Полуночник
Шрифт:
Он посмотрел вниз на наши тела.
— Скажи мне, — я задыхалась. — Что ты видишь?
Мэтт открыл было рот, но ничего не вышло. Разочарование перевернуло все во мне.
Ему потребуется некоторое время, чтобы окончательно прийти в себя.
Я знала, что хочу слишком многого и слишком рано, но я подсела на грязный рот Мэтта. Я пристрастилась к тому, как он унижал меня в постели.
Подстегнутая ростом удовольствия от бурного темпа, я качнулась назад
— Твой член, — запнулась я. — Я чувствую его, Мэтт... глубоко между ног.
— Ханна...
Мое имя шепотом прозвучало на его губах.
— Скажи что-нибудь, пожалуйста, поговори со мной…
— Мм... мой член, — выдохнул он. Я застонала, нуждаясь в помощи и ободрении. — Черт, я не выдержу этого. Я смотрю, как ты вбираешь его. Ах, еб*ть, я наблюдаю за твоей тугой маленькой киской.
Я отпустила свое благородство, порыв страсти смело его.
— Дай его мне, Мэтт, трахни меня, иди ко мне…
— Черт, Ханна!
Руки Мэтта обвились вокруг меня. Его сильные пальцы нашли мой клитор и потерли его, щекоча нервы, заставляя мое тело взорваться.
Мы кончили вместе и рухнули возле раковины.
Позже Мэтт снова стал безжизненным. Я обернула полотенце вокруг него, другой рукой взъерошила его волосы. Я надеялась, что секс внезапно осветлит его голову и все будет как раньше, но это были смехотворные надежды. Нейт был прав — Мэтту необходимо время. А я была из терпеливых.
Я поцеловала его. Он целовал меня без энтузиазма.
— Устал, — пробормотал он, выходя из ванной.
Я тревожно наблюдала за ним. Он действительно выглядел уставшим, и не без оснований. Его тело прошло через суровые испытания. Черт, может, мне не следовало принуждать его к сексу. Что со мной не так? Я прижала ладони к глазам. Ханна, нарасти себе мозг!
Я схватила апельсин и бутылку воды из холодильника и поспешила в спальню. Мэтт лежал животом вниз на одеяле. На нем была пара черных боксеров,аламантин, который я подарила ему, лежал неподалеку в стороне.
Я сглотнула комок в горле.
— Я принесла тебе апельсины.
Тишина.
Я поставила фрукты на тумбочку. Там же были и его таблетки.
— Ты принимал их? Мне кажется… — я возилась с бутылкой, — …мне кажется, что ты должен принимать их два раза в день.
Мэтт протянул руку.
— Гм, да, хорошо, так… — так что с лекарствами Мэтта возникли небольшие проблемы. О боже. Какие из них? Понижающая доза... высокая доза. После некоторого поиска, я вложила в ладонь Мэтта капсулу 25 мг. Он запил ее водой из бутылки.
— Прости, — сказал он через какое-то время.
Я прошлась по своему сухому телу полотенцем и залезла голой на кровать. Я вытянулась рядом с ним, обнимая его и пристраивая
— Никаких извинений, — сказала я.
— Из-за них я становлюсь сонным. Мы можем поговорить?
— Конечно, можем.
— Я все испортил. С тобой.
— Никаких извинений, — повторила я. — Я не жалею, что встретила тебя.
— Я пытался держаться подальше. Сначала, пытался.
— Но не смог, — моя грудная клетка рефлекторно сжалась при мысли о жизни без Мэтта. Я глубоко вдохнула. Пора сказать и не быть идиоткой. — Я могу сказать тебе кое-что?
— Мм.
— Мэтт, не думаю, что я действительно могу держаться подальше от тебя. Не в этой жизни, — я проследила кончиками пальцев по его спине. — Я люблю тебя. Ты же знаешь это.
— Почему?
Мне помогло то, что глаза Мэтта были устремлены на стену. То, как смотрят эти пронзительные зеленые глаза... я не смогла бы произнести это, глядя ему в глаза.
— Я думаю, что всегда любила тебя, — прошептала я. — Я чувствовала что-то необычное с тех пор, как мы встретились, с тех пор как мы впервые начали переписываться. Я любила тебя, не зная, что любовь была во мне, ждала своего часа. Так что ты не должен извиняться, Мэтт. Я люблю тебя. Нет никакого способа изменить это.
Мэтт перекатился ко мне лицом. Он встретил мой взгляд — наконец — с очевидной трудностью. Мы наблюдали друг за другом.
— Ты и Нейт...
— Он был идеальным джентльменом, — остановила его я.
— Да? — Мэтт сонно выискивал что-то в моем выражении лица.
Боже, он на самом деле беспокоится об этом? Я вздохнула и взяла его лицо в свои руки.
— Мэтт... я не хочу идеального джентльмена.
— Тогда чего ты хочешь?
— Тебя.
Впервые за месяцы я наблюдала, как прекрасное лицо Мэтта засветилось от настоящего смеха. Он был мягким, обессиленным, но это был смех. Я хотела плакать.
— Не джентльмена, — усмехнулся он, его глаза сонно закрывались.
— Определенно не джентльмена, — пробормотала я.
Глава 29.
Мэтт
У НАС С ХАННОЙ было негласное понимание.
Я буду жить с ней в Денвере.
— Это здесь, — сказала она с улыбкой, показывая на скромное угловое здание.
Я заплатил таксисту и достал расположившуюся между сиденьями клетку Лоренса. Затем вытащил наши чемоданы на тротуар.
Многоквартирный жилой комплекс был небольшим и, откровенно говоря, отвратительным. Хлипкие балконы выступали на стенах из коричневого кирпича. Внутри нам пришлось тащить сумки на второй этаж.