Ползущие
Шрифт:
И она побежала. Петляла между огромными валунами, прыгала через мелкие, скакала по плоским, неслась сквозь косые столбы солнечного света и сырые колодцы тени, ныряла в облака гнуса, на ходу разгоняла полчища прилипчивых мух.
Когда она налетела на лежбище громадных валунов, некоторые были до десяти футов высотой, ей вдруг пришло в голову, что она идет не туда, куда надо. Ведь эти… вроде миссис Сентаво… находятся в основном в Квибре… Значит – что? Все равно. Она должна добраться до Вейлона и до Кола. Должна предупредить людей.
Глупая девчонка, –
Дыхание начинало сбиваться, болели руки и ноги. Надо передохнуть и отдышаться. На большом овальном камне, который до половины скрывался в воде, она остановилась, опустилась на колени, плеснула в лицо холодной свежей водой, надеясь, а вдруг это просто ночной кошмар и от холодной воды я проснусь?
Но это была реальность. Миссис Сентаво оказалась опасным маньяком. Да и выглядела она уже совсем не как миссис Сентаво. А может, то же самое случилось и с мамой? Может, то, что она видела через полуподвальное окно…
Адэр тряхнула головой. Об этом она даже думать не хотела. Не сейчас. Она развернула ход своих мыслей. Это как бег по наклонной, когда приходится справляться с инерцией, с инерцией мысли она тоже справится. Сейчас надо думать о том, чтобы выжить.
Вода была такой холодной и свежей! Адэр хотелось пить, но она знала: пить отсюда нельзя. Как и большинство калифорнийских водоемов, ручей наверняка заражен какими-нибудь паразитами, какими-нибудь амебами, от которых полгода потом будешь мучиться дизентерией или спазмами. Она посмотрела назад, вдоль ущелья.
Паразиты! Вот именно. Очень похоже. Миссис Сентаво заразилась какими-то паразитами.
А вот и она! Футах в шестидесяти за спиной, прилипла к боку одного из больших валунов, ноги выше головы и свисают под странным углом вниз. Ноги голые, руки вывернуты – миссис Сентаво выглядела в точности как ящерица на каменной стене. И сила тяготения ей не мешала! Может, уцепилась теми металлическими зазубринами, которые Адэр успела разглядеть у нее на боку и на руках? Блузка миссис Сентаво была разорвана, юбка задрана на бедра, очертания мускулов на ногах выглядели странно и как-то неправильно.
При взгляде на нее Адэр чувствовала дурноту.
В этот момент миссис Сентаво подняла глаза, резким и точным движением наставив их прямо на Адэр.
– Иди ты в задницу, кто бы ты ни была! – крикнула Адэр. Конечно, лучше от этого не стало, но она, по крайней мере, облегчила душу. И опять побежала, изо всех сил прыгая с камня на камень. Ручей в этом месте стал шире, кое-где приходилось заходить в воду и переходить отмели вброд. Сумасшедшая гонка, где приз – спасение. Во всяком случае, Адэр надеялась, что именно так и будет.
За поворотом она выбрала скалу, большую, в форме домика, и прыгнула за нее. Стояла, нервничала и ждала; ноги по щиколотку оказались в кружащихся струях воды, и им
Уговаривала себя потерпеть. Успокоиться. Ждать.
Она прижалась спиной к скале, подняла пистолет, поддерживая его обеими руками, и сосредоточенно смотрела поверх него вдоль ущелья. Она уже стреляла из ружья, с отцом. Но не из пистолета. Наверное, у него в стволе есть патрон. Миссис Сентаво должна была подготовить его к стрельбе. Эта красная точка означает, что пистолет снят с предохранителя. Вроде бы так. Как это проверить, Адэр не помнила.
Левая кисть, да и вся нижняя часть руки болели и распухли, на них проступили мелкие синяки. Эта чертова Сентаво сломала ей кость! Но левой рукой надо было всего лишь поддерживать пистолет, курок придется спускать правой.
Адэр как можно крепче ухватилась левой рукой за рукоять, а указательный палец правой осторожно пристроила на спусковой крючок и чуть-чуть на него надавила.
Ручей то шумел, то затихал и вдруг зазвенел громче, как будто предупреждая. И тут раздался еще один звук. Прямо над головой.
У Адэр чуть сердце не выскочило из груди: она увидела перевернутое лицо этой Сентаво – Адэр и сама не знала, как теперь ее называть. Рот миссис Сентаво открылся, в нем извивалось что-то блестящее. Тело ее напряглось – она готовилась прыгнуть!
Адэр невольно вскрикнула, но подняла пистолет и направила его вверх, параллельно собственному носу. Это движение сделало все без ее воли: курок сдвинулся, пистолет загрохотал, дуло сместилось, сильно задев Адэр по лбу и содрав с него кожу, от звука выстрела у нее зазвенело в ушах. Потом закапала кровь. Но не ее кровь, не Адэр.
Она подняла глаза и увидела, что у миссис Сентаво снесено полголовы, но она, словно заледенев, все еще держится за скалу. Из раны капает серебристая жидкость, смешанная с кровью, а в провале похожего на лопнувшую дыню черепа, там, где была верхняя часть головы, открылось гнездо каких-то серебристых винтиков, которые копошились словно личинки.
– Перезагрузка, – пробормотала миссис Сентаво. Изо рта сочились красные и серебряные капли. Через мгновение она почти неслышно добавила: – Не удается… заг… загруз… не удает… – Губы едва двигались, с них капала жидкость, потом дернулись в последний раз и замолчали навсегда.
Адэр хотела закричать, но у нее перехватило горло. И она опять побежала, прижимая к себе пистолет. Из раны на черепе толчками вырывалась кровь, сбегала по лицу, попадала в глаза.
Казалось, не она бежит, а мир вокруг нее пустился в дикую пляску, все расплывается, дергается, несется неизвестно куда. Солнце утянуло свои лучи на небо, как будто они утекли вверх, за тучи. Хлынул дождь. Волосы прилипли к голове.
Иногда Адэр взбегала вверх, к дороге, потом, поскользнувшись, снова оказывалась внизу, меняла направление, бежала вдоль берега, но слепо, не озираясь, едва глядя себе под ноги. Она падала и вставала, опять падала, скользила по мокрому мху, ободрала обе коленки и локти об острые скалы.