Покореженное эхо
Шрифт:
Выйдя на улицу, Настя вновь столкнулась с женщиной, держащей на руках мопса. Терять было нечего.
— Извините, пожалуйста, у меня к вам один вопрос.
— Слушаю вас.
Глаза у дамочки походили на два объектива репортерских камер, от которых ничего не спрячешь.
— Я только что была у Зинаиды Евграфовны и разговаривала с ней о своей сестре. Впрочем, не буду морочить вам голову, вот взгляните. — Настя полезла в сумку за фотографией Ляли Ципланской.
— А ваш спутник остался пить чай у Зинаиды Евграфовны?
Настя не сразу поняла вопрос. А когда сообразила, то стало ясно, что Метлицкий все еще находится в доме. А как же свет? В квартире темно.
На ее счастье дверь подъезда открылась, и вышел Метлицкий, похожий на выловленного утопленника с синюшными губами.
— А вот и он. — Настя
— Эту девушку я видела. Она приезжала на машине позавчера или на день раньше. Сейчас не помню. У меня все дни одинаковы.
— На машине?
— Черная большая машина. Ее ждал шофер.
— Вы ее один раз видели?
— Да. Она вышла из дома, села в ожидающую ее машину и уехала. В какой день это было, можете уточнить у Зинаиды Ефграфовны, если она навещала ее, а не другую квартиру.
— Спасибо. — Настя забрала фотографию. — Девушка приезжала днем?
— Этого я не помню, но было светло.
— Всего вам хорошего.
Настя направилась к своей «шкоде», Метлицкий поплелся за ней. Им пришлось пройти мимо припаркованного белого «понтиака». Настя бросила взгляд на переднее сиденье машины, но задерживаться не стала. Она знала, что Дама с собачкой все еще наблюдала за ними.
Когда они сели в машину, Метлицкий сказал:
— Вяткин убит. Его труп с пулевым ранением лежит на балконе не меньше суток. Засветились мы по-крупному.
— Что поделать, ведь ты настаивал. Придется звонить Марецкому. А если бы он был тепленьким? Меня так наверняка посадили бы. — Настя достала сотовый телефон и набрала номер Петровки. — Степа, хорошо, что я тебя застала. Боюсь, что тебе все же придется взяться за это дело. Ты уж нас извини, непослушных двоечников, но мы без санкции проверили квартиру Вяткина. Отпуск он взял, но никуда не уехал. Парня пристрелили в собственной квартире. Уже остыл. Соседи нас видели, так что имей это в виду. В квартире напротив есть ключи, вы уж не ломайте двери понапрасну. Детали обсудим позже, я буду в офисе. К ночи мы будем готовы ответить на некоторые вопросы. Зафиксируй мой звонок как анонимный.
Настя отключила телефон и тронула машину с места.
6.
На следующий день произошло два важных события. После вскрытия трупа Вяткина, выяснилось, что оба убийства совершены из одного оружия, и их объединили в одной производство. Расследование поручили заместителю начальника отдела по тяжким преступлениям майору Марецкому. Второе событие произошло в лесополосе в километре от дачи Вяткина. Кинологи с собаками нашли портфель, накрытый еловыми ветками.
Начальник криминальной милиции Ленинского района подполковник Зимин срочно выехал с находкой в Москву и к десяти утра прибыл на Петровку.
Марецкий собрал свою бригаду на короткое совещание для подведения итогов.
Слово дали эксперту Кораблеву. Он тут же достал из портфеля целлофановый пакетик с двумя пулями.
— Боюсь, эти пули все, что мы имеем на сегодняшний день. Выпущены они из одного оружия. Предположительно, револьвера импортного производства, сделанного до пятидесятого года, либо самодельного оружия, что менее реально, так как выточить нарезной ствол в кустарных условиях маловероятно. Такие умельцы, разумеется, есть, но овчинка выделки не стоит. Пули заводские с медной оболочкой, свинец очень высокого качества, похож на тот, каким пользовались немцы во время Второй мировой войны. Уникален калибром. Оружием пятого калибра сейчас никто не пользуется. Убойность слабая. Можно предположить, что убийца хорошо информирован о своем оружии. Оба выстрела сделаны с расстояния, не превышающего одного метра. На рубашках жертв остались отчетливые следы прожогов от пороха. В обоих случаях поражено сердце. Хочу это подчеркнуть. Сегодняшние профессионалы стреляют в голову, она более доступна, если можно так сказать, и уязвима. Если в случае на даче жертва находилась в состоянии глубокого сна и представляла собой неподвижную мишень, с которой можно делать что угодно, то на квартире Вяткина хозяин двигался. Чтобы попасть точно в цель, жертва должна стоять лицом к убийце неподвижно и ждать выстрела. По заключению патологоанатомов, Вяткин получил смертельное ранение десятого сентября в районе шестнадцати часов. Убийство на
— Что скажете, Геннадий Иванович? — обратился Марецкий к подполковнику, приехавшему из пригорода.
— Мы прочесали участок и лесополосу вокруг. От поселка помимо дороги идет тропа через лес к шоссе. Там собака и нашла этот портфель. — Он выложил на стол черный кожаный портфель с потертыми краями и двумя замками. — Задрипанная старомодная вещь. Скорее символическая, чем полезная. Знаете, как Жванецкий на концертах выходит со старым портфелем, так и здесь. Вроде как символ успеха.
Что в принципе не исключается. Убитым был адвокат Всеволод Григорьевич Дикой.
Теперь о содержании. Удостоверение члена коллегии адвокатов, паспорт, ключи, две связки, гостевая карточка питерской гостиницы «Астория», несколько деловых блокнотов, справки и судебные документы, пропуск в СИЗО «Крестов», бумажник с деньгами, визитными карточками и билетом на поезд Питер — Москва, согласно которому он приехал в Москву девятого сентября. То есть за сутки до убийства Вяткина. Судя по документам, Дикой в Питере готовился к процессу над известным вором в законе Дато Ганзелией, который начнется через месяц-полтора. И еще. — Подполковник повернулся к эксперту. — Когда вы приехали на дачу в день убийства, помните? Тогда Александр Леонидович сказал, что на столе остались следы от бокалов, из которых пили красное вино, и есть подтеки.
В портфеле лежат бутылка из-под полусладкого вина «Изабелла» и те самые фужеры. На обоих фужерах имеются отпечатки пальцев. На одном — убитого адвоката, на втором — неизвестного мужчины. В картотеке его отпечатков нет.
Очевидно, под следствием он не был и по уголовным делам не проходил. — Подполковник передал портфель Кораблеву.
— Спасибочки, Геннадий Иванович. Оперативно работаете.
— Стараемся.
В разговор вступил капитан Сухоруков.
— Меня удивляет странный факт. Я был в гараже фирмы «Нефтьхим», которой руководит или, точнее сказать, руководил Евдоким Вяткин и выяснил, что восьмого сентября, за два дня до своей смерти, Вяткин позвонил в гараж и велел начальнику колонны послать к десяти часам утра машину на Лениградский вокзал для встречи важной персоны, но не уточнял какой. Мол, человек сам сядет в машину и назовет адрес. Начальник выделил для поездки джип «лэнд крузер» и сообщил об этом хозяину. Я разговаривал с шофером. Показывал ему фотографии трупа, тогда еще не опознанного нами Дикого, и он признал, что встречал именно этого человека. Чемодана у него не было, а о портфеле он рассказал и описал его таким, каким мы его сейчас видели. В машине Дикой назвал адрес дачи Вяткина.
Шофер не раз бывал там, и блуждать по загородным дорогам им не пришлось. Во время пути пассажир не проронил ни слова. Вот и все. Ничего странного и удивительного, за исключением того, что Вяткин и Дикой так и не встретились.
Почему он не поехал к Вяткину на Патриаршие пруды и почему Вяткин так и не поехал на дачу?
— Так, хорошо, — вмешался Марецкий, как человек, который очень торопится что-то высказать, пока не забыл. — Попробую вам нарисовать картину такой, как она мне представляется, а вы внимательно послушайте и потом внесете необходимые коррективы. Существует некое частное детективное бюро в Москве. Восьмого сентября сыщикам звонит некая женщина из Питера и просит проследить за ее мужем, которого подозревает в неверности, говорит, что он должен приехать в Москву и называет номер поезда и вагон. Сыщик получает гонорар, присланный из Питера, и берется за работу. Его клиентом оказывается Всеволод Дикой. Сыщик прослеживает джип, доставивший адвоката до дачи и двое суток не спускает с него глаз. Дикой с дачи не выходит, а на следующий день убивают Вяткина. У Дикого стопроцентное алиби. В то же агентство обращается женщина, приехавшая из Азова с просьбой найти ее сестру. Другой сыщик начинает поиски. В это же время детектив, наблюдавший за дачей, получает отбой. Любовница в течение двух суток не обнаружена. Дикой остается вне поля зрения, и тут начинаются главные события. Во-первых, мы пока не можем определить, когда неизвестный мужчина с бутьшкой красного вина побывал у адвоката. То ли одиннадцатого сентября, после того, как сыщик прекратил наблюдение, то ли двенадцатого — в день смерти.