Подвал
Шрифт:
Он открыл ноутбук, предвкушая потерю всего, что он набил сегодня. Но «пожиратель слов» его удивил. Все файлы были с тем количеством знаков, с которым он их и оставлял. Похоже, все налаживается. Ему очень не хотелось в это верить, но все говорило о том, что все неприятности (если их можно было так назвать) были от злоупотребления. Сегодня Дима держит себя в рамочках, поэтому с текстом ничего и не случилось.
В голову ничего не лезло. Напишет слово – удалит. Дело встало. Он попробовал еще раз, но это больше походило на потуги
Дима встал. Допил пиво и пошел из сарая. Ему навстречу шла Вера. Он быстро осмотрел себя. Ничего не торчало и не висело. Он был в штанах с застегнутой ширинкой. Девушка, видимо заметив его неловкость, улыбнулась:
– Дима, а что ты завтра будешь делать?
– Думаю с утра расчистить дорожки от снега, а потом слепить снежную бабу, – ответил он.
Девушка рассмеялась шутке Димы и еще раз спросила:
– А если серьезно?
Он пожал плечами.
– Снежная баба – это хорошо, но…
Что ты хотел сказать? Что живая лучше? Посмотри, как ее соски торчат.
– …но сейчас, к сожалению, лето. Так что я, пожалуй, ограничусь пролеживанием боков у телевизора.
– Не хочешь составить мне компанию?
Спрашиваешь! Еще бы! Но что-то ему подсказывало, что это не будет секс. Он не бывает таким быстрым. Нет, по пьянке и не такое можно исполнить, но только если оба партнера…
– Не сходишь со мной к тетке? – прервала его размышления о вероятности секса с ней Вера.
– Конечно, – уже не так весело ответил Дима.
Просто только у собак бывает.
– Вера, ты идешь?
Дима глянул за девушку. Мужчины не было видно, но по голосу он понял, что в комнате другой человек. У того был кавказский акцент, а этот говорил чисто. У нее нет парня. Вывод был сделан моментально. Он улыбнулся и произнес:
– С тобой хоть на край света.
– Вот и славненько. Тем более что она живет немного ближе. – Девушка улыбнулась и, сделав шаг к нему, поцеловала его в щеку.
– Вера-а-а!
– Тебя зовут, – сказал Дима.
– Меня все зовут, – почти прошептала Вера, – только я не всем откликаюсь.
Если бы она не сделала шаг назад, он бы набросился на нее.
– До завтра, – сказала она, махнула рукой и пошла к своей половине дома.
– До завтра, – сказал Дима
Дима все-таки выпил. Он сходил в магазин к Семену и взял пива и бутылку водки. В долг, разумеется.
– Что-то ты, сынок, зачастил к нам, – с улыбкой произнес Семен Макарович. – Водка понравилась?
– Скорее сервис. Со мной так разговаривали в последний раз в Москве, когда я деньги на номер клал в «Связном».
– Сервис, говоришь? Стараемся не отставать. А ты?
– Что я? – не понял Дима и глупо улыбнулся.
– Ты что стараешься? Сынок, вот с этим, – краснолицый показал на пакет в руке Димы, – у тебя… ни у кого нет будущего. Ты б завязывал, а?
«Слушай, не учи, а?» – хотел осадить его Дима, но передумал. Долг. Но в этом магазине все пропахло предательством. А он не выносил подобного. Поэтому Дима поспешил уйти.
И напился. Уже наплевать, по какому поводу. Он пил и за то, что текст сохранился, и за то, что у него с соседкой начали завязываться отношения, и за то, что вокруг суки, так и норовящие влезть в твои долбаные дела. Он выпил за все, вследствие чего часам к десяти его сморило. По телевизору шла какая-то комедия о придурках, разговаривающих с животными или наоборот. Дима еще какое-то время послушал этот бред, взглянул на кенгуру в толстовке с капюшоном и, блаженно улыбнувшись, погрузился в сон.
Что его разбудило, он, как всегда, не мог понять. Телеэкран покрывала рябь, что для современных телеканалов было немного странно. Скорее всего, неполадки с антенной. Дима не собирался заниматься этим, антенна может подождать и до утра. Он перевернулся на другой бок и собирался заснуть. Телевизор не шумел, а белое мерцание только успокаивало. Но что-то было не так. Что-то заставляло его напрячься и вслушиваться, вслушиваться. Это сводило с ума. Он не чувствовал чьего-то присутствия, по сути, он не чувствовал ничего. Но что-то же сводило его с ума?
Он резко обернулся и понял, что находится в сарае. Белый мерцающий прямоугольник, принятый им за экран телевизора, был не чем иным, как монитором ноутбука. Дима посмотрел на свою жесткую постель. Он лежал на двери. На гребаной двери в полу! Сказать, что это его удивило, значило не сказать ничего. Это его шокировало. Это значило только одно. Он снова попал в кошмарный сон. Следующий звук заставил его затрястись всем телом и с отвращением соскочить с двери. Кто-то стучался с той стороны.
– Кто там? – спросил Дима и понял, что с ума уже сошел.
В тот же момент дверь распахнулась и, ударившись о пол, подняла клубы пыли. Дима приготовился к страшному. Оттуда мог выйти кто угодно. Аслан с вывернутой шеей, Лена со свисающими из глазниц, словно мертвые крысы, глазными яблоками, отец без головы да даже араб на верблюде. Дима мысленно был готов ко всему. Но ничего так и не произошло. Пыль давно уже осела, ритм сердца пришел в норму, а проем двери все был пуст. И Дима знал, чем его заполнить.
Глава 5