Победить страх
Шрифт:
– Тяжелая это доля – быть одновременно полицейским и любовником, – заметила Джейлин, выслушав по рации мрачное сообщение шерифа.
– Сейчас он думает не как полицейский, – утомленным голосом ответил Лукас.
– Ну а ты бы на его месте как думал?
Ничего не ответив, Лукас склонился над разостланной на капоте машины картой.
– Осталось шесть частных владений, два из которых расположены у воды, – сказал он.
К нему подошел Глен, пробежался взглядом по их квадрату, кивнул:
– Все правильно. Значит, вы собираетесь проверить их первыми?
– Именно, – отозвался Лукас.
– Тогда
– Так, с первым местом все ясно. Что со вторым?
Разглядывая карту, Глен закусил нижнюю губу.
– Здесь только охотничья избушка, стоит у самого пруда. Добираться туда тоже далеко, но зато дорога туда более-менее приличная, до половины пути – гравиевая. Но это совсем в другом направлении. Короче говоря, оба места мы не проверим ни к пяти, ни даже к шести часам.
– Значит, только одно, – задумчиво проговорила Джейлин и вопросительно взглянула на Лукаса.
Лукас поднял голову, встретившись глазами с Джейлин, затем снова опустил ее. Его суровый взгляд впился в точку на карте. Он сделал несколько глубоких вдохов, задержав воздух, медленно выдохнул и закрыл глаза.
Машинально он поднял руку, чтобы снять шляпу, но на полпути отдернул ее.
– Что ваш напарник делает? Молится? – спросил Глен у Джейлин.
– Не совсем, – ответила она тихо. – Он… концентрируется.
– Понятно. – Молодой полицейский заложил руки за спину и подтянулся. Он стоял замерев, с почтительным выражением лица, как на параде.
В наступившей тишине Лукас напрягся. Настроившись, он ощутил знакомое присутствие напарницы, звуки окружавшего их леса. В следующую секунду перед его глазами появилось яркое белое пятно. Лукас сфокусировал на нем внутреннее зрение.
Эта методика не всегда давала положительные результаты, но как технике медитации ей не было равных. За годы работы в спецподразделении Лукас отточил ее, доведя до совершенства. Он всегда стремился сузить спектр своих возможностей и, высвободив таким образом максимальное количество энергии, направить ее на один объект. Тогда, каким бы далеким или малым он ни был, Лукас обнаруживал его.
Сосредоточившись на яркой светящейся точке, он, отбрасывая все ненужные мысли, мысленно начал вызывать в сознании образ Линдси. Необычность ситуации состояла в том, что он часто видел ее. Он знал ее движения и походку, видел, как она смеется и говорит. Он знал, что она думала в разные моменты их работы, как она держит чашку с кофе и какую начинку в пицце предпочитает. Он знал мужчину, которого она любила.
Всю эту информацию он мысленно соединил в яркую точку, неподвижно висящую перед его глазами, в которой постепенно стало вырисовываться лицо Линдси. Кроме него, он ничего больше не видел.
– Линдси, – прошептал он.
Когда вода подобралась к ее щиколоткам, Линдси поняла, что
Почувствовав, как вода коснулась ее коленей, Линдси предприняла очередную отчаянную попытку разбить одну из стеклянных стен. Она бросилась на нее, понимая, что у нее остался последний шанс спастись, – вода, поднявшись выше, лишит ее возможности вкладывать весь ее вес и силу в удары.
Ее последняя попытка, как и все предыдущие, оказалась бесполезной. Плечо Линдси скользнуло по стеклянной стене, и она упала, окончательно промокнув.
Она постаралась разозлить себя, что поначалу ей удавалось легко сделать. Она кричала и ругалась, последними словами костерила гадину и скота, который сотворил с ней такое. Она грозила похитителю, орала, что он нигде не спрячется, что его все равно найдут и он кровью заплатит за все, что сделал, и что ее тоже найдут – скорее, чем он убьет ее, отыщут, куда бы он ее ни запрятал. Она вопила до тех пор, пока горло у нее не начало саднить. Линдси зашлась в долгом хриплом кашле.
В первые часы ей не составляло труда взвинчивать себя и предпринимать усилие за усилием в попытке изменить судьбу. Линдси долго оставалась спокойной и собранной.
Она была не робкого десятка и всегда считала, что способна не только противостоять злу, но и побеждать его. Ей неоднократно доводилось сталкиваться с ним, и она надеялась еще пожить и не раз с ним столкнуться.
Но не ради победы над злом она собиралась жить.
Ей предстояло многое сделать. Прежде всего она хотела посетить Большой каньон, Гавайи и египетские пирамиды. Потом ей нужно научиться кататься на лыжах. Она хотела рожать детей. Раньше она и не подозревала о своем желании. Теперь же она была уверена, нет, абсолютно уверена, что любит детей и хочет их иметь. Возможно, она родит их от Уайата, если, конечно, вобьет в его тупую башку немного здравого смысла. Хотя лучше, если отцом ее детей будет другой мужчина. Принц, с которым она скоро встретится.
– Да, именно принц, – прошептала она.
Линдси не сомневалась, что ее ищут – вся полиция города и два агента ФБР, Люк и Джейлин, сотрудники элитного подразделения, умеющие находить людей. По ее мнению, шансы на спасение у нее были немалые. Она посмотрела на часы, на какой-то момент ей показалось, что Лукас и Джейлин вот-вот должны появиться.
Кроме них, была еще гадалка из цирка, которую, как полагала Линдси, они, несомненно, привлекут к поискам и тем самым еще больше увеличат ее шансы.
«Потому что Люк ей верит – она точно предсказала следующее похищение, хотя и промахнулась с именем жертвы. Но раньше-то она не ошибалась».
Минут десять Линдси вспоминала свои разговоры с Самантой и наконец пришла к выводу, что у той нет причин недолюбливать ее и что если бы в своих видениях она увидела ее, Линдси, то обязательно предупредила бы ее.
«Да, она просто ошиблась. Люк и Джейлин специализируются на поисках пропавших и похищенных, свое дело они знают и обязательно нападут на след. Конечно, нападут. Они уже полтора года идут за ним. Теперь они его поймают».