Пламя Силаны

Куранова Ольга Алексеевна

— Вы родственник хозяйки? — настороженно спросил Рейз.

— Ее брат. Калеб Байрнс, — мужик снова бросил взгляд на дом. Неприязненно передернулся. — Кто вы?

— Гладиатор Силаны.

Что-то было во взгляде этого Калеба — волчье, опасное, что вызывало у Рейза желание схватиться за оружие и не рассуждая рубануть мечом.

— Значит, слухи не врали. Она действительно пошла на Арену.

Он это «пошла» сказал, как выплюнул. Так, что Рейзу моментально захотелось выбить ему пару зубов. Видимо, Лиаму тоже,

потому что тот моментально изобразил самую мерзкую ухмылку:

— А вы бы, дяденька, почаще с сестрой разговаривали. Может, и слухи бы ворошить не пришлось.

Калеб оглядел его с головы до ног угрюмым взглядом, посмотрел будто на кусок дерьма, прилипший к подошве, и даже отвечать не стал — повернулся к Рейзу:

— Сколько она заплатила вам за контракт?

Рейзу откровенно не нравилось, ни как он смотрел, ни какие вопросу задавал:

— Достаточно, чтобы я за него взялся.

— Я могу дать больше, — Калеб не сомневался, предлагал с абсолютной уверенностью, что Рейз не откажет. — Просто назовите сумму.

Рейз усмехнулся:

— С чего вы взяли, что она платит мне деньгами?

Судя по тому, как изменилось выражение лица Лиама, он зря это сказал. Прежде, чем пацан успел открыть рот, Рейз добавил:

— Мой договор с ней не касается посторонних. Даже ее родственников.

Калеб брезгливо поморщился:

— Не думал, что она опустится до такого. Хорошо, предположим, она платит вам… услугами. Я могу дать денег на то, чтобы такие услуги вы покупали у кого-нибудь еще. Более качественные и разнообразные.

Рейз слушал его и пытался понять, что за дерьмо творилось у Калеба в голове. И у Лиама, если уж на то пошло, если в первую очередь они подумали, что Силана платила собой. Хоть кто-нибудь помнил, что она все еще оставалась жрицей? Даже если ей запрещено было исцелять, мало ли, может, Рейз благословения у нее просил вместо платы.

— Невысокого вы мнения о сестре, — сказал он Калебу. — И нет, она не платит мне телом. Вам бы мысли с мылом прополоскать, господин Байрнс.

— Если я считаю ее хуже грязи, на то есть причины, — отозвался тот. — Подумайте об этом, прежде, чем ее защищать.

— Мне не надо думать. Я ее гладиатор, я в любом случае буду ее защищать. Так что оставьте деньги себе, пригодятся.

Рейз не стал дожидаться ответа, пошел к крыльцу дома, даже не обернулся посмотреть, идет ли Лиам. Куда бы тот делся, с мешками корма.

Калеб оставался на месте. Рейз обернулся у самой двери:

— Говорите, вы в своем праве? Но я живу в этом доме, и что-то ни разу не встречал здесь вас. Так что, может, мне и правда позвать стражу? Пусть они разбираются в ваших правах.

Калеб сверлил его взглядом — жестким, волчьим.

— Но у вас их нет, верно? — Рейз позволил себе криво усмехнуться. — У вас только какие-то свои семейные обидки и подлая, мелочная жажда

испоганить Силане жизнь. А значит, и мне за компанию. Так что шли бы вы и правда отсюда.

Он бы не удивился, если бы Калеб на него бросился. Даже хотел этого — был бы повод и возможность съездить ублюдку по зубам, но тот только смерил его угрюмым взглядом:

— Все сказали?

— Да, — Рейз развел руками, демонстрируя себя. Вот он я: хватит духу — бей.

— Хорошо.

Калеб пошел на него, спокойный и прямой, прошел мимо к двери дома, не задев даже кончиком плаща, открыл дверь, ни на секунду не усомнившись, что было не заперто.

— Тогда говорить с вами бессмысленно. Придется еще раз встретиться с Силаной. Пусть она объяснит вам мои права.

Глава 8

***

Калеб зашел как хозяин — печатая шаг в плиты пола, с абсолютной уверенностью в собственном праве, так что следуя за ним, Рейз на секунду почувствовал себя лишним. Ему было не место в этом богатом доме и в жизни Силаны, но в отличие от Калеба, Рейза она позвала сама.

Не прогнала его, даже когда он дал ей повод.

Калеб прошел в гостиную, бросил равнодушный взгляд на ската возле очага.

Когда Рейз уходил, Силана сидела и читала, теперь ее кресло пустовало, но огонь горел ровно и ярко, свежие поленья потрескивали. Наверное, она ушла на кухню или поднялась в свою комнату совсем недавно.

— И где же «хозяйка»? — поморщившись поинтересовался Калеб. Он без спроса занял кресло, вытянув вперед ноги, будто доказывал: смотри, я все здесь знаю, каждый угол, каждую плиту пола, могу делать, что захочу.

Лиам аккуратно притворил за собой дверь, подошел и опустил мешки с кормом возле ската. Тот издал тихий просящий звук.

— Не торопился бы ты встречаться с хозяйкой, дяденька. Ты же без приглашения здесь, — пацан усмехнулся, в очередной раз оглядел Калеба с головы до ног, словно примеривался, что отрезать. Кто знает, может, и правда примеривался.

— Я не боюсь Силану.

— А ее и не надо бояться. А то может на других страха не хватить.

— Ее собаки меня тоже не пугают. Она думает, что Арена что-то изменит, но она ошибается. Силане нет места ни в этом доме, ни в этом городе.

Было заметно, что Калеб пытался говорить ровно, бесстрастно, но сквозь его невозмутимость как запах болезни проступала злоба.

Брат Силаны по-настоящему ненавидел.

«У меня есть повод», — сказал он раньше и, похоже, искренне верил в то, что говорил.

— Калеб? — Рейз не услышал и не почувствовал, когда Силана появилась в комнате. Даже странно, обычно он следил, что происходит вокруг просто по привычке.

Силана казалась неестественно бледной, и смотрела с каким-то вывернутым выражением — надежды, боли.