Попаданка
Шрифт:
– Мы его хорошо потрепали, – заявила Гормлейт. Вот чешутся у меня руки дать ей в бубен. Нельзя же быть такой самоуверенной. – Четверо его родичей пали от моей руки.
– Но никто еще не выстоял против самого Алдуина, – заметил Седобородый, с неодобрением смотря на женщину.
– У них не было Драконобоя, – выдала та, не обращая на Феллдира (я даже вспомнила его имя!) внимания. – Клянусь, как только он упадет, я отрублю ему голову.
Камнем в нее, что ли, запустить?
– Ты не понимаешь, Алдуина нельзя убить, как меньших драконов! – вскричал
Внезапно он выпрямился и жестом фокусника выудил из складок своей хламиды уже знакомый мне предмет.
– Поэтому я принес Древний Свиток, – произнес он, благоговейно взирая на артефакт, приподняв его. Я удивилась – мы вдвоем с Лидией его еле тащили, а тут древний старикан держит его, как ни в чем не бывало.
– Феллдир! Мы же решили его не использовать! – воскликнул Хакон, и мне показалось, что в его глазах промелькнул испуг, хотя, возможно, всему виной мое отвратительное зрение.
– Я не соглашался. И, если ты прав, он мне не понадобится, – нахмурившись, ответил тот.
– Скоро мы все узнаем! – закричала Гормлейт, напряженно наблюдая за небом. – Алдуин приближается!
Сначала ничего не происходило, но затем я услышала сначала тихий, потом все нарастающий рокот, а потом из темной тучи выскользнуло матово-черное тело.
– Мейе! Тародис анне! Хим хинде па лив! Зу’у хин дан! – его голос, казалось, раздавался отовсюду, пронизывая до костей. Алдуин совершил круг почета над Глоткой Мира и приземлился на Стену Силы, которая выглядела не намного новее, чем в наше время.
– И пусть позавидуют нам те, кто смотрит на нас из Совнгарда! – закричала Гормлейт, не отрывая жадных глаз от Пожирателя Мира. В мыслях она уже явно его убила, расчленила и сшила сумочку из шкуры.
Она, ее брат и Феллдир сделали несколько шагов вперед, набирая воздух в легкие. Алдуин с насмешкой поглядывал на них, даже не пытаясь нанести удар.
– Джор За Фруль!
Три голоса слились в один, оглушительный, сильный, сминающий все на своем пути. Пожиратель Мира, заподозрив что-то, взмахнул крыльями, пытаясь взлететь, но Крик, точно порыв урагана, закрутил его и бросил на землю, не давая шевельнуть ни одним мускулом.
– Что вы наделали, глупые смертные? Что за искаженные Слова вы создали? – в голосе Алдуина мелькнул истинный испуг. Он крутил головой, пытаясь понять, что происходит. – Тародис Партурнакс! Я перекушу ему шею!
Гормлейт и Хакон медленно стали обходить обездвиженного дракона, присматриваясь, куда нанести удар. Алдуин оскалился, пытаясь не выпускать из виду обоих.
– Вы умрете в страхе, ибо знаете, на что обречены, – заговорил он, прибегая к единственному, что ему осталось, – к вербальному устрашению. – Вы напоите мою силу, когда я приду за вами в Совнгард!
– Если я и умру сегодня, то не в страхе! – запальчиво крикнула Гормлейт, забывая об осторожности и бросаясь на Пожирателя Мира. – Скайрим будет свободен!
Нанести удар она не успела. Алдуин напрягся и неожиданно развернулся, немного
– Нет, будь ты проклят! – истошно закричал Хакон, бросаясь на Пожирателя Мира с секирой наперевес. Лезвие высекло легкие царапины на толстой чешуе, не доставая до плоти.
Феллдир выступил вперед, глядя в горящие ненавистью драконьи глаза.
– Стой, Алдуин Крылатый! Сестра Ястреб, дай нам свое священное дыхание, чтобы этот Договор был услышан! – нараспев заговорил он. Негромко, но его слова были слышны даже сквозь свист ветра, драконий рев и хриплое дыхание Хакона.
– Изыди, Пожиратель Мира! Словами, чьи кости старше, чем твои, мы лишаем тебя места в этой эпохе и изгоняем тебя! – выкрикнул старик, воздевая руки с зажатым в них Древним Свитком. – Ты изгнан! Алдуин, мы кричим, изгоняя тебя, со всех концов!
И тут случилось что-то странное. Я ожидала, что дракон будет вопить, корчиться и сопротивляться что есть мочи, но вопреки моим ожиданиям, он просто тихо-мирно растворился в воздухе. Даже «Айл би бэк» Крикнуть не успел.
– Получилось,… получилось… – Хакон, не в силах поверить своим глазам, устало опустился прямо на грязный, залитый кровью снег, и откинул в сторону секиру.
– Да смилостивятся духи над нашими душами, – пробормотал Феллдир, чуть не выронив Свиток из рук.
В этот момент все перед моими глазами начало расплываться, и я поняла, что кина больше не будет. Я почувствовала, как мое тело становится все легче и легче, и я словно взлетаю, хотя ноги мои не отрывались от земли. Свет, застилающий глаза, стал невыносим, и я прикрыла веки.
В следующее же мгновение напряженная тишина Глотки Мира сменилась чьими-то криками, ревом и руганью. Я упала коленями в снег и покатилась кубарем, пытаясь проморгаться как можно скорее, пока меня не превратили в хорошо прожаренный бифштекс.
– Скади, вставай! Вставай немедленно! – голос Лидии раздался над самым моим ухом, и ее сильная рука рывком подняла меня на ноги. – Он сейчас будет здесь!
Я послушно болталась у нее под мышкой, пока мне под нос не сунули дохлую мышь, подозреваю, в качестве дешевого и сердитого заменителя нашатырного спирта.
– Мать вашу, что это?!
– Убийца в сумку подсунула, а видишь – пригодилось! – огрызнулся Маркурио, выкидывая прочь несчастный трупик. – Давай, приходи в себя, тут какой-то черный крокодил уже минут десять круги вокруг горы наматывает.
– Не паникуй, щас всех победим, – буркнула я, тряся головой. Перед глазами все кружилось, и я чудом не упала, оперевшись на плечо Лидии.
Внезапно сверху упала гигантская темная тень, и сильный ветер, поднимаемый мощными крыльями, разбросал нас в стороны. Я упала лицом в сугроб, удачно миновав лежащий в нескольких сантиметрах камень, и услышала насмешливый голос: