Попаданка
Шрифт:
– Не смешно, – обиделась хускарл. – Я носила их несколько лет и практически не знала поражений.
– Мы купим тебе новые, и тогда ты точно будешь непобедима, – пообещала я, придвигая ближе к кровати старый табурет.
– А нам хватит денег? – подозрительно поинтересовался Маркурио. За время, что он путешествовал с нами, маг продемонстрировал экономический талант, и на одном из малых советов было решено сделать его хранителем нашего тощего кошелька. Лидия, правда, ворчала, но риск оправдал себя. Наемник умело просчитывал все расходы и сводил их к минимуму,
– Или в рассрочку возьмем, – со вздохом продолжила я. Некоторое время мы посидели в тишине, прерываемой только шорохом карт, довольным ворчанием Убийцы и скрипом табуретки, на которой ерзала я.
– Скади, ты помнишь? – наконец, заговорила она, глядя на разложенные Марком карты. Я не видела, что у Лидии, но, судя по донельзя довольной роже мага, он не сомневался в своем выигрыше.
– Что помню? – я прикинулась дурочкой. Я не особо хотела говорить сейчас, когда не успела даже подготовить ответы.
– Да, что помнит? – поинтересовался Маркурио, демонстрируя собой живую иллюстрацию русской народной пословицы «Слышу звон да не знаю, где он».
– Ты обещала, – Лидия укоризненно посмотрела на меня. Я тяжко вздохнула.
– Ну Лид, тебе неинтересно будет, – я предприняла последнюю унылую попытку увильнуть от разговора.
– Слышишь, ты, – хускарл внезапно подалась вперед и ощутимо пихнула меня в плечо, да так, что я чуть не слетела с табуретки, – ты долго нас за кретинов держать будешь?
– О чём...
– Заткнись, надоело. Или ты с нами начистоту или засунь свои тайны поглубже себе в задницу и катись ко всем даэдра, Довакинша хренова.
И правда, я в последнее время только и делаю, что палюсь. Ранний маразм или головокружение от успехов? И что же делать...
– Мне уйти? – насторожился Маркурио.
– Сиди уж, – отмахнулась я. – От друзей – никаких тайн. Я и так слишком долго молчала. Надо было рассказать с самого начала.
– Ты собралась рассказать нам, что ты шпионка Талмора, поклонница Намиры или еще что-нибудь похлеще? – скептически поинтересовалась Лидия, все еще хмурясь.
– Похлеще, – я ухмыльнулась и попыталась поудобнее устроиться. – О чём ты уже догадалась?
– Хочешь очередную сказку придумать? – буркнула Лидия.
– Фигушки. Мужик сказал… мужик сказал, хм. Постараюсь попроще, чтобы вы поняли.
– Мы не совсем уж идиоты, – буркнул Маркурио. – Ну я, по крайней мере.
Лидия молча замахнулась кулаком, но тут же опустила руку, стоило мне деликатно кашлянуть.
– Будете ссориться – вообще ничего не скажу.
Дождавшись нестройных заверений во взаимной дружбе, я прочистила горло.
– Я собиралась заготовить долгую речь, но не успела. Поэтому просто скажу без обиняков – я не Скади.
– Милая, по-моему, ты просто переволновалась, – Лидия заботливо приложила ладонь к моему лбу, проверяя температуру. – Наверное, я поторопилась, и тебе сначала следовало
– Со мной все в порядке, и я знаю, что говорю, – я увернулась и уставилась на нее исподлобья. – Я не Скади. То есть, тело это принадлежит Скади, но душа моя, собственная. А сама Скади черт знает где, последний раз я видела ее в Совнгарде.
– Подожди-подожди, я вообще ничего не поняла, – Лидия помотала головой, непонимающе уставившись на меня.
– Да чего тут непонятного, она хочет сказать, что она – одержимая или что-то вроде того, – буркнул Маркурио, невозмутимо тасуя колоду. Потом поднял глаза и пожал плечами. – Ну что вы на меня уставились? Я маг, мне положено в таком разбираться.
– Вроде того, – пробормотала я. – Я человек, а не даэдра, призрак, демон или что тут у вас в роли нечисти. Обычный человек, как ты, Лидия или вечно пьяный дядя Бьорн из соседней канавы. Просто… из другого мира. Алдуин был прав, я попала в Тид-Аран… временной и, видимо, пространственный разрыв и очутилась тут.
– А как ты объяснишь все эти свои… откровения от Акатоша? – подозрительно прищурилась Лидия. Я задумалась. Объяснять про компьютеры, игры и иже с ними – не поймут, в лучшем случае сочтут сумасшедшей, в худшем – на костре еще сожгут нафиг.
– Тут и не объяснишь сразу... Представьте себе сны, в которых можно частично управлять своими действиями. Можно сказать, я просто прожила это время.
– Вещие сны? Как у ярла Ингрод Черной?
– Ну, вроде того, – я пожала плечами, не горя желанием вдаваться в детали. – Так что я знаю, что мне предстоит делать, до мельчайших подробностей.
Воцарилось неловкое молчание, нарушаемое только шорохом карт, мелькающих в ловких пальцах Маркурио. Тот вообще сидел с абсолютно невозмутимым видом, словно я всего лишь унылый анекдот рассказала. Впрочем, и по лицу Лидии тоже было сложно прочитать, о чем она думает.
– Если вы хотите уйти, я пойму, – пробубнила я, угрюмо уставившись на носки своих стоптанных сапог. Убийца, словно почувствовав мое настроение, спрыгнула на пол и потерлась боком о мою щиколотку. Я слегка наклонилась и провела кончиками пальцев по шероховатому гребешку.
– А за тобой кто присматривать будет, горе ты мое драконорожденное? – хмыкнула Лидия. – Нет уж, меня назначили твоим хускарлом, и я дойду с тобой до конца.
Убийца согласно кудахнула, и снова повисла пауза, в ожидании последней реплики в стиле «Мой лук тоже с тобой». Маркурио отвлекся от своих драгоценных карт (не сомневаюсь, что еще и крапленых), посмотрел на нас и выдал, пожав плечами:
– А что я? Хотите фокус с огненными шариками покажу?
Мы проговорили до поздней ночи, обсуждая план наших дальнейших действий. Всей толпой мотаться в Солитьюд, к Балгруфу и Буревестнику по очереди – слишком долго и муторно. Поэтому, я выдвинула предложение, что Маркурио передаст сообщение о мирном совете на Высоком Хротгаре генералу Туллию, а Балгруфа и Ульфрика я возьму на себя. Лидию же, ввиду временной профнепригодности, придется оставить у Седобородых.