Плоть и кровь
Шрифт:
— Будет сделано, шеф. — Не успел Бейдр закрыть за собой дверь ванной, как Кэрридж уже отдавал распоряжения в телефонную трубку.
ГЛАВА V
Как обычно, самолет из Парижа опоздал на целый час. Бейдр проклял про себя все авиалинии на свете. Вечно они не дают точной информации о времени прибытия, пока не становится слишком поздно что-либо предпринимать, только торчать в аэропорту и ждать.
В
— Рейс 00-3 пошел на посадку. Через несколько минут самолет будет здесь.
Бейдр встал. Служащая также поднялась из-за стола.
— Мистер Хансен встретит вас у входа в зал ожидания и поможет миссис Аль Фей справиться со всеми формальностями.
— Благодарю вас.
У выхода уже толпился народ. Плотный мужчина в форме «Эр Франс», мистер Хансен, быстро свел их вниз, в помещение таможенного досмотра. Там к ним присоединился офицер иммиграционной службы, и они вместе вышли на летное поле в тот самый момент, когда из самолета показалась Джордана.
Бейдр одобрительно кивнул. Джордану всегда отличала отменная интуиция. Вареных джинсов и прозрачной блузки, которые она носила на юге Франции, не было и в помине. Взамен она усвоила элегантный, умеренно модный стиль молодой супруги калифорнийского бизнесмена. На Джордане был костюм от Диора с достаточно скромной юбкой, шляпа с опущенными полями и умело наложенный макияж — как раз в духе того избранного круга, в который они стремились войти. Бейдр выступил вперед, чтобы приветствовать жену. Она подставила щеку для поцелуя.
— Прекрасно выглядишь, — сказал Бейдр. Джордана улыбнулась.
— Спасибо.
— Как долетела?
— Всю дорогу спала. Для меня устроили специальное спальное место.
— Отлично. У нас очень напряженное расписание.
Слегка неуклюжий в своем черном костюме, из-за спины Джорданы появился Юсеф; следом шла секретарша. Бейдр поздоровался с ними. Тем временем представитель «Эр Франс» собрал для проверки паспорта. Бейдр отвел Джордану в сторонку.
— Мне очень жаль, что я все лето не мог вырваться.
— Мы тоже очень соскучились, особенно мальчики. Они дали мне поручение.
— Да?
— Просили передать, что добились больших успехов в арабском языке и тебе не придется краснеть за них.
— В самом деле?
— Думаю, да. Они разговаривают с прислугой только по-арабски, независимо от того, понимают те или нет!
У Бейдра потеплело на душе.
— Я очень рад. — Их глаза встретились. — А ты? Чем занималась?
— Так,
— Ты изумительно выглядишь.
Джордана не прореагировала.
— Были какие-нибудь интересные вечеринки?
— Этого добра всегда хватает.
— Что-нибудь из ряда вон выходящее?
— Нет, ничего, — Джордана окинула мужа взглядом с головы до ног. — Ты похудел.
— Придется набирать вес. Плохи мои дела, если я в таком виде отправлюсь на Ближний Восток. Соотечественники решат, что я переживаю трудные времена.
Она улыбнулась, прекрасно понимая его озабоченность. Арабы, как встарь, судили о человеке по обхвату. Солидный и осанистый пользовался куда большим уважением, чем тщедушный.
— Переходи на хлеб и картошку, — посоветовала Джордана. — И не забудь про баранину.
Бейдр расхохотался. Джордана знала его европейскийвкус. Он питал отвращение к жирной или содержащей крахмал пище, предпочитая бифштексы.
— Ладно, учту.
Подошел Хансен.
— Все в порядке. На поле ждет машина, чтобы отвезти вас на вертодром.
| — Тогда можно ехать. — Бейдр взмахом руки подозвал Юсефа. — Винсент остановился в отеле «Беверли Хиллз», проведите с ним уикэнд и постарайтесь составить точное представление о положении дел. Я свяжусь с вами в понедельник.
Юсеф приложил усилия, чтобы скрыть разочарование. Он терпеть не мог оставаться в стороне от центральных событий.
— Думаете, с ним что-нибудь не так?
— Не знаю, но мне кажется, что за три месяца он мог бы, по меньшей мере, начать работу.
— Положитесь на меня, шеф. Я сделаю так, что у него земля будет гореть под ногами.
— Через полчаса будем на месте, — пообещал летчик, когда они разместились в геликоптере.
— Что из одежды приготовить к вечеру? — поинтересовалась Джордана. — У нас есть время в запасе?
Бейдр взглянул на часы.
— Коктейль в восемь, ужин в девять. Приготовь мне черный галстук.
Джордана усмехнулась: ей была известна ненависть Бейдра к парадным костюмам.
— Ты прямо лезешь вон из кожи.
— Точно. Мне крайне важно произвести благоприятное впечатление. Они там слишком привержены своему клану.
— Да уж. Кто-кто, а я прекрасно знаю эту публику. Эмигранты из Пасадены. Но у Них те же предрассудки, что и у других. Считают деньги мерилом всех человеческих достоинств.
Пышный и очень дорогой букет роз, презентованный Джордане по приезде президентом банка Джозефом Э. — Хатчисоном-Третьим и его женой Долли, подтвердил это мнение.