Плейбой
Шрифт:
Вспыхиваю, но оставляю его слова без комментария, потому что не могу понять, шутит он или серьёзно говорит.
Примерно через десять минут мы паркуемся у боулинг-клуба со странным названием «Конус»; ни разу здесь не была и даже не слышала об этом месте, если честно, хотя мне казалось, что я знаю весь город как свои пять пальцев. Лёша выходит из машины и помогает выйти мне, и от каждого его прикосновения я таю, как маршмеллоу на костре.
Внутри я первым делом замечаю большую шумную компанию из восьми человек — помимо них тут особо никого и не было; четверо парней
И не особо удивляюсь, когда Лис ведёт меня именно к ней.
— Всем привет, — здоровается он с самым довольным видом, обнимая меня за талию.
Раздаётся нестройный хор голосов ответного приветствия; девушки смотрят на меня довольно дружелюбно, а парни кажутся слегка удивлёнными.
— Добро пожаловать в «Мажор-плаза», сеньорита, — скалится во все тридцать два парень с пирсингом в ухе.
— Вот ведь, а я-то думал, что не доживу до этого дня, — смеётся блондин, а я чувствую, что начинаю краснеть.
— Может, перестанете вести себя как неандертальцы?! — хмурится девушка с длинными светлыми волосами. — Вот бы вас всех хоть раз на место одной из нас — я бы на вас посмотрела!
— Тише, детка, — успокаивающе целует девушку брюнет. — Это у них просто такая манера общения.
— С каких это пор ты отпочковался от коллектива? — хохочет Лёша и переводит взгляд на меня. — Не обращай внимания на них, Карамелька, они просто придурки.
— Вообще-то, до недавних пор ты возглавлял пирамиду идиотизма, — фыркает ещё один темноволосый парень, обнимающий брюнетку с уже заметно округлившимся животом.
— А, может, вы уже перестанете меряться размерами своего эго и познакомитесь? — недовольно хмурится русоволосая девушка, сидящая рядом с блондином.
Не знаю, почему, но она единственная, кто не вызывал во мне тёплых чувств.
— Она ещё в процессе перевоспитания, — тихо шепчет мне на ухо Лис, будто читает мои мысли, а после добавляет уже громче: — Ребята, это Кристина. Кристина, это мои друзья: Кирилл, Егор, Костя и Макс; а это их жёны: Ксения, Нина, Полина и Оля.
Из всех девушек мне больше всего по душе пришлась Нина — та самая светловолосая девушка с невероятно добрыми глазами, будто у ангела; а вот Ксения смотрела на меня с сопереживанием и пониманием, которые были мне непонятны и заставили нахмуриться.
— Привет, Кристина, — хором пропели все, и я смущённо помахала в ответ, подавив желание спрятать лицо у Лёши на груди.
Если честно, я уж и забыла, каково это: быть частью чьего-то коллектива — особенно, если все его члены были между собой больше чем просто друзьями — настоящей семьёй. Я отвыкла от долгих посиделок, но нахождение здесь ничуть не тяготило меня; может, потому, что все были человечными, а может, потому, что всё время Лёша не выпускал меня из рук, шепча на ухо всякие нежности.
В какой-то момент, когда я была в дамской комнате, решив сделать перерыв, в помещение вошли Ксения и Нина; на их лицах не было злости или презрения, и только это удержало меня от желания бежать
— Мы не хотели тебя напугать, — виновато улыбается Нина, верно истолковав мой вид. — Просто хотели поговорить без лишних ушей.
Что ж, общественный туалет был не лучшим местом для разговоров по душам, но выбирать не приходилось.
— Видишь ли, Лёша поделился с друзьями твоей историей, — тихо начинает Ксения, а я бледнею. — Из девочек об этом знаем только мы с Ниной — мы решили, что тебе будет комфортнее, если Оля с Полиной останутся в неведении, хотя у Оли с Егором тоже всё началось через одно место. Я просто хочу сказать, что мы знаем, что ты сейчас чувствуешь.
Мозг пронзает догадка, но Нина поспешно качает головой.
— Нет-нет, ты не так поняла; у меня могла бы быть похожая ситуация, просто оппонент еле стоял на ногах, и я смогла удрать, а Ксюшу успели отбить в последний момент.
Значит, это не одно и то же…
— Конечно, весь ужас мы не прочувствовали, но я просто хочу сказать, что ты не одинока, — Ксюша мягко сжимает моё плечо. — И если тебе захочется поговорить об этом — мы всегда готовы выслушать.
Чувствую, как на глаза наворачиваются слёзы, которые я едва сдерживаю, и благодарно киваю.
— Спасибо.
Если бы тогда, полтора года назад, хоть кто-то из моих прежних друзей сказал эти же слова, возможно, я гораздо легче перенесла бы этот период.
Хотя что теперь говорить об этом.
В компанию мы возвращаемся уже втроём; Ксения рассказывала какую-то забавную историю из их с Кириллом семейной жизни, и мы с Ниной смеялись до слёз. Не помню, когда последний раз отдыхала душой, учитывая, что своё настоящее окружение знаю без году неделю, но плечи наконец-то расправились, и лёгкие дышали свободно. Натыкаюсь на взгляд Лиса — пылающий взгляд — и в который раз прячу горящие смущением щёки.
Интересно, я вообще когда-нибудь к этому привыкну?
Когда посиделки подходят к концу — ближе к десяти часам вечера — я начинаю собираться домой, потому что, в отличие от остальных девушек, не была женой Лёши и пока что не могла в полной мере распоряжаться собственной жизнью — потому что живу с родителями.
Уже возле моего дома, сидя в машине Лиса и совершенно не имея желания уйти, чувствую его прикосновение к своей щеке.
— Два пункта из списка выполнены, — тихо роняет парень. — Я думаю, можно плавно переходить к третьему и четвёртому.
— И что это за пункты? — хмурюсь.
— Думаю, ты должна познакомить меня со своей семьёй.
Вдыхаю, и лёгкие клинит.
Это будет то ещё знакомство.
— Ну хорошо, а что четвёртое? — опасливо спрашиваю.
После того, как он изъявил желание познакомиться с моими родителями, от него можно ожидать чего годно.
— Хочу забрать тебя, — невозмутимо отвечает.
От неожиданности воздух застревает в лёгких, и я закашливаюсь.
— В каком смысле забрать?
— Ты только не обижайся, — кривится Лис. — Я уверен, что родители способны тебя защитить, но мне всё-таки будет спокойнее, если ты будешь на моих глазах двадцать четыре часа в сутки.