Пора убивать
Шрифт:
– Понятно. Может, мне лучше уйти?
– Нет-нет. Так что там у тебя?
– Дело Хейли.
– Так я и думал. Я видел твое заявление. Значит, он нашел другого адвоката?
– Да, сэр. Я и не предполагал, что подобное может произойти. Я рассчитывал выйти на процесс в июле.
– Тебе не нужно извиняться, Джейк. Причина у тебя самая уважительная. Твоей вины здесь нет. Так случается. А кто его новый защитник? Маршафски?
– Да, сэр. Из Мемфиса.
– С таким-то именем он быстро прославится в округе
– Да, сэр. – Хотя оно звучит лишь немногим хуже, чем Нуз, подумал Джейк. – У него нет лицензии штата Миссисипи, – с готовностью объяснил он.
– Интересно. А тонкости нашей судебной процедуры ему известны?
– Не уверен, что ему когда-либо приходилось вести дела в Миссисипи. Он сказал мне, что, как правило, советуется с местным юристом, если приходится выезжать в глушь.
– В глушь?
– Так он сказал.
– Уж лучше бы ему посоветоваться с кем-нибудь, если он хочет прийти ко мне. Опыт заставляет меня относиться с сомнением к пришлым адвокатам, особенно мемфисским.
– Да, сэр.
Дыхание Нуза сделалось прерывистым, и Джейк решил, что ему пора идти.
– Я оставлю вас, судья. Если я не увижу вас в июле, то мы встретимся на августовской сессии. Берегите спину.
– Спасибо, Джейк. Постараюсь.
Джейк уже подошел было ко второй двери кабинета, которая вела в коридор, когда служившая главным входом дверь со стороны зала суда распахнулась и на пороге предстал почтенный Л. Уинстон Лоттерхаус в компании еще одного интригана из фирмы Салливана.
– О, привет, Джейк! – воскликнул Лоттерхаус. – Познакомься с мистером Питером Оттером, нашим новым сотрудником.
– Рад встрече, Питер, – отозвался Джейк.
– Мы не помешали?
– Нет, я как раз собрался уходить. Судья перетрудил спину, а я уже направлялся к двери.
– Садитесь, джентльмены, – пригласил вошедших Нуз. У Лоттерхауса были повадки гиены, почувствовавшей запах крови.
– Джейк, я уверен, что Уолтер Салливан уже поставил тебя в известность относительно того, что наша фирма выступит в качестве советника по делу Карла Ли Хейли.
– Что-то такое я слышал.
– Мне жаль, что все так случилось.
– Твоя скорбь поистине безгранична.
– Для нашей фирмы дело представляется весьма интересным. Ты же знаешь, мы редко участвуем в уголовных процессах.
– Я знаю. – Джейк испытывал сильнейшее желание забиться куда-нибудь в щель. – Мне пора бежать. Приятно было поболтать, Уинстон. Рад знакомству, Питер. Передайте мой привет Уолтеру, и Роберту, и вообще всем ребятам.
Выскользнув из здания суда через заднюю дверь, Джейк обругал себя за то, что сунулся туда, где запросто мог получить щелчок по носу. Он бегом бросился к своему офису.
– Тэнк Скэйлс не звонил? – спросил он у Этель, уже поднимаясь по лестнице в кабинет.
– Нет. Но вас ждет
На полпути Джейк замер.
– Где ждет? – процедил он.
– Наверху. В вашем кабинете.
Джейк спустился с лестницы, медленно приблизился к ее столу и склонился над ним так, что лишь какие-то дюймы разделяли два лица – его и ее. Этель совершила ошибку, и ей было это известно.
Джейк зло смотрел ей в глаза.
– А я и не знал, что ему назначено. – Он говорил, почти не разжимая зубов.
– Ему не назначено. – Этель не отрывала взгляда от поверхности стола.
– Тогда выходит, что он хозяин этого здания.
Она сидела молча, не шевелясь. Джейк склонился еще ниже.
– За одно это мне бы следовало вас выгнать.
Губы Этель дрогнули, выглядела она совершенно беспомощно.
– Я устал от вас, Этель. Мне надоело ваше отношение к работе, ваш голос, ваши выходки. Мне претит то, как вы обращаетесь к людям, мне претит в вас все.
На глазах ее заблестели слезы.
– Мне очень жаль...
– Вам ничуть не жаль. Вы же знаете, и вы знали это на протяжении многих лет, что никто – никто в мире! – даже моя жена не может войти в мой кабинет, если меня в нем нет.
– Но он настаивал.
– Он просто дерьмо. Ему платят за то, чтобы вокруг него все ходили на задних лапках. Но только не у меня в офисе.
– Тс-с! Он услышит.
– Пусть. Ему известно, что он – дерьмо.
Джейк еще ниже опустил голову, и носы его и Этель почти соприкоснулись.
– Вы бы хотели сохранить за собой это место, Этель?
Она смогла лишь кивнуть.
– Тогда вам придется сделать точно так, как я скажу. Вы подниметесь наверх, в мой кабинет, вместе с мистером Бакли спуститесь вниз и проведете его в комнату для заседаний, где я с ним поговорю. И не дай вам Бог повторить эту ошибку.
Этель вытерла слезы и бросилась вверх по лестнице. Через несколько мгновений окружной прокурор сидел за закрытой дверью комнаты для заседаний. Он ждал.
В это время Джейк находился за стеной – в маленькой кухоньке. Он пил апельсиновый сок и прикидывал, зачем здесь появился Бакли. Пил он медленно. Только через пятнадцать минут он распахнул дверь и вошел. Бакли сидел у торца длинного стола. Джейк уселся напротив – подальше.
– Привет, Руфус. Что тебе нужно?
– А у тебя здесь неплохо. Офис Люсьена, я полагаю.
– Ты прав. Так что привело тебя ко мне?
– Просто решил заглянуть.
– Я занят.
– А я хотел поговорить о деле Хейли.
– Позвони Маршафски.
– Я жил предвкушением схватки, и именно с тобой. Ты достойный противник, Джейк.
– Я польщен.
– Не пойми меня неправильно. Я терпеть тебя не могу, и уже долгое время.
– С того дня, когда ты проиграл мне дело Лестера Хейли.