Покрышкин
Шрифт:
...Константин Сухов сообщил Покрышкину, что комполка Исаев приказал не засчитывать третьего бомбардировщики, заявив, что он сам загорелся от взрыва...
— Не возмущайся, Сухов! В отношении меня действует «закон подлости»...
Командир полка после Кубани все чаще где-то «задерживался». Вернувшись после двухнедельного отсутствия, попадает «под горячую руку» комдива Дзусова, который после резкого разговора с Исаевым упрекнул Покрышкина за патрулирование по собственным «теориям».
После боя над Большим Токмаком Ибрагим Магометович, прибыв в полк, спросил Покрышкина:
— Ну
— На начальство, товарищ полковник, сердиться нельзя, всяком случае, вслух.
Дзусов улыбнулся:
— Это правильно. Но вот за последний бой кавалеристы вас сердечно благодарят. Молодцы! Хорошо разделали «юнкерсов».
Исаев, вылетевший на УТ-2 для осмотра аэродрома, намеченного полку для перебазирования, задел колесами землю на бреющем полете, скапотировал, получил серьезные травмы. Летные навыки комполка растерял...
Исполняющим обязанности командира 16-го гвардейского истребительного авиаполка был назначен А. И. Покрышкин.
Из многих боевых вылетов той поры летчик описывает в своих воспоминаниях прикрытие десантов Азовской военной флотилии, успешные штурмовки приморских дорог, колонн бензовозов и легковых машин с немецким начальством, дальние разведки дорог в Таврии и аэродромов в Крыму с подвесными баками по личному приказу заместителя командующего ВВС генерала (с 1944 г. — маршала авиации) Ф. Я. Фалалеева.
С 26 сентября по 5 ноября 1943 года Южный фронт провел Мелитопольскую наступательную операцию. У рубежа немецкой обороны на реке Молочной (линия «Вотан»), как пишут военные историки, «с первого дня бои приняли упорный и затяжной характер». После перегруппировки войск 23 октября был взят Мелитополь, немецкий фронт прорван. Освободив почти всю Северную Таврию, Южный (с 20 октября — 4-й Украинский) фронт блокировал с суши противника в Крыму. В северной части Крыма был захвачен плацдарм, через Сиваш наведены к нему переправы.
В полк в Асканию-Нова прибыл командующий 8-й воздушной армией. Генерал-лейтенант Тимофей Тимофеевич Хрюкин был молод — 33 года, умен и по характеру крут.
Звездой Героя Советского Союза был награжден в 1939 году. Участвовал в боях в Испании и Китае, летчик-бомбардировщик, потопивший японский авианосец. Хрюкин был одним из немногих асов-командующих в наших ВВС времен Великой Отечественной войны. Ряд специалистов, среди них Главный маршал авиации А. Е. Голованов, маршал авиации И. И. Пстыго считают его лучшим из командующих воздушными армиями. При изучении архивных документов штаба 8-й воздушной армии обращает на себя внимание углубленный анализ боевых действий — своих и противника.
Генерал Хрюкин поставил Покрышкину задачу прикрыть плацдарм и переправы:
— Условия там очень сложные. Мостовых переправ мало. Многие стрелковые части переправляются вброд, а вода сейчас страшно холодная. Надо сделать все, чтобы не допустить бомбежку наших войск. Подумайте, как успешно решить эту задачу, доложите мне.
Покрышкин предвидел такое развитие событий:
— Товарищ командующий, я уже над этим вопросом думал и готов сейчас вам доложить.
— Да?.. Докладывайте.
Александр Иванович первым в воздушной армии предлагает решить задачу
Хрюкин внимательно смотрит в глаза гвардии майору. Обещает содействие и заключает:
— Учтите, что вы взяли на себя большую ответственность. Желаю успеха!
Слова об ответственности в те годы были отнюдь не формальностью. Совсем недавно за не вполне удачный бой против «хейнкелей» Т. Т. Хрюкин приказал отдать под суд командира полка и командира атаковавшей группы. Первый был осужден к десяти годам тюремного заключения с отбытием наказания после окончания войны, второй — И. В. Федоров — к восьми... Герой Советского Союза И. В. Федоров ( но он таранил «мессершмитт» в бою на Кубани) в своих воспоминаниях описывает эту ситуацию: атака не удалась по вине самого командарма, опоздавшего дать приказ на взлет. Судимость была позднее снята за заслуги и победы, осадок ни душе остался...
Видимо, Т. Т. Хрюкин был недоволен действиями 265-й истребительной авиадивизии (корпус Е. Я. Савицкого) в целом. 18–19 сентября дивизия потеряла погибшими девять летчиков, в их числе штурмана полка и трех заместителей комэсков, с 21 по 26 сентября — еще пятерых летчиков. Прибывший в 812-й полк командарм жестоко укорял истребителей за то, что они «не выполняют поставленных перед ними задач по прикрытию наземных войск».
...Вскоре локатор был доставлен в полк Покрышкина и освоен. План прикрытия прост и ясен. Эскадрилья Аркадия Федорова поставлена на дежурство на полевом аэродроме у самого Сиваша, она будет перехватывать бомбардировщики «по-зрячему». Две другие эскадрильи дежурят в первой и второй степени готовности в Аскания-Нова, ожидая команды на взлет по данным РУС-2.
Вскоре эскадрилья Федорова в бою с тремя девятками Ю-87 и «мессершмиттами» сопровождения сбивает семь бомбардировщиков и один истребитель, без потерь со своей стороны. Бомбы немцы сбросили, не долетев до цели. А. Клубов и В. Жердев сбили по два самолета.
Покрышкин лично ведет на Сиваш восьмерку, которая сбивает семь «юнкерсов». Громит «бомберов» эскадрилья Павла Еремина — сбито 11 самолетов!
Когда покрышкинцы на бреющем полете уходят на свой аэродром после боя, они видят, как на земле «матушка-пехота» бросает вверх шапки...
Блестящее выполнение задания зарегистрировано в документах 8-й воздушной армии:
«9 гв. МИАД (Мариупольская истребительная авиадивизия. — А. Т.), прикрывая войска 51-й армии, по данным РУС-2 с 19.11.43, показала, что этот способ экономит горючее и моторесурс до 50%. Прикрывая войска 51-й армии, она добилась, что противник отказался от налетов большими группами и перешел на действия малых групп в составе 6–8 самолетов» (ЦАМО. Ф. 346. On. 5755. Д. 121. Л. 300).
Как писал о А. И. Покрышкине Главный маршал авиации К. А. Вершинин, «в это время ярко проявились его высокие организаторские способности как командира полка... Его опыт организации прикрытия наших войск при форсировании Сиваша был потом многократно использован в наших авиационных частях».