Пляж
Шрифт:
Еще горше гримасу я скорчил, когда выплывал из туннеля в море. Сильный удар ночной волны жестоко испытал меня на прочность, возвращая из полусна к реальности и бросая на скалы. Я стал неуклюже выбираться из воды, поскользнулся на водорослях и в очередной раз поранил ноги. Обретя равновесие, я огляделся по сторонам в поисках Христо и позвал его, без всякой, впрочем, надежды, поскольку лунный свет с полной очевидностью обнаруживал его отсутствие. Я, правда, увидел лодку. В небольшой бухточке, служившей для нее одновременно пристанью и укрытием, она болталась из стороны в сторону, поскольку
Проблема заключалась в том, что я мог легко упустить Христо на разных стадиях поисков, особенно посреди камней. Его, наверное, уже нашли, и он в лагере. Но у меня было также чувство, что я не упустил его. Непривязанная лодка говорила о том, что шведы добрались до входа в пещеру. Если бы Христо не был ранен, он, наверное, отправился бы вплавь вместе с Карлом. Если же был ранен, Карл мог оставить его там, где я сейчас сидел, намереваясь вернуться за ним попозже.
— Если только он не… — бормотал я, щелкая пальцами и дрожа от морского бриза.
Если только он не погиб прямо в открытом море. В этом случае можно было с полной уверенностью утверждать, что его никогда не найдут.
— А может…
А может, он получил легкое ранение? У него хватило сил отправиться вплавь по подводному туннелю. Христо плыл по нему вместе с Карлом, помогая тащить Стена, но тут что-то случилось. Плыли втроем по туннелю… Немного ушибся… Наверное, испугался и растерялся.
— Вот что произошло, — твердо сказал я.
Карл не заметил исчезновения Христо, пока не добрался до лагуны. Со Стеном (может быть, еще живым) на плечах Карл не мог вернуться обратно. Возможно, он подождал Христо столько времени, сколько человек может продержаться под водой не дыша. А потом еще одну-две полных отчаяния минуты — чтобы убедиться окончательно. И тогда Карл, наверное, потерял всякую надежду.
— Вот что произошло. Христо в воздушном кармане.
Я встал, наполнил легкие запасом воздуха и снова нырнул в воду. С третьей попытки я нашел боковой коридор, ведущий к воздушному карману.
Оказавшись на поверхности, я, к своему удивлению, увидел повсюду звезды. Я подумал, не пропустил ли я поворот в четвертый раз и, потеряв ориентацию, не выплыл ли в открытое море или в лагуну. Но звезды сияли как рядом, так и впереди. Они виднелись повсюду, рассыпанные неестественно густо, в пределах досягаемости и за тысячу километров от меня. Нехватка кислорода, подумал я и попробовал сделать вдох. Воздух был лучше, чем в прошлый раз в воздушном кармане, вероятно, из-за значительного отлива, но звезды не исчезали. Я сделал еще вдох, закрыл глаза, подождал немного, а затем снова их открыл. Звезды остались — мерцали и как будто даже стали ярче.
— Но это невозможно, — прошептал я. — Такого не может…
Неожиданно мое внимание привлекло невнятное бормотание, доносившееся из одного сгущенного созвездия. Я совсем замедлил движение.
— Сюда… — донесся до меня тихий голос.
Я
— Христо! Слава богу! Я уже…
— Ричард?
— Да.
— Помоги мне.
— Да. Для этого я и оказался здесь.
Я вел рукой по его коже, пытаясь определить, какой части тела я коснулся. Это было на удивление нелегким делом. То, что я сначала принял за руку, оказалось ногой, а что я вначале принял за его рот, было раной.
Христо громко застонал.
Я сочувственно покачал головой:
— Извини… Тебе очень больно?
— Я… ранен…
— О'кей. Как ты думаешь, ты сможешь плыть дальше?
— Не знаю.
— Дело в том, что тебе придется плыть. Мы должны выбраться отсюда.
— Отсюда?
— Мы должны выбраться из воздушного кармана.
— Из воздушного… кармана?.. — повторил он, неуверенно произнося слова.
— Из воздушного кармана. Ну… из этой маленькой пещеры. Нам нужно выбраться из этой пещеры.
— Но небо, — пробормотал он, — звезды.
Я нахмурился, удивившись, что он тоже видит звезды.
— Нет. Это не звезды. Это… — Мной овладели сомнения. Я протянул руку, и она погрузилась в холодную массу свисавших со стен водорослей. — Это не звезды, — закончил я фразу с коротким смешком, отрывая светящийся пучок.
— Не звезды? — растерянно спросил он.
— Свечение.
На выступе оставалось немного свободного места, поэтому я выбрался из воды и сел возле него.
— Послушай, Христо, я боюсь, что нам нужно отправляться в плавание прямо сейчас. У нас просто нет выбора.
Ответа не последовало.
— Эй! Ты меня слышишь?
— Да.
— Давай сделаем так: я поплыву впереди при помощи одних рук, а ты держись за мои ноги и сам подгребай ногами. Они у тебя не ранены?
— Нет. Это мой… мой… — Он нащупал мою руку и приложил ее к своему торсу.
— Значит, ты сможешь плыть. С нами все будет в порядке. Это совсем не трудно.
— Да.
Его голос, похоже, ослабевал, поэтому я очень громко рассказывал ему о своем плане, стараясь, чтобы он оставался в сознании.
— Остается единственная проблема — найти выход отсюда. Если я правильно помню, из этой пещеры идут четыре коридора, и мы должны найти нужный нам. Понимаешь?
— Я понимаю.
— Хорошо. Тогда в путь. — Я наклонился вперед, чтобы соскользнуть в воду, но на самом краю выступа остановился.
— Что? — слабо спросил Христо, чувствуя, что что-то случилось.
Я не ответил. Я был заворожен жутким и грандиозным зрелищем — прекрасной кометой, плывущей в темноте у меня под ногами.
— Что случилось, Ричард?
— Ничего… Там просто… гм… что-то есть внизу.
— Акула? — Голос Христо моментально перешел в испуганное всхлипывание. — Это акула?
— Нет, нет. Конечно же нет. Не волнуйся. — Я внимательно наблюдал за кометой. На самом деле, когда я увидел ее, у меня мелькнула мысль об акуле, поэтому я и помедлил, прежде чем ответить Христо. Теперь же я был совершенно уверен, что это не акула. В движениях кометы было что-то неправильное: она не скользила — ее движения были слишком резкими. Скорее, передо мной был человек.