Попала!
Шрифт:
Сейчас мне предстояло заняться подбором ковров; кстати, надо померить и прикинуть размеры — одного тут явно мало — ковров такой величины, чтоб на все этакое футбольное поле, не бывает! А еще выбором тканей, светильников, покроя занавесок и балдахина. На потолке я решила сделать фрески, а на стенах — медальоны в том же стиле. С чем-нибудь спокойно-растительным. Чтобы приятно разглядывать, но как фон, без сильных эмоций. Какие-нибудь цикламены, хризантемы, ирисы, лотосы… только не розы! Ближе к делу разберемся.
Мастер Лэарис исчез ненадолго
Удачно, что пол оказался не каменным, а деревянным, наборным. Кажется, на нем был даже какой-то рисунок, но пока не отциклюем и не отлакируем — точно не узнаем. Покрой штор с кокетливыми ламбрекенами мне понравился — можно снять эти гардины и по ним скроить аналогичные. А про потолок Лэарис сказал, что заново штукатурить его не надо — трещин нет. А есть у него идея, как красиво оттенить своды мореными гнутыми балками. Он давно это придумал, да помещений подходящих не попадалось. А тут как раз такой случай!
За два часа, пока посчитали количество ткани с запасом на занавеси, полог кровати, покрывало и обивку мебели, договорились о замене каминной доски и ее желательном цвете, подобрали тон дерева для стенных панелей, мы подружились. И я поняла, что этот сухарь с портновскими ножницами и острым взглядом мне симпатичен. И, кажется, я ему тоже. Кстати, попутно я узнала, что тут еще не придумали сматывающихся рулеток. Дело нехитрое; но зело полезное — пропутавшись целый день с веревкой в узелках, я это поняла точно.
Мастер Лэарис снова полез под потолок — смотреть на карнизы, к которым крепились портьеры. А я разглядывала прихотливый растительный орнамент резьбы на дверях. И не услышала шагов за спиной. А потом кто-то схватил меня за талию так, что я подпрыгнула на полметра от испуга.
— Кто у нас тут? Новенькая птичка? — поинтересовался незнакомый мужской голос.
Я попыталась выкрутиться, но меня удержали спиной к говорящему. Откуда-то из подмышки выползла мужская длань, украшенная парой перстней, и легла мне на грудь. Прижала. От возмущения я выпучила глаза и открыла рот, как вытащенный из воды карп. А потом подняла ногу, примерилась и со всей силы опустила каблук туда, где, по моим расчетам, должны были находиться ноги нахала. Попала! Сзади громко выругались, отпустив меня на свободу.
Отскочила на пару метров, развернулась… и поняла, что впервые в жизни не знаю, что сказать в такой ситуации!
Ясно, что загни я тут что-то из родных непереводимых идиоматических выражений, меня не поймут. Надо что-то современное. В смысле — средневековое.
«Как вы смеете! Я — девушка честная!» — гм-м, так не поймет. Девушек-то
«Нахал!» — а может ли прислуга так ответить придворному?
В итоге просто прищурилась и клацнула зубами. Физиономия симпатичного блондина, хлопавшего на меня голубыми глазами, разочарованно вытянулась.
— Новенький крокодил, — пробормотал парень сам себе под нос.
— Тиабр! — послышался издалека голос Арвиса. — Ну-ка прекрати пугать моих мастеров!
Ой, он же мои мысли слышит! Вот и рванул на подмогу! А Тиабр — это тот, который из мансарды нагишом драпал? Я с любопытством начала разглядывать молодого придворного, который с не меньшим энтузиазмом пялился на меня. Подошедший Арвис обвел нас сердитым взглядом — похоже, ему этот взаимный интерес совсем не понравился.
— Успокойся, — произнесла я мысленно, — я уже поняла, что этот Тиабр гоняется за всем, что шевелится. Ты главное скажи — он человек хороший?
Арвис хмыкнул и чуть кивнул. Ну, вот и ладушки.
Самое интересное, что все это время мастер Лэарис так и провисел в дальнем углу комнаты под потолком, пытаясь выдрать из стены чем-то раздражавший его гвоздь. М-да, похоже, защитник и прикрытие из него аховые. Надеюсь, хоть мастер он хороший. Впрочем, пока Борадис меня ни разу не подводил.
— Итак, прошу знакомиться: Гвэдрни — Тиабр. Раз уж вы столкнулись, Тиабр — позаботься о том, чтобы мастерам никто не мешал и чтобы у них было все необходимое для работы. Отвечаешь головой. — Взглянул строго. — Все понятно?
Тиабр обреченно вздохнул. Я хихикнула. На меня тоже строго посмотрели.
Больше в тот день ничего выдающегося не произошло. Оказалось, что Тиабр вполне пригоден для того, чтобы держать второй конец мерной веревки. С его помощью удалось очень быстро промерить снятое Лэарисом с окна полотнище гардины. Пока мерили, Тиабр развлекал меня шуточками. Чувство юмора у него было, хотя треть приколов была мне непонятна, а еще треть — откровенно неприлична. Какой-то поручик Ржевский местного разлива, да и только! Но забавен и симпатичен.
Кстати, польза от него была. Пока я ползала по снятой занавеске попой кверху, в дверь заглянули еще несколько персон, почему-то все мужеска пола. Наверное, шли зачем-то к Арвису, но, увидев приоткрытую соседнюю дверь, заскакивали полюбопытствовать. Имен я не запомнила, но каждый перебрасывался с Тиабром парой фраз — так что голоса я слышала. А именно это мне и надо было. В итоге в голове зародилась идея: пусть Арвис засядет у себя в комнате — типа письма пишет, или счета проверяет, или чем там по статусу должны заниматься маэллты? И начнет вызывать к себе разных людей. С одной стороны, тогда есть шанс, что очередным любопытным окажется обладатель бархатного голоса. А с другой — если даже сегодня ничего и не выйдет — слухи о ремонте в соседней с Арвисовой спальне разнесутся по дворцу быстрее лесного пожара. И тогда завтра — зуб даю! — от любопытных отбоя не будет. Ведь интимная жизнь властителей — это столь волнующая тема! Нужно только, чтобы рядом был говорливый Тиабр.