Ползущие
Шрифт:
– Так и есть. Мы расстались. Я сейчас живу у… в общем, у сестры в Квибре. Но послушай, ты получил бандероль? Записку и… этот предмет?
– Какую бандероль? И какую записку?
– Я послала тебе бандероль. Там какой-то странный компьютерный чип, он… припаивается к другому прибору. Он был в пузырчатом пакете вместе с моей запиской. А у тебя степень Доктора компьютерных наук, должна же она хоть на что-то сгодиться?
– Нет, я ничего от тебя не получал. И почему это ты посылаешь мне странные компьютерные чипы?
– Длинная
– Ничего не приходило. Ты пробовала узнать на почте?
– Гм-м-м… Мне не очень хочется это делать здесь… Честно говоря, я даже на конверте не написала свое настоящее имя. Воспользовалась прозвищем, которое ты вроде бы должен был вспомнить. И адрес тоже фальшивый. Я и насчет этого звонка сомневалась, но думаю, они здесь не в состоянии контролировать все.
Наступила долгая, сопровождаемая треском пауза.
– Послушай, с тобой все в порядке? Может, мне приехать и повидать тебя? Ты… то есть… у тебя…
– Нет ли у меня паранойи, Рубен? Наверное, есть. Но пока еще не совсем. Иногда я и сама так думаю. Особенно сейчас. Они, видимо, перехватили ту бандероль.
Снова пауза и треск. Лэси заметила, что наблюдает за людьми, которые проходят мимо витрины кафе. Вот сутулый пожилой мужчина, почти горбун, идет с молодой девушкой, вероятно, дочерью. Навстречу им еще один пожилой человек с всклокоченными волосами, в красной рубашке с серебристым галстуком; это местный агент по недвижимости.
– Лэси?
За агентом по недвижимости шла женщина в голубых джинсах и жакете «левис», с длинными черными волосами, высокими скулами и темными глазами – местная индианка. Казалось, что все они, проходя мимо, вглядываются в Лэси. Как будто… Она тряхнула головой. Как будто – что?
– Лэси! Эй, очнись!
– Да, Рубен, извини.
– Я действительно думаю, тебе надо…
– Рубен! Со мной все будет о'кей. Не приезжай в Квибру, что бы ни случилось. Через несколько дней я тебе позвоню. – И пока он не успел возразить, повесила трубку.
Мимо кафе проходили две довольно полные девочки лет тринадцати с сумками «Тако белл». Они тоже посмотрели на Лэси. Как будто…
Ну-ка возьми себя в руки! – скомандовала она себе. – Надо отстраниться от этого. Займись чем-нибудь обычным, например, рождественскими покупками.
Она встала и вышла, махнув на прощание рукой круглолицей женщине за прилавком. Оказавшись на улице, почувствовала на лице ветер, влажный, но не холодный, не спеша прошла мимо салона красоты и остановилась у витрины ювелирного магазина. Может, сережки для Адэр?
Лэси вошла, и сначала ей показалось, что она перепутала вывески. Все прилавки оказались пустыми. То тут, то там валялись лишь какие-то обломки: одна серьга с жемчужиной лежала рядом с чем-то вроде сломанного браслета, а в основном черный бархат
– Привет! Есть кто-нибудь? Вы открыты?
Прошло несколько секунд, Лэси решила плюнуть и уже повернулась, чтобы уйти, но тут из задней двери показалась женщина, и Лэси осталась. Серебристые волосы довольно пожилой, невысокой, полной женщины была уложены в изысканную прическу, на глазах – синие тени. Очки в украшенной драгоценными камнями оправе. Но помада на губах казалась смазанной, да и весь макияж словно бы расплывался, как будто она только что плакала.
– Да? – спросила женщина.
– Гм-м-м… Вы открыты? Похоже, товаров нет?
Женщина бросила мутный взгляд на пустые витрины.
– Да, ничего нет. У нас ничего не осталось. Ничего.
– И это перед Рождеством? У вас, наверно, был просто бум продаж?
– Вовсе нет. Пришли люди и все забрали. Просто украли.
– Украли? А что говорит полиция?
– Полиция? – Женщина покачнулась и ухватилась за стеклянную витрину, словно боялась упасть. – За день столько всего случилось. Поразительно, правда? Теперь нельзя вызывать полицию. Вы не из них?
Лэси сглотнула.
– Из… из кого?
Женщина сильно замигала, как будто в глаза ей бил яркий источник света, потом опустила глаза на пустые витрины.
– Мой муж пытался уехать из города. Поговорить с кем-нибудь из полиции штата. Должен был вернуться вчера к полудню. Его до сих пор нет.
И тут она сползла вниз. На мгновение Лэси потеряла ее из виду, потом приблизилась к прилавку и заглянула за витрину. Женщина сидела на полу, раскачивалась из стороны в сторону и плакала.
Лэси не знала, что делать.
– О Господи, давайте я вызову вам врача! Или… родственника, кого-нибудь…
– Нет! – Женщина в панике подняла голову. Лэси увидела, как она побледнела. – Нет! Пожалуйста! Не надо никого звать!
Женщина вскочила на ноги, спотыкаясь, бросилась в заднюю комнату и захлопнула за собой дверь.
Лэси попятилась от пустых витрин, развернулась, быстро вышла и заспешила по улице – один квартал, потом налево, еще квартал – в полицейский участок.
– Черт побери, – запыхавшись, пробормотала она у дверей полиции. – Я разберусь, что, черт возьми, происходит!
Внутри, по ту сторону приемного окна, сидел мужчина, а не женщина, которая была тут пару дней назад, когда Лэси, проходя мимо, заглянула в окно. Загорелый мужчина, около пятидесяти, с глубокими, словно бы от постоянной улыбки, морщинами и чуть заметно вьющимися волосами. Но Лэси его знала. Берт познакомил их, когда они встретились в новом бистро. Это был мэр, а зовут его Роузе.
– Добрый вечер, мэр. Вы… э… занимаетесь полицейской работой здесь? Или просто кого-то ждете?
– Я здесь на подмене, – ответил Роузе, улыбнулся и склонил голову набок. – Да, на подмене. Конечно.