Полуночник
Шрифт:
Моей любимой.
Я закрыл глаза. В ночь, когда Ханна появилась в хижине и вытащила меня... все стерлось в дымке алкоголя. Хотя я помнил удовольствие. Черт, эта девушка...
— Мэттью? Вы хорошо себя чувствуете?
Я пристально посмотрел на психиатра.
Я открыл рот, чтобы пригрозить ей адвокатом моего дяди, жителя Нью-Йорка, который разрушал жизни, это была его работа, а затем стиснул зубы. Будь милашкой.
— У меня неплохая поддержка со стороны семьи и друзей, —
Психиатр мучила меня в течение следующих десяти минут. Она спрашивала, есть ли у меня склонность к суициду. Она даже спросила, был ли я одержим мыслью об убийстве. Слава Богу, она не знает об инциденте с пистолетом. Она изучила мои лекарства и назначенную дозу Либриума.
— Когда вы подпишите документ о выписке, мы отправим заметки вашему психиатру в Денвере. Вы должны продолжать встречаться с ним, как только вернетесь.
— Конечно, — сказал я.
Еб*ть. Мне придется притворяться тупым в течение следующей недели, возможно, дольше.
Наконец-то она ушла.
Нейт вернулся, сияя. Он сказал, что врач и психиатр одобрил мою выписку. Он оставил пакет с одеждой на моей кровати.
— Выходи, когда будешь готов. Я жду снаружи.
Боже, я готов расцеловать его. Он одолжил мне темно-серую пару вельветовых брюк от Армани и темно-зеленый свитер из кашемира с V-образным вырезом. Я быстро переоделся, наслаждаясь ощущением нормальной одежды на моей коже.
В ванной мне пришлось держаться за раковину. Комната наклонилась, как раскачивающаяся лодка, а затем выровнялась. Блин, я слишком слаб. Да и выгляжу не ахти. Я побрился и старался избегать своего отражения как можно дольше. Оно психологически не поможет мне подготовиться к встрече с Ханной.
Ничего не поможет.
Я держал плюшевого ламантина и сидел на краю своей кровати. Должно быть, я просидел так довольно долго, потому что появился Нейт, улыбаясь мне как-то неуверенно.
— Эй, дружище, хорошо выглядишь.
— О, да. Спасибо, — я пригладил свитер рукой.
— Ты все взял? — он подхватил пакет с одеждой и засуетился. Взглянул на мою руку, вцепившуюся в ламантина. — Твой маленький друг тоже готов?
— Ага.
— Документы готовы, просто нужна твоя подпись.
— Ладно.
Я осторожно встал. Нейт обернул руку вокруг моего плеча и вывел меня. Я не знаю, был ли я когда-нибудь более благодарным. Я нацарапал мое имя на двух бумажках, и медсестра за столом пожелала мне удачи. Нейт вывел меня в вестибюль. Я уставился на плитки.
— А вот и он! — объявил Нейт с натянутой улыбкой.
Я не смотрел вверх. В ярком блеске на полу я увидел приближающеюся фигуру. Черт, я все еще был в больничном браслете. Я сдернул его.
Ноги Ханны — ботинки из овечьей шерсти — попали в поле зрения. Я взглянул на Нейта. Он отошел, но смотрел на нас с неприкрытым любопытством.
Ханна
— Спасибо, — сказал я, поднимая ламантина.
Стыд накрыл меня, словно всем весом мира.
— Тебе нравится?
Ханна схватилась своими рукамиза мои. Воспоминания мерцали в темноте моего разума: Ханна опускает пистолет.
— Да, он мягкий...
Мы стояли так какое-то время, я, играющий сламантином, и Ханна, поглаживающая мои руки и запястья. Знакомое электричество прошло между нами. Кожа к коже.
Нейт, наверное, понял, что это слишком для меня, и вывел нас на улицу. Холодный воздух окружил меня и я глубоко вдохнул его. Октябрь на восточном побережье... так бодрит. Я хотел ясную голову, но не тут-то было. Наша первая остановка — аптека.
Мы взяли мои лекарства, и Нейт заставил меня принять первую дозу на парковке. Он купил спрайт в автомате, выдернул ключ, открывая, и положил нужную таблетку в мою руку. Я пытался встать под таким углом, чтобы быть подальше от машины.
— Ханна наблюдает, — прошипел я.
— Прими ее.
Я проглотил таблетку и сунул обратно содовую Нейту.
— Ты мог бы попробовать установить с ней зрительный контакт, — предложил он.
— Я пытаюсь.
Я полез в заднюю часть машины Нейта, и Ханна улыбнулась мне. Я улыбнулся в ее направлении.
Лоренс был в своей клетке на переднем пассажирском сиденье. Он растерянно перемещался, пока автомобиль двигался. Нейт объяснил, что нет необходимости, возвращаться в хижину. Онис Ханнойуже упаковали все и вымыли.
Я думал о Венди и фермерских животных.
— В чем дело? — прошептала Ханна.
— У меня были... некоторые овощи. В холодильнике.
— Нам пришлось выбросить их. Мы съели столько, сколько смогли.
Гнев охватил меня, когда я представил себе Нейта и Ханну, готовящих вместе. Я держал моеголамантина и уставился в окно. Ханна держала меня за руку.
Либриум полностью сразил меня, когда мы выехали на шоссе. Я прислонился к двери. Ханна притянула мою голову к себе на колени и свернулась калачиком поперек сиденья.
— Куда мы едем? — тихо спросил я.
— В дом твоего брата.
— Тогда куда мы поедем потом?
— Куда ты хочешь поехать? — она пробежалась пальцами по моим волосам.
— Куда ты поедешь.
— Тогда ты вернешься со мной в Денвер. Я позабочусь о тебе, Мэтт.
Я заснул под ощущения пальцев Ханны на моем лице.
Проснулся от звука пронзительного голоса моего племянника.
— Дядя Мэтт, дядя Мэтт, дядя Мэтт!
Мой племянник — ужасный террорист. Я выпрямился вовремя, чтобы увидеть, как он полностью забрался в машину. Нейт рассмеялся и выбрался из машины.