Под куполом

Кинг Стивен

– Это специально, чтобы мы ее увидели, - сказал он.
– То же самое и с мертвыми животными. Допускается, что мы подумаем: «Ого, если здесь какие-то смертоносные лучи, которые побуждают к самоубийству больших млекопитающих, нам лучше держаться отсюда подальше». Наконец, что я такое, как не большое млекопитающее.

– А вот дети не отступились, - напомнил Барби.

– Потому что они же дети, - сказал Эрни, а секунду подумав, добавил: - Да еще и скейтбордеры. Они другой породы.

– Мне это все равно не нравится, - объявила Джеки, - но поскольку нам действительно больше некуда деваться, может, мы скоренько проедем через этот пояс Ван Аллена [420] ,

прежде чем я совсем не потеряла решительность. После того, что состоялось в полицейской конюшне, я чувствую себя какой-то неуверенной.

420

Джеймс Ван Аллен (1914-2006) - астрофизик, который в 1957 году практически доказал существование радиационных поясов вокруг Земли, которые затем были названы его именем.

– Одну минуточку, - произнес Барби.
– Здесь что-то не в порядке. Я это вижу, но позвольте мне секунду подумать, чтобы я смог объяснить это словами.

Они ждали. Лунное сияние и радиация освещали останки медведя. Барби вглядывался в него. В конце концов, он поднял голову.

– Хорошо, вот что меня беспокоило. Здесь присутствуют они. Нам это известно, потому что коробочка, которую нашел Расти, не естественный феномен.

– Черт побери, здесь никаких сомнений, это безусловно созданная разумом вещь, - подтвердил Расти.
– Но не на Земле. Я на это готов поставить свою жизнь.
– Вдруг, вспомнив, как близко он находился менее чем час тому назад от потери своей жизни, Расти передернуло. Джеки сжала ему плечо.

– Не переживай за это сейчас, - возвратил их к своему Барби.
– Итак, существуют какие-то они, и если бы эти они на самом деле желали не допустить нас туда, им это было бы легко сделать. Они целый мир не допускают к Честер Миллу и наоборот. Если бы они хотели удержать нас подальше от своей коробочки, почему бы им не создать вокруг нее мини-купол?

– Или какие-нибудь звуковые обертоны, от которых наши мозги испеклись бы, словно куриные окорочка в микроволновке, - добавил Расти, начиная въезжать в тему.
– Черт, или просто настоящую радиацию.

– Так она и есть настоящая, - сказал Эрни.
– Счетчик Гейгера, который вы сюда приносили, это подтвердил наглядно.

– Да, - согласился Барби, - но означает ли это, что ее уровень, зарегистрированный счетчиком, действительно опасный? Ни Расти, ни дети не получили никаких явных поражений, у них не повыпадали волосы, они не выблевали свои внутренности.

– Пока что, по крайней мере, - заметила Джеки.

– Звучит обнадеживающе, да, - хмыкнул Ромми.

Барби игнорировал его реплику.

– Безусловно, если они смогли создать барьер такой крепкий, что отбивает наилучшие ракеты из тех, которыми только могут его обстрелять Соединенные Штаты, они смогли бы и радиационный пояс установить такой, что убивал бы быстро, практически мгновенно. Сделать именно так было бы в их интересах. Пара ужасных людских смертей намного лучше отпугивала бы возможных исследователей, чем несколько трупов животных. Нет, я думаю, Джулия права и так называемый радиационный пояс окажется безопасным сиянием, которое просто придает пикантности тому, что показывают наши технические средства. Которые им кажутся, наверное, к черту, крайне примитивными, если они действительно инопланетяне.

– И зачем?
– взорвался Расти.
– Зачем им какой-либо барьер? Я не смог поднять эту проклятую коробочку, да я даже покачнуть ее не смог! А когда набросил на нее свинцовый

фартук, фартук вспыхнул. Хотя сама коробочка осталась на прикосновение холодной!

– Если они ее защищают, значит, должен быть какой-то способ, которым ее можно уничтожить или выключить, - сказала Джеки.
– Если только…

Барби улыбался ей. Он удивительно чувствовал себя, так, словно едва не витал сейчас где-то вверху, у себя над головой.

– Давайте, продолжайте, Джеки. Говорите.

– Если только они ее совсем не защищают, так? По крайней мере, не от людей, у которых получится к ней приблизиться.

– Более того, - уточнил Барби.
– Не кажется ли вам, что они на самом деле указывают на эту коробочку? Можно сказать, что Джо Макклечи с друзьями сюда буквально привела тропинка с посыпанными по ней хлебными крошками.

– Вот она, хлипкий Землянин, - провозгласил Расти.
– Что ты можешь с ней сделать, ты, который набрался достаточно храбрости, чтобы приблизиться к ней?

– Это ближе к истине, - кивнул Барби.
– Айда. Давайте подниматься вверх.

2

– Давайте уже я отсюда поведу машину, - обратился Расти к Эрни.
– Недалеко впереди то место, где упали в обморок дети. А Ромми почти упал в обморок. Я тоже ощутил это. Видел галлюцинацию. Хэллоуиновское чучело, которое вспыхнуло огнем.

– Еще одно предупреждение?
– спросил Эрни.

– Не знаю.

Расти доехал туда, где заканчивался лес и приоткрывался голый, каменистый подъем, который вел к саду Маккоя наверху. Прямо впереди было такое яркое сияние, что им пришлось на него смотреть, прищурившись и искоса, но нигде не было видно источника этого сияния; яркий свет плавал просто посреди воздуха. Барби он показался похожим на то сияние, которое выдают светлячки, но усиленное в миллион раз. На глаз этот пояс был шириною в пятьдесят ярдов. Вне его вновь лежала тьма, освещаемая лишь розовым светом луны.

– Вы уверены, что не упадете в обморок вновь?
– спросил Барби.

– Здесь, похоже, так же, как и тогда, когда впервые трогаешь Купол: происходит вакцинация, - произнес Расти, выгоднее умащиваясь за рулем и переключая трансмиссию.
– Держите руками ваши вставные зубы, леди и джентры.

Он утопил педаль газа так резко, что задние колеса провернулись. Фургон рванул в сияние. Они были слишком плотно заслонены свинцовыми занавесками, чтобы самим видеть, что происходило дальше, а вот те несколько человек, которые уже находился на холме, на краю сада, видели - с нарастающей тревогой - все. Какое-то мгновение фургон было видно четко, он словно находился в луче прожектора. Вырвавшись со светового пояса, он еще сам сиял несколько секунд, словно перед тем его погрузили в радий. А вслед за ним, словно ракетный выхлоп, тянулся кометный хвост.

– Сраный-драный, - пробурчал Бэнни.
– Это самый крутой спецэффект из всех, которые я видел.

Потом сияние вокруг фургона потухло, а дальше и шлейф исчез.

3

Когда они мчались сквозь лучезарный пояс, Барби ощутил что-то наподобие короткого умопомрачения, и не более того. У Эрни реальный мир этого фургона и этих людей вдруг заменила гостиничная комната, наполненная запахом сосен и ревом Ниагарского водопада. И в ней была женщина, которая стала его женой всего двенадцать часов тому назад, она подошла к нему, одетая в ночную рубашку, не более тяжелую, чем дыхание лавандовой кисеи, взяла его за руки и положила их себе на грудь со словами: «На этот раз нам не надо перерываться, любимый».