Подделка
Шрифт:
Получается, вы купили одну из наших сумок на eBay – сумку-ведро «Мансур Габриэль» цвета верблюжьей шерсти (кстати, отличный выбор), показали её профессиональному специалисту по проверке подлинности и определили, что вещь настоящая. Это подняло вопрос о том, как мы можем получить прибыль, поскольку все наши сумки были указаны по розничной цене или даже немного ниже её.
Поиск отзывов о нашем магазине привел вас на онлайн-форум фанатов сумок, которые были в восторге от наших товаров. Копаясь в разных темах на форуме, вы наткнулись на цепочку недовольных покупателей «Неймана», утверждавших, что им продали подделки, и это привело вас к сообществу
Как вы сами убедились, Винни приложила все усилия, чтобы оно выглядело как обычное объявление о поиске покупателей – ведь легально существующие компании тоже нанимают тех, кто должен изображать из себя клиентов магазинов, чтобы помочь им оценить качество обслуживания. Только после того, как кандидат был проверен и принят на работу, Винни предоставляла ему дополнительную информацию о нашем бизнесе – и всегда через анонимный аккаунт в телеграмме.
По наитию вы изображали из себя обычную провинциальную мать семейства, которая любила высококачественные подделки и искала подработку. Как я уже сказала, Винни была в отчаянии. Она сразу вас наняла. Она начала с простого задания. Вы должны были отправиться в «Блумингдейл», купить горчичного цвета «Ле Плиаг» от «Лонгчамп» и прислать его нам. Вы быстро справились с заданием, и она выслала вам идеальную подделку.
Предположу, что вам нужна была копия, чтобы получить ордер на обыск, который позволил вам в конечном итоге раскрыть личность Винни? Конечно, еще в октябре ни Винни, ни я не подозревали, что вы за нами следите. Мы были слишком заняты попытками пристроить всё, что громоздилось на наших полках – всё, что я отдала вашей команде, все до единой сумки, какие у нас были.
Естественно, как и вы, я заметила расхождение в цифрах. Судя по моим записям, не хватает ещё двухсот. Я могу только предположить, что Винни удалось ликвидировать эти сумки где-то в конце октября, прежде чем бежать из страны. Ей явно требовались деньги.
Вы хотите сказать, что Босс Мак это подтвердил? Он передал вам слова контактного лица, что эти две сотни подделок двадцать шестого октября перешли к другому владельцу? Конечно, я в шоке. Откуда он мог это узнать? Кто бы ему сказал? Но если вы проверили информацию и считаете её правдивой, то, наверное, вы правы. Винни тогда не было в области залива, но я полагаю, что она легко могла послать курьера в наш офис в Южном Сан-Франциско, чтобы получить сумки и совершить продажу. К этому времени она сильно сомневалась во мне и несколько раз обвиняла в том, что я якобы ничего не делаю, поэтому вполне логично, что она решила сама справиться с ликвидацией.
Надеюсь, вы не думаете, будто я продала эти сумки и спрятала деньги. Это было бы невозможно. Видите ли, детектив, двадцать шестого октября я была на встрече выпускников колледжа. У вас есть данные о местоположении моего мобильного телефона; вы сами видите, что я весь день провела на полуострове, хотя мне этого совсем не хотелось.
Почему не хотелось? Ну представьте себе ситуацию, детектив: вот я и оказалась на самом пике своей жизни, вынужденная противостоять самым опытным людям на планете. Я ощущала себя героиней гнусной шутки, посмешищем Кремниевой долины, боксерской грушей мировой элиты.
Карла и Джоанна, должно быть, почувствовали, в каком я состоянии, потому что в то утро меня разбудил шквал сообщений, предупреждавших меня даже не думать о том, чтобы отступить.
Я заеду
В конце концов подруги позволили мне пропустить официальное мероприятие в кампусе в обмен на то, что я приду на бранч к нашей однокурснице Эйми Чо.
Как вам уже рассказала Карла, она заехала за мной в половине одиннадцатого утра и отвезла прямо в особняк Эйми в Вудсайде, где я пробыла примерно до половины третьего, а потом вернулась в город автостопом с ещё одним однокурсником, Троем Ховардом. Как видите, в течение дня я не ездила в Южный Сан-Франциско – ни чтобы разгрузить наш инвентарь, ни по какой-либо другой причине.
Что вам сказать по поводу вечеринки? Был идеальный для Северной Калифорнии осенний день: прохладная погода, всего семьдесят градусов, безоблачное голубое небо, переливающийся золотой свет – такой день только подчеркивал мое жалкое состояние. Ухватив меня за локоть, Карла втянула меня в компанию, совершавшую экскурсию по недавно отремонтированному дому Эйми. Пока подруги делали вид, что сейчас упадут в обморок при виде полов из бережно выращенного бразильского тикового дерева, охали и ахали над стульями, обитыми тайским шёлком мятного цвета, я пыталась придумать, как убедить Винни прекратить нанимать покупателей, белых или представителей любой другой расы, и приостановить все операции до тех пор, пока мы не получим ответы. Она, конечно, возразила бы, что мы потеряем в деньгах, но эта причина ничего не значила в сравнении с риском попасться.
Снова и снова я жизнерадостно отвечала одноклассникам, что сейчас сосредоточена на сыне. Я всерьёз задумаюсь о работе, как только мы отдадим его в детский сад. Да, мы решили подождать год, ему только что исполнилось три.
Как смело с твоей стороны взять перерыв, проворковала Эйми, такой же недовольный своей работой корпоративный юрист. Её супруг Брент, который занимается чем-то связанным с финансами и зарабатывает в десять раз больше её весьма приличной зарплаты, добавил, что Эйми отправляет электронные письма примерно через пятнадцать минут после того, как они придут. Она сделала вид, что даёт ему пощёчину, он сделал вид, что душит её, потом оба рассмеялись и чмокнули друг друга в щёки. Все остальные рассмеялись тоже, и я последовала их примеру, отстав на долю секунды, словно инопланетянин, который отчаянно пытается казаться человеком.
Поясню, детектив. Не будет преувеличением сказать, что в тот момент я полностью провалилась по всем фронтам: как специалист, жена, мать, подруга – чёрт, как выпускница Стэнфорда. Чего мне хотелось больше всего на свете, так это заползти в пещеру и спрятаться от самой себя, такой непохожей на всех, кто меня окружал.
Отойдя к бару, я попросила бармена в униформе дать мне мохито. Когда Джоанна заметила меня и помахала рукой, я выпила столько, сколько смогла, прежде чем подойти к ней. Она была в компании Хавьера Дельгадо, занимавшего какую-то должность в Гугле, и его бойфренда Эндрю.
Мы каждый год жертвуем сто долларов в фонд выпускников, сказала Джоанна, указывая на своего сына, который с визгом бросился в погоню за другими детьми (все они, без сомнения, были приучены к горшку и зачислены в лучшие детские сады). Это небольшая инвестиция в будущее.
Нам тоже нужно заняться этим вопросом, сказал Хавьер, шлёпнув своего мужчину по руке. Эндрю закатил глаза и театрально прошептал: мы даже не уверены, что у нас будут дети. Желая быть вежливым, он повернулся ко мне. А у вас есть?