Плакальщик
Шрифт:
В домике имелось четыре комнаты, гостиная, кухня, две спальни и ванная. Не включая света, Паркер обошел их и удостоверился, что все они пусты. Затем, выйдя через парадную дверь, вернулся к фургону. Проехав по подъездной дорожке, он остановил машину позади домика.
— Последи за ним еще минуту, — бросил он Генди и снова вылез из фургона. В домике он включил свет на кухне. Теперь через окна во двор лилось достаточно света, и он, выйдя наружу, выключил фары фургона.
Генди уже мог самостоятельно двигаться, но на одеревенелых ногах шагал неуклюже. Все трое вошли в домик. Генди держал нетерпеливого с плоскогубцами
Содержание его карманов постепенно перекочевало на кухонный стол. Бумажник, пачка сигарет “Мальборо”, зажигалка “Зиппо” с военной эмблемой, пара плоскогубцев с обмотанными изолентой, как принято у электриков, ручками, штопор, нож с автоматически выскакивающим лезвием, небольшая черная записная книжка и жестяная коробочка с аспирином. В бумажнике тридцать три доллара, две фотографии девушки в купальном костюме, фотография самого нетерпеливого с плоскогубцами в плавках и целая куча различных справок — свидетельство об увольнении из армии, водительские права, лицензия на вождение грузовиков и перевозку грузов, карточка члена местного клуба, карточка местного спортивного клуба. Все документы были выписаны на имя Уолтера Амбриджа из Балтимора.
Закончив изучать бумажник, Паркер бросил его на стол.
— Ладно, Уолли, присядь.
— Меня зовут Уолтер, — примирительно уточнил нетерпеливый с плоскогубцами и не сел.
Паркер ударил его немного выше пояса. Воздух выскочил из легких Уолтера, и тот согнулся пополам. Паркер слегка дернул его за плечо, придавая нужное направление, и тот сел. Генди стоял, опираясь на холодильник и небрежно держа в руках пистолет.
Паркер сел по другую сторону на кухонный стул и положил руки на стол.
— Ладно, Уолли, — сказал он, — кто такой Менло?
— Сам догадайся.
Паркер покачал головой и взял в руки плоскогубцы. Протянул их Генди.
— Выдерни-ка у него ноготь с левого указательного пальца.
Амбридж с ревом сорвался со стула. Пришлось довольно сильно его ударить, чтобы оглушить, потом опять усадить. Паркер подождал, пока взгляд Амбриджа станет осмысленным, и произнес:
— Ну что? Нам привязать тебя к стулу, Уолли? Причинить тебе боль? Я только и делаю, что задаю вопросы всю ночь. Мне это не нравится. Отвечай быстрее, Уолли.
Амбридж смотрел на него более тяжелым взглядом, чем прежде, стараясь спрятать таким образом свой испуг.
— Вы, пташки, в большой беде, — сказал он. — Знаете об этом? И нет у вас никакого разрешения. Ничего.
— Разрешения? О чем ты, черт возьми, говоришь?!
— Разрешения от Организации, черт побери! Вы не можете здесь заниматься своими играми, если не получили разрешения от Организации. Кто, черт побери, вы такие? Любопытно. Любители?..
— Ну, черт бы меня побрал! — воскликнул Паркер. Он знал, о чем говорит Амбридж, но был удивлен. Он знал об Организации. Такое название употреблял относительно себя Синдикат в нынешнем году. Организация не поощряла действий на своей территории без собственного одобрения. Да он и сам никогда не взялся бы за работу, о которой уже известно Организации. К чему лишние разборки!.. Хотя практической пользы от нее не было никакой. Она лишь взимала обычные пять — десять процентов от суммы
Но Менло этого не знал и спешил заручиться ее поддержкой.
— Ты сам чей? Работаешь с Менло или же с Синдикатом?
— С Организацией. Нанимаюсь иногда. У Менло своих помощников нет.
— Он, однако, немногого стоит, — вмешался в разговор Генди. — Эти парни держали меня три часа и не выбили ни слова.
— Никто не знал, что у тебя есть напарник, — недовольно возразил Амбридж.
— Итак, вернемся к нашему вопросу, — произнес Паркер. Подняв плоскогубцы, он свободно поигрывал ими; — Кто такой Менло и что ему нужно?
— Это не имеет значения, — ответил Амбридж. — Точно вам говорю, это вам без разницы. Вы, парни, нарвались. Надо лучше думать. Организацию вам не обойти.
Тут Генди рассмеялся, потому что за последний год Паркер не посчитался с Организацией дважды, и оба раза вышло у него это вполне неплохо. В принципе при определенном умении можно было годами действовать без разрешения Организации.
Амбридж посмотрел на Генди так, как глядит патриот на человека, забывшего снять шляпу при подъеме национального флага.
— Ты свое получишь, — процедил он.
— Прекрати тянуть время, — напомнил Паркер.
Амбридж пожал плечами:
— Я скажу. Все равно это не имеет значения. Этот парень Менло появился... — Он вдруг поражение уставился на них. — Минутку, — пробормотал он. — Вы коммунисты?
Генди вновь рассмеялся:
— Ну нет. Мы капиталисты на всю катушку.
— Кто такой Менло? — Паркеру уже надоело задавать один и тот же вопрос, и он сжал плоскогубцы сильнее.
— Менло — это перебежчик, — сказал Амбридж так, как человек, совсем недавно узнавший это слово. — Он бежал из одной из коммунистических стран. Они послали его сюда выполнить задание, но он сказал, что выходит из игры. Он сказал, что этот Кейпор набит деньгами, что все они хранятся в его доме, и мы должны их забрать у него.
— Насколько он набит деньгами? — Может быть, на сто тысяч долларов. Генди тихо присвистнул, а Паркер проговорил:
— Чушь! Наличными? Где он может их держать?
— Не спрашивайте меня. Этот Менло установил контакт и разговаривал с Мак... разговаривал с боссом. И босс решил, что стоит поделить выручку пополам — пятьдесят на пятьдесят. У Менло — товар, у Организации — люди. Хотя никакого значения не имеет то, что я вам говорю. Вы не можете обойти Организацию.
Возможно, если бы он еще несколько раз повторил одно и то же, то сам себе поверил. Для него так думать лучше, чем знать, что его запугали простыми угрозами.
И это означало, что, вполне вероятно, он говорит правду. Толстяк Менло убедил Организацию, что у Кейпора полно денег. Но где мог сотрудник посольства небольшой недружественной страны прихватить сто тысяч долларов? Или Менло заливает, рассказывая Организации сказки в обмен на помощь людьми, или же этот Кейпор представляет нечто большее, чем о нем знал Харроу.
Сейчас самое время встретиться с этим Менло.
— Где сейчас Менло? — спросил Паркер.
Амбридж покачал головой:
— Я не знаю. Он унюхал опасность с вашей стороны, приятели. Он собирался укрыться в квартире у Клары, но теперь его там не будет.