которого Серёгину стало нехорошо.
Если называть вещи своими именами, в данный момент Горун свежевал тушу.
Правда, туша эта принадлежала человеку, и пока что была жива — вернее,
Срёгин стоял как завороженный видя невероятное, невозможное по меркам своей прежней жизни зрелище — живого человека, распятого между вбитых в землю кольев, с наполовину содранной кожей, свисавшей как спущенный с плечь комбинезон.
— Не беспокойся, брат полусотник, — видя его лицо торопливо бросил один из обступивших своего командира людей. Сёрегин даже вспомнил его — Сох, десятник, сын шамана, один из сопровождавших первое посольство к землянам. Я знаю что по вашим обычаям воину не пристало напрасно мучить врага. Но это — долг крови.
Это жрец, отправивший на алтарь его семью — двенадцать душ, когда те пришли в этот мерзкий город купить муки и соли, а ихнему поганому богу потребовались жертвы, во имя выздоровления проклятого императора. Ну что ты? — Сох похлопал его по плечу. Это всего лишь жирная скотина, продававшая наших братьев и сестер как баранов на базаре.
Понимаю — ремесло палача не очень пристало воину, но это святой долг мести…
— Да… я понимаю, — пробормотал лейтенант, прилагая героические усилия, чтобы держать содержимое желудка внутри.
Октябрьск, сутки спустя
Вот, что мы набросали исходя из допросов пленных и информации полученной от союзников, — Сентябрьский пододвинул стопку печатных и рукописных листов, и ярко нарисованные карты.
Вкратце — у Сарнаргасхала основные места базирования воинских частей — это северные районы — наиболее плодородные и с наиболее развитой дорожной сетью. Основная армия укомплектованная в основном находящимися на службе у короны профессиональными воинами так и именуется — Северной.
Делится она на три части и которые собираются тут, тут и тут — палец его указал на три города, — и соединяются в нужном месте. Думаю, самым рациональным будет дождаться, пока они соберут все три корпуса, а потом стремительными ударами мотомеханизированных частей и авиации уничтожить их, одновременно силами союзников проведя операции на оставшейся территории, после чего блокировать столицу и вынудить к сдаче.
— И какой срок?
— Войска Сарнаргасхала обычно собираются в районах сосредоточения порядка двух месяцев — с обозами, провиантом и резервами, так что…
— То есть нужно ждать три месяца? — вспыхнул Тихомиров. Он решительным движением руки отмел бумаги штабиста.
Ну уж нет!
У вас есть другие предложения, товарищ генерал-лейтенант?
— Есть конечно!
Мы просто поднимаем войска, берем столько пехоты союзников
— Простите — куда выступаем? — не понял зам командующего ОГВ.
— На Сарнаргас! — отчеканил Тихомиров, поднимаясь.
Аргуэрлайл. Год Синего Ветра. Месяц Теплых Ночей, двадцать девятый день
Конгергация ковенов Севера. Таорас. Дворец Девяти Столпов
Известно всем и давно: хороший маг не всегда бывает хорошим повелителем.
Чем выше способности талант и сила, тем меньше человеку хочется заниматься чем-то, кроме своего искусства. Нет, редко кто отдает себя чародейству без остатка — есть и у чародеев, как и у всех людей, свои слабости и страстишки.
Кто-то коллекционирует красавиц, кто-то драгоценные камни и украшения, кто-то — старинные монеты; кто-то любит вкусно поесть или вырезать из дерева забавные фигурки…
Но маги, которые бы увлекались мирской властью, встречаются реже, чем белые драконы.
Правда, слишком плохой маг тоже мало пригоден, чтобы возглавлять себе подобных: не секрет, что мастера уважают лишь мастеров.
Поэтому и говорят еще, что маг низких ступеней — плохой повелевающий. Но говорят также, что маг высший ступеней — повелевающий никакой.
А в мире Аргуэрлайл лучше иметь плохого вождя, чем вождя никакого.
Эйгахал Аэтт, первый кормчий ковена Холми из Конгрегации ковенов Севера, был как раз тем, кого, выражаясь официальным языком, можно было назвать идеальным руководителем магического ордена.
Он вполне разбирался в тонкостях искусства, и даже седобородые маги-наставники не назвали бы его невеждой. Он умел достаточно много — шестой ступени в управлении погодой добиться непросто.
Но в то же время мэтр Эйгахал вполне разбирался и в хозяйственных делах ковена (не все же целиком сваливать на управляющих и приказчиков) и богатство его магической семьи прирастало во многом благодаря его советам.
Но куда важнее было то, что он также разбирался в тонкостях внутримагических отношений, точно определяя, куда и кого поставить, кому что поручить, и какие направления избрать.
А это было самое важное.
И в самом деле, что толку в маге пятнадцатой или даже двадцатой ступени, если на поле битвы его скрутят два десятка вражеских магов, должным образом организованных? Какая польза в самом лучшем наставнике, если он ошибется и подготовит самых хороших магов, но не тех, что нужны ковену и его пути? И так далее, и тому подобное.
И вот сейчас, готовясь к совещанию вожаков Конгрегации, маг напрягал все свои умственные и логические способности. Уже семь лет он вел свой ковен — один из сильнейших в Конгрегации, но ни разу не встречалась ему задача такой сложности. И быть может, никто из всех его предшественников за все пять веков существования ковена не сталкивался с подобным.