Плакальщик
Шрифт:
Холл вел на кухню. На полпути находилось друг против друга несколько дверей. Одна из них, налево, вела в сверкающую белым кафелем и белым фарфором ванную комнату. Ярко горела лампа дневного света над зеркалом, находящимся над раковиной умывальника. Дверь напротив вела в другую спальню, в которой имелась кровать. Спальня также была ярко освещена и выглядела логовом проститутки. В комнате главное место занимала застеленная покрывалом, кровать без подушек. У противоположной стены стоял поцарапанный туалетный столик. У кровати с одной стороны
В конце холла имелся вход в столовую, освещенную люстрой из розового стекла. На выцветших кремового цвета обоях изображались увитые плющом греческие колонны. В центре, под люстрой, стоял покрытый зеленым сукном столик для игры в покер. Вокруг него на выцветшем восточном ковре располагались восемь кресел. Вот и вся мебель.
Третья спальня, за столовой, по-видимому, и была той, которой пользовался Менло, так как в ней на кресле валялась одежда. Расческа, запонки и другие мелочи лежали на туалетном столике. Там же стоял дорогой будильник.
Широкий арочный проем вел из столовой в гостиную, обставленную старинной мебелью темных тонов. Мебели здесь было даже слишком много.
Все лампы в доме были включены, и “континенталь” по-прежнему стоял перед парадным входом, хотя все комнаты оказались пустыми.
Генди поймал взгляд Паркера и указал на пол. Паркер кивнул. Двигаясь все так же осторожно и бесшумно, они вернулись на кухню. Там открыли дверь в кладовую, а за второй дверью увидели спиральную лестницу в подвал, уходящую влево и вниз. Снизу проникал свет и доносился спокойный тон разговаривающего. Затем раздались другие звуки — непрерывный грубый скрежет, медленный и ритмичный.
У Генди в руках уже был пистолет. Паркер тоже достал свой “терьер” и пошел вниз. Лестница резко сворачивала влево и шла прямо вниз до конца. Она вела к задней стене дома, поэтому, когда Паркер спустился, большая часть подвала оказалась у него за спиной. Он прошел первую половину, затем присел на корточки и стал спускаться дальше, разглядывая сквозь перила остальную часть подвала.
С подвального потолка свисали три огромные лампы по триста ватт каждая. Все без абажуров и все включены, освещая подвал резким, не оставлявшим тени светом. Здесь находилась старая угольная печь, а возле двух металлических раковин стояло несколько ведер с мусором.
В дальнем конце подвала толстяк рыл себе могилу под взглядами трех наблюдателей. Двое из них стояли молча с пистолетами в руках. Третий удобно устроился на стуле, принесенном из кухни. Внешне аккуратно одет. Он и был тем самым, кто говорил в спокойной, почти монологической манере на языке, который Паркер не мог распознать. Гортанный, но не похожий на немецкий язык.
Генди ухмыльнулся и жестом предложил подняться наверх, но Паркер покачал головой. Озадаченный Генди наклонился вперед и прошептал:
— Они избавляют нас от конкурента, зачем
— Если в доме Кейпора находится не только статуэтка, я хочу узнать, что это и где это найти, — тоже шепотом пояснил Паркер. — Толстяк это знает.
Генди пожал плечами:
— Беру на себя того, слева.
Они разошлись с лестницы в разные стороны. В замкнутом пространстве выстрелы прогремели совершенно оглушительно.
Еще до того, как двое с пистолетами рухнули на землю, третий, оборачиваясь, вскочил со стула, и плоский белый пистолет показался из-под его пиджака. Паркер и Генди вновь выстрелили. Автоматический пистолет взлетел в воздух, а владелец его свалился в могилу, которую Менло успел вырыть только наполовину.
Менло, двигаясь быстрее, чем пристало любому толстяку, бросился в сторону и перекатился к дальней стене. Но так как выстрелов больше не последовало, он осторожно поднялся на ноги. Его белую рубашку покрывали пятна пота и грязь, а черные мятые брюки пузырились на коленях. Он был бос. Лицо и руки тоже в грязи. Он стоял, вглядываясь в сторону лестницы до тех пор, пока Паркер и Генди не двинулись к нему. Тогда он внезапно заулыбался.
— А-а, — сказал он, — как я счастлив, что не задержался тогда, чтобы убить вас у бедной Клары.
— Пошли, — скомандовал Паркер.
— Так быстро? Но я еще не выразил своей благодарности. Вы спасли мне жизнь.
— Мы поговорим об этом позже, как считаешь? — добавил Генди.
Менло осмотрелся и оглядел три разбросанных по подвалу тела.
— В ваших словах имеется большая доля истины, — кивнул он. — Вы разобрались с шофером?
— В этом нет необходимости. Пошли.
— Безусловно. С большим удовольствием.
Паркер пошел первым, за ним — Менло, а замыкающим — Генди. Они проследовали по лестнице вверх на кухню, и, когда Паркер протянул руку к входной двери, Менло проговорил:
— Пожалуйста, подождите. Неужели вы поведете меня в таком виде?
— Умоетесь позже.
— Мои личные вещи!..
— Пошли, — повторил Паркер.
— Дай ему его барахло, — вступился Генди. — Какого черта!
— В таком случае следи за ним.
— Конечно.
Паркер ожидал их на кухне. Судя по кухонным часам, прошло две минуты, когда те вернулись. Менло уже в ботинках и в пиджаке. Пиджак ему был слишком узок. Он нес черный атташе-кейс, сделанный из хорошей кожи.
Паркер указал на него:
— Что там?
— Я проверил, — сказал Генди, — там только одежда и фляжка.
— И зубная щетка, — добавил Менло. Все его лицо было в грязи. Но когда он улыбнулся, то стал похож на толстого мальчишку из немой кинокомедии. — Я в высшей степени горжусь своими зубами.
— Пошли.
Выйдя с черного хода, они пересекли двор и прошли полквартала до машины. Паркер сел за руль, а Генди и Менло устроились позади.
— Куда мы двинемся? — спросил Генди.
— Обратно в отель.
— А что, если они придут туда искать снова?