Побочный эффект
Шрифт:
Впечатление было такое, будто началось землетрясение. Сквозь низкий монотонный гул Экланд услышал звон бьющегося стекла и треск дерева.
Наконец гул затих, и на смену ему пришла жуткая тишина, нарушаемая лишь покашливанием людей и доносившимся откуда-то издалека шумом воды, бьющей из разорванных труб.
Экланд поднял голову и сквозь медленно оседавшую пыль увидел, что пол треснул по всей длине здания, одна его половина вздыбилась почти на целый фут над другой.
Оглушенный, покрытый пылью с головы до ног, Экланд с трудом встал и,
Поднявшись на этаж выше, Экланд и его подразделение повернули направо, а капитан со своей группой - налево.
Экланд почти сразу наткнулся на огнеупорную дверь. Держа палец на спусковом крючке, он осторожно, боком приблизился к двери и с опаской заглянул в смотровое окошечко. Его взору открылся длинный мрачный коридор с множеством дверей, некоторые из них слетели с петель. Весь пол был засыпан обломками, а на перевернутой тележке сидела маленькая дрожащая обезьянка, которой каким-то образом удалось выбраться из вивария.
Экланд отнюдь не был человеком с больным воображением, но коридор этот, показалось ему, таил в себе такое безысходное уныние, что ему вдруг не захотелось идти туда.
– Опасность?
– спросил кто-то за его спиной хриплым шепотом.
Экланд мотнул головой.
– Пошли!
Он толкнул плечом двустворчатую качающуюся дверь. Перепрыгнув на глазную ванночку, обезьянка обернулась и принялась наблюдать, как десантники молча встали по обе стороны от первой по коридору двери: Экланд и капрал с кувалдой в руках - слева, сержант по фамилии Флинн - справа.
Экланд осторожно нажал на ручку, но дверь не поддавалась. Упершись спиной в стену, Экланд поднял дробовик и кивнул.
Капрал поплевал на руки, размахнулся и со всего маху ударил кувалдой по замку. Дверь с грохотом распахнулась, обезьянка в испуге бросилась наутек.
Экланд и Флинн ворвались в комнату и замерли по обе стороны от входа.
В большой, ярко освещенной лаборатории пахло формальдегидом и эфиром.
Они были здесь не одни. В центре комнаты позади деревянного лабораторного стола, широко раскрыв от ужаса глаза, стояла очень хорошенькая белокурая девушка в голубом домашнем халате - Клэр Теннант. Позади нее был Ли Квинтрелл, который одной рукой зажимал ей рот, другой держал у ее виска автоматический револьвер. Слева и справа, пригнувшись, стояли Гинзел и Санчес. У каждого было по кольту. Один держал на прицеле Экланда, второй Флинна.
– Еще одно движение, и я пристрелю ее!
– крикнул Квинтрелл. Он был бледен, и вообще вид у него был какой-то встрепанный. В очках недоставало одного стекла.
– Бросайте оружие! Руки вверх!
Экланд рассмеялся.
– Послушай, ты! Знаешь, что будет, если ты сейчас выстрелишь? От твоих приятелей мокрое место останется. А тебе придется решать, кто тебя пришьет: я или он, - сказал Экланд, кивком показав на Флинна.
– Ведь кто из нас уцелеет, тот
Квинтрелл начал тихонько пятиться к двери, ведущей в соседнюю комнату, таща за собой Клэр.
До момента вылета оставалось не более сорока пяти минут, и Экланд понимал, что у него уже нет времени, чтобы увещевать Квинтрелла. Нужно что-то предпринимать, и немедленно. Что, если они с Флинном попытаются убрать Гинзела и Санчеса? Сумеют они выстрелить первыми? Решится ли Квинтрелл убить девушку, при том что она ему нужна живая?
Пока он раздумывал, трое мужчин отступили к двери и сошлись вместе. Экланд понял: сделай он или Флинн хоть один выстрел, они неизбежно ранят Клэр.
Все еще держа Экланда под прицелом пистолета, Гинзел другой рукой повернул ручку двери, и Квинтрелл начал осторожно пятиться в полутемную комнату.
Но далеко ему уйти не удалось - сзади кто-то нанес ему сильный удар по ногам. Продолжая прижимать к себе Клэр, Квинтрелл рухнул навзничь. И в ту же секунду, прежде чем один из головорезов, прикрывавших отход Квинтрелла, успел выстрелить, Экланд разрядил свой дробовик. Заряд, круша частокол пробирок, стоявших на переднем столе, поразил Гинзела в грудь. Тот рухнул на полку с лабораторной посудой.
Санчес быстро повернулся и, выстрелив в Экланда, кинулся в укрытие. Его пуля еще не успела достичь цели, как Флинн сделал ответный выстрел. Стеклянный аквариум, полный белых мышей, разлетелся вдребезги. Санчес вскрикнул, красное пятно расплылось позади него на стене, но он продолжал бежать.
Флинн перезарядил дробовик и снова выстрелил. На сей раз заряд попал в цель. Руки Санчеса взметнулись к лицу; он свалился, угодив головой прямо в шкаф, где хранились ярко раскрашенные модели молекул, и затих.
Экланд и Флинн бросились в соседнюю комнату.
Квинтрелл лежал на полу. Вокруг его головы растекалась кровь, ноги конвульсивно подергивались. Над распростертым телом Квинтрелла стоял Майкл Фицпатрик. Одной ногой он наступил на автоматический револьвер, очевидно выпавший из рук Квинтрелла. Майкл был в пижамных брюках и больничных тапочках, его правое плечо было забинтовано. Рядом с ним, прижавшись лицом к его ноге, всхлипывая, сидела на полу Клэр. Фицпатрик, отшвырнув штатив капельницы, который он держал в руках, помог Клэр подняться.
– Бог мой!
– сказал Фицпатрик, обнимая Клэр.
– Я так рад вас видеть, ребята!
Десантники не могли прийти в себя от изумления.
– Постой, постой, - сказал Флинн, - мы же думали, что тебя убили!
Фицпатрик начал рассказывать свою историю, но Экланд перебил его:
– Извините, вы потом расскажете. Здание с минуты на минуту рухнет, как карточный домик. Надо спешить, - сказал он, заглядывая в полутемную соседнюю комнату.
– А что там такое?
– Понятия не имею, - ответил Фицпатрик, взглянув через плечо.
– Нас держали запертыми в конце коридора.