Под куполом
Шрифт:
– Ты отравил меня, Бааарби.
Барби не имел понятия, о чем он лепечет, но сразу же согласился.
– Правильно, проклятый ссыкодрыстунчик, именно это я и сделал.
Джуниор продвинул «Беретту» через решетку и прищурил свой негодный левый глаз; таким образом, количество Барби уменьшилась всего до двух. Язык у него залип между зубами. Его лицо заплыло потом и кровью.
– Увидим, как ты теперь побегаешь, Бааарби.
Барби не мог бегать, но мог ползти и сделал это, резко двинувшись прямо в сторону Джуниора. У него свистнуло над головой, и он ощутил легкий ожог вдоль одной
Джуниор отшатнулся назад, попятился, едва не упал, схватился за решетку камеры по правую сторону и так удержался на ногах.
– Не двигайся, мазефакер.
Барби перекатился к топчану и потрогал под ним, надеясь схватить нож. Он совсем забыл об этом долбаном ноже.
– Хочешь получить в спину?
– спросил Джуниор позади его.
– О'кей, мне это годится.
– Стреляй!
– закричал Расти.
– Стреляй в него. СТРЕЛЯЙ!
Прежде, чем прозвучал следующий выстрел, Барби успел подумать: «Господи Иисусе, на чьей ты стороне, Эверетт?»
31
Джеки спускалась по ступенькам, и Ромми шел вслед за ней. Она успела заметить дым, который плавал вокруг обернутых в сетку верхних светильников, и пороховой смрад, и тогда Расти закричал: «Стреляй, стреляй в него».
Она увидела в конце коридора Джуниора, тот прижимался к решетке камеры в самом конце, той камеры, которую копы иногда называли «Риц». Он что-то горланил, но разобрать было невозможно.
Она не размышляла. И не приказывала Джуниору поднять руки и повернуться. Она просто сделала два выстрела ему в спину. Одна пуля вошла в правое легкое, а вторая пробила сердце. Джуниор умер раньше, чем сполз наземь с лицом, зажатым между двух прутьев решетки, и глаза ему так сильно оттянуло вверх, что лицо его было похоже на какую-то посмертную японскую маску.
Позади трупа Джуниора нашелся сам Барбара, припавший к топчану с так тщательно скрываемым там ножом. Ножом, которого у него так и не выпало шанса раскрыть.
32
Фрэдди Дентон схватил офицера Генри Моррисона за плечо. Дентон не принадлежал к самым приятным ему личностям этим вечером, и никогда не будет принадлежать вновь. «Да и никогда он мне не нравился», - скривился мысленно Генри.
Дентон показал рукой:
– Чего это тот старый дурак Келверт заходит в полицейский участок?
– Откуда, черт побери, мне это знать?
– спросил Генри, тем временем перехватывая Донни Барибо, который как раз пробегал мимо них, выкрикивая какую-то бессмысленную хуйню о террористах.
– Тормози!
– гаркнул Генри прямо в лицо Донни.
– Все кончилось! Все классно!
Донни подстригал Генри регулярно, дважды в месяц, в течение десяти лет, пересказывая одни и те же затхлые анекдоты, но сейчас он смотрел на Генри, словно на абсолютно незнакомого человека. И тогда с силой вырвался и побежал в направлении Ист-Стрит, где находилась его парикмахерская. Возможно, хотел спрятаться там.
– Нечего гражданским делать в полицейском департаменте этой ночью, - сказал Фрэдди.
Притащился и встал рядом
– Так почему бы тебе не пойти и не выгнать его оттуда, ты, убийца?
– кинул Генри.
– И этого идиота можешь с собой забирать. Все равно от вас ничего, к черту, хотя бы на цент хорошего, здесь нет.
– Она потянулась, чтобы схватить револьвер, - произнес Фрэдди впервые то, что потом он будет повторять еще не раз.
– И я не собирался ее убивать. Только ранить, ну, типа того.
Генри не имел охоты обсуждать эту тему.
– Иди туда и скажи старику, чтобы уходил оттуда прочь. Можешь также убедиться, что никто не старался освободить арестованных, пока мы здесь носимся, как стадо кур с отрубленными головами.
В очуманевших глазах Фрэдди Дентона что-то вспыхнуло.
– Арестанты! Мэлет, идем!
Они уже было отправились, когда их заставило замереть оглушительный, усиленный мегафоном рев Генри в трех ярдах позади: «И СПРЯЧЬТЕ ОРУЖИЕ, ВЫ, ИДИОТЫ».
Фрэдди выполнил приказ мегафонного голоса. Мэл тоже. Они перешли Мемориал-Плаза и затопотали вверх по ступенькам полицейского участка с пистолетами уже в кобурах, что, вероятно, было сильно хорошо для дедушки Норри.
33
«Повсюду кровь», - подумал Эрни, точно как Джеки. Он засмотрелся на бойню, ошарашенный, а потом заставил себя двигаться. Все рассыпалось с диспетчерской стойки, когда об нее ударился Руп Либби. Среди того беспорядка лежал красный пластиковый прямоугольник, который, дай Бог, люди внизу могут еще использовать в деле.
Он наклонился его подобрать (приказывая себе не вырыгать, напоминая себе, что здесь все равно намного легче, чем было в долине А-Шау [418] во Вьетнаме), когда кто-то позади его произнес:
418
Долина, где в 1960-те во время вьетнамской войны происходили жесточайшие бои.
– Святой, сука, Боже, доброе утро! Вставай Келверт, медленно. Подыми руки вверх.
Но Фрэдди с Мэлом все еще тянулись за своими пистолетами, когда вверх по ступенькам поднялся Ромми, чтобы поискать то, что Эрни уже успел найти. У Ромми в руках была скорострельная «Черная тень», ранее припрятанная им в сейфе, и он без секунды нерешительности нацелился ей на двух копов.
– Эй, классные парни, заходите, чувствуйте сия, как дома, - произнес он.
– И стойте рядом. Бок обок. Только увижу просвет между вами, я стреляю. И я вам тут не парю черта лысого, я сказал, да.
– Опусти оружие, - сказал Фрэдди.
– Мы полицейские.
– Поли-гандоны, вот вы кто. Ну-ка, стой там, под той, доской объявлений. И плечо к плечу впритирку, там, где стоите. Эрни, что вы, чегт вас побери, делаете здесь?
– Я услышал стрельбу. Забеспокоился, - он показал красную ключ-карту, которой открывались камеры в подвале.
– Вам это нужно, я думаю. Если… если, конечно, они там не мертвые.
– Они не мертвые, но были к этому очень близко. Отнеси это Джеки. Я присмотрю за этими пейзанами.