Помни

Ши Дини

Но Рангольд лежал в луже крови у ее ног, и их смерть не могла этого исправить. Увы, Ши'нтар так и не научилась исцелять без его помощи. У нее была сила, но не было его потрясающего дара, позволяющего видеть, что и как нужно сделать. Она звала его по имени, прижимая его голову к своей груди, но он не мог ответить ей, не мог даже подать знака, что слышит. Его глаза оставались открытыми, но уже не видели ее. Она пыталась прикоснуться к его сознанию, но яд не позволял даже этого... И тогда, в отчаянии, она закрыла глаза и прокричала другое имя. И ее безмолвный призыв не остался без ответа.

Марайе эрДжаэлю были известны тайны жизни

и смерти, хранящиеся в ее памяти, у него были необходимые знания, которые у нее не было времени вспоминать. Физический переход дался ему нелегко, но, как и любой кайли во все времена, он готов был пожертвовать собой ради своего симбионта. Ши'нтар удивило, что он явился в облике мужчины, но в тот миг ей некогда было раздумывать над этим. Марайе потребовался всего лишь один взгляд, чтобы оценить степень опасности. Его рука оставалась твердой, выдергивая кинжал из груди императора Озамены. Но даже их объединенных сил едва хватило на то, чтобы действительно помочь ему. Джаэлю не составило большого труда справиться с раной - это могла бы сделать и Ши'нтар, но против яда он был практически бессилен. Слишком сложным было его действие на организм мага, слишком много клеток было поражено одновременно...

Транс, в который они погрузились, унося с собой и Рангольда, длился почти всю ночь... а потом Джаэлю пришлось покинуть Озамену - прежде, чем он закончил все, что собирался, и все равно это путешествие едва не стоило ему жизни. Люди Эвара, которых Ши'нтар обогнала на пути сюда, охраняли их в течении этой долгой ночи. И ни один из них не осмелился задавать вопросы.

Сарга

– Ты не дал мне времени!
– Дамир Солан в ярости метался перед троном.

Рангольд следил за ним сквозь кровавую пелену, застилающую глаза - поддержание необходимых погодных условий в провинции Сарга требовало от него невероятного напряжения сил.

– Ты просил отправить тебя туда, - проговорил маг, с трудом выговаривая каждое слово, - но я предупреждал тебя, что это не имеет смысла.

Рангольд действительно позволил ему отправиться в этот поход, но, в отличии от Дамира, он не слишком надеялся, что власти провинции Сарга прислушаются к его словам. Но прежде, чем Дамир и его люди успели преодолеть хотя бы половину пути, в провинциях вспыхнул самый настоящий мятеж, к которому одна за другой присоединились почти все северные области Вендора. Продолжать путь не было никакого смысла - открытого неповиновения Рангольд не терпел, и они повернули назад. Дамир был абсолютно уверена в том, что Рангольд начнет действовать даже прежде, чем они вернутся - и не ошибся. И еще он был уверен в том, что наказание превзойдет все самые худшие ожидания.

Война с азалидами и Северным Союзом Лилиан изменила Рангольда настолько, что не будь Дамир свидетелем происходивших с ним перемен, он вряд ли поверил бы в то, что это один и тот же человек. Попытка Лилиан убить его, не увенчавшаяся успехом лишь благодаря вмешательству Ши'нтар, и осознание того, как легко он подчинился, получив письмо, наполнило его душу такой ненавистью к Северу, что она могла бы, пожалуй, уничтожить все живое на планете. Ши'нтар по-прежнему оставалась рядом с ним в качестве советника, помогая управлять огромной империей, так же, как Дамир и Аруна. То, что было поначалу военным союзом, превратилось в процветающую страну, занимающую половину континента. Маги завершили строительство

великих трактов, начатое пять лет назад, разоренные магией земли Изанны и Каданги возвращались к жизни, и вдоль Поющих Трактов, как окрестили жители империи магические пути, уже начали появляться новые поселения.

Но после смерти Лилиан Рангольд, погрузившийся в апатию, практически устранился от принятия решений, что и привело к нынешнему плачевному состоянию. Теперь, однако, он, похоже, вновь обрел вкус к жизни, медленно, но верно выпивая жизнь из земель Сарги - утолив, наконец, свою жажду мести. Ши'нтар стояла за его плечом безмолвной тенью, принимая и разделяя с ним волны ненависти и ужаса, летевшие к Дайну из самой дальней его провинции.

– Ты не позволил мне даже добраться до места!
– прошипел Дамир.

– Хиар побери, Дамир!
– Рангольд повысил голос и тут же застонал от боли.
– Послушай, я просто спас твою тупую башку, ничего более.

– Спас? От чего?!

– На, - Рангольд швырнул ему под ноги пергаментный свиток, - почитай на досуге. Я получил это вскоре после твоего отъезда. Я просил их по-хорошему, я отправил к ним своих людей - ты ведь был не первым, а они... они захватили их, пытали, а потом распяли на столбах вдоль тракта в Ваэндоре и выпустили им кишки. А магов заклеймили!

– Ты их вынудил!

– Я их вынудил?!
– Рангольд приподнялся, но тут же рухнул обратно на сиденье.
– До тебя я послал к ним три делегации, и ни один человек не вернулся ко мне живым! Будь оно все проклято, я не позволю так поступать с моими людьми!

– Ты превратишь эти земли в пустыню?

– Я всего лишь плачу им их же монетой. Они ненавидят магию и магов - весьма любопытные взгляды для бывших сторонников Лилиан Хема. Они присягнули на верность империи в обмен на свои жалкие жизни, присягнули на верность мне, а потом предали и империю, и меня! Во время войны они сами разрушили свои города, а за стены оставшихся швыряли чумные трупы... знаешь, чего стоили попытки вылечить хотя бы тех, кого еще можно было спасти?! Маги империи отдавали жизнь за этих людей, а теперь они распяли их?!

– Эти исцеления почти целиком твоя личная заслуга, и это не повод...

– Они подняли восстание против меня и втянули в это других. Убили наместника. Я предложил им сдаться.

– Но условия! Пять лет работы в рудниках?

– А что, мне нужно было их расцеловать?!

– Ты просто чудовище!
– Дамир в бешенстве взлетел по ступеням к трону, и мгновенно оказался в окружении четверых рослых гвардейцев, подчинявшихся одному лишь командору императорской службы безопасности.
– Ты что, вообще не разбираешь, кто перед тобой?!
– продолжал орать Солан, не обращая на них внимания.

Рангольд махнул рукой и гвардейцы отступили, но остались у подножия трона.

– Я и не буду, - сказал он тихо.
– Они не разбирали, убивая собственных женщин и детей, лишь бы досадить мне. Уничтожая города. Предавая. С меня довольно.

– А ты выжигал периметр городов огненным кольцом, убивая всех, кого не мог спасти.

– Это была мгновенная смерть, без мучений. Милосердие... по сравнению с их болезнью.

– Милосердие... как ты его понимаешь. Ты не был таким, когда мы встретились, - произнес Дамир с горечью.
– Скажи мне, император... скажи, твой Советник с тобой согласен? Ши'нтар подтвердила все это? Или ты и на ее мнение наплевал?