Под куполом
Шрифт:
Генриетта Клевард ощущает, как ее обнимает чья-то холодная рука. Она оборачивается и видит Петру Ширлз. Волосы Петры освободились от шпилек, которые их удерживали, и теперь развеваются, хлопая ее по щекам.
– А того веселящего сока больше не осталось?
– спрашивает Петра, выжимая из себя страждущую улыбку типа «гуляем дальше».
– К сожалению, все уже кончилось, - отвечает Генриетта.
– Ну… наверное, это уже и неважно.
– Держись меня, дорогуша, - скажет Генриетта.
– Просто держись возле меня. Мы как-то выкарабкаемся.
Но, посмотрев в глаза старой женщины, Петра не видит там ни веры, ни надежды. Праздник уже почти подошел к концу.
Смотрите же. Смотрите и ужасайтесь. Восемь сотен людей прижало к Куполу, головы у них задранные, глаза широко раскрыты, они смотрят на собственный неминуемый конец, который мчится на них.
Здесь Джонни и Керри Карверы,
А за ними визитеры от пячения переходят к отступлению, а от отступления к откровенному бегству. Автобусы они игнорируют и несутся прямо по дороге в сторону Моттона. Своих позиций держатся несколько солдат, но большинство из них тоже побросали оружие и рвут когти вслед за толпой, оглядываясь назад не больше, чем Лот оглядывался на Содом.
Кокс не убегает. Кокс приближается к Куполу и кричит:
– Вы! Офицер, командир!
Генри Моррисон оборачивается, подходит туда, где стоит Кокс и упирается руками в твердую, загадочную поверхность, видеть которой не может. Дышать стало тяжелее; хотя поднятый огненной пургой ветер бьется о Купол, завихряется, и тогда откидывается назад, навстречу тому голодному чему-то, что наступает: черному волку с красными глазами. Здесь, на Моттонской границе, его ожидает отара овец, которой он насытится.
– Помогите нам, - говорит Генри.
Кокс смотрит на огненную бурю и предполагает, что та достигнет местоположения этой толпы где-то минут через пятнадцать, возможно, плюс-минус три. Это не просто пожар, и не просто взрыв, в запертом и уже загрязненном пространстве это настоящий катаклизм.
– Сэр, я не могу.
Генри не успевает на это ничего сказать, как его хватает за руку Джо Боксер. Он что-то лепечет.
– Оставь, Джо, - говорит Генри.
– Здесь не куда убегать и нечего делать, кроме как молиться.
Но Джо Боксер не молится. Он все еще держит в руке свой идиотский пистолетик и, бросив последний сумасшедший взгляд на приближающийся ад, приставляет его себе к виску, словно игрок в русскую рулетку. Генри делает движение, чтобы выхватить у него оружие, но не успевает. Боксер нажимает курок. Однако сразу он не умирает, хотя сгусток крови и вылетает из его головы. Он пятится назад, размахивая идиотским пистолетиком, словно платочком, и визжит. Потом падает на колени, подбрасывает руки вверх к темнеющему небу, словно человек в восторге от полученного свыше откровения, и падает ничком на белую разделительную полосу шоссе.
Генри поворачивается своим ошарашенным лицом к полковнику Коксу, который находится от него на расстоянии трех футов и вместе с тем за миллион миль.
– Мне так жаль, друг мой, - говорит Кокс.
Подходит, спотыкаясь, Памела Чен.
– Автобус!
– кричит она, стараясь перекрыть нарастающий грохот.
– Нам надо в автобус и проехать эту штуку прямо насквозь! Это наш единственный шанс!
Генри понимает, что шанса нет никакого, но кивает, бросает на Кокса последний взгляд (Кокс никогда не забудет бесшабашные глаза этого копа), берет за руку Памелу Чен и ведет ее к автобусу №19, тем временем как дымная чернота мчится к ним.
Огонь достигает центра города и летает с шумом вдоль Мэйн-стрит, как пламя паяльной лампы в трубе. Исчез мост Мира. Большой Джим с Картером щурятся в противоатомном убежище, когда над ними взрывается здание городского совета. Департамент полиции всасывает в себя собственные кирпичные стены, и выплевывает их высоко в небо. Статую Люсьена Келверта вырвало с фундамента на Мемориал-Плазе. Люсьен взлетает в горящий мрак, храбро держа наготове свою винтовку. На библиотечной лужайке хэллоуиновское чучело в веселом колпаке и с садовыми лопатками вместо ладоней, поднимается вверх в вихре пламени.
Оглушительный свист с шипением - он звучит, как пылесос Бога - поднимается, когда голодный на кислород огонь всасывает свежий воздух в свое единственное, ядовитое легкое. Здания вдоль Мэйн-стрит взрываются одно за другим, подбрасывая в воздух свои вывески и вещи, и
459
Альбион - великан, сын Посейдона, первозданный человек, отец многих сыновей и дочерей - сквозной персонаж произведений английского поэта Уильяма Блэйка (1757-1827).
460
«Атапи» - основанная в 1934 году электротехническая компания, чьи изделия отмечаются высоким ка-чеством и модным дизайном.
Солдаты, которые стоят на границе Таркер-Честер – ближе всего к месту зарождения катастрофы - отскакивают назад, когда огонь бессильно лупит кулаками по Куполу, оставляя его почерневшим. Солдаты ощущают печной жар, который полыхает сквозь барьер, за какие-то секунды, поднимая температуру снаружи на двадцать градусов, делая совсем сухой листву на ближайших деревьях. Один из них потом скажет: «Это было так, словно стоишь возле стеклянного шара, внутри которого произошел атомный взрыв».
Теперь на людей, которые съежились напротив Купола, сверху начинают сыпаться мертвые и умирающие птицы, несчастные в бегстве дрозды, воробьи, скворцы, вороны, чайки и даже гуси разбиваются о Купол, которого они так быстро научились избегать. А через Динсморовское поле мчится стая городских котов и собак. Бегут также скунсы, и сурки, и дикобразы. Между ними скачет олень и несколько галопирующих лосей и, конечно же, прет молочное стадо Алдена Динсмора, глаза у коров выпячены, они смущенно мычат. Достигая Купола, звери бьются об него. Счастливые животные умирают. Несчастливые лежат распластанные на полных колющих, сломанных костей подушках, они лают и скулят, мявчат и ревут.
Олли Динсмор видит Долли, хорошую бурую швейцарку [461] , которая однажды завоевала для него на выставке «4-Н» [462] призовую синюю ленту (это его мать дала ей такое имя, думая, что Олли и Долли будет звучать очень круто). Долли тяжелым галопом бежит в сторону Купола, а за ней чей-то веймаранер [463] гонится по пятам, и задние ноги у коровы уже окровавлены. Она врезается в барьер с хрустом, которого Олли не может услышать из-за рева огня… Вот только в своем мозгу он его слышит, и непостижимым образом от зрелища, которое он сейчас видит - когда так же, как и все здесь, обреченный пес прыгает на бедную Долли и начинает рвать на клочья ее беззащитное вымя, - ему делается еще хуже, чем тогда, когда он нашел мертвым своего отца.
461
Brown Swiss - швейцарская порода непритязательных к условиям содержания коров, которые дают свыше 9 тыс. л молока в год.
462
« 4-Н»: Head, Heart, Hands, Health (Голова, Сердце, Руки, Здоровье) - добровольная детско-юношеская организация под эгидой Национального института сельского хозяйства, деятельность которой направлена на развитие профессиональных привычек и гражданского сознания среди молодежи.
463
Веймаранер - веймарская легавая, которую используют в охоте на больших копытных.