После меня
Шрифт:
Я улыбаюсь Ли и сажусь, а потом ерзаю на стуле, укладывая салфетку себе на колени.
— Как дела? — спрашивает Ли.
— Хорошо, — вру я. — Спасибо.
Я бросаю взгляд на стол: на нем стоит бутылка газированной воды и два стакана.
— Это годится? — спрашивает он, заметив направление моего взгляда. — Я подумал, что ты вряд ли захочешь выпить чего-то покрепче перед работой.
— Да, я обычно этого не делаю. Вода вполне подходит, спасибо.
— Жаль, что это не пришло мне в голову раньше, но мы могли бы пойти куда-нибудь, где подают поздний завтрак.
—
— А я завтракаю, — говорит Ли. — Я съедал бы чашу хлопьев при каждом приеме пищи, если бы у меня имелась такая возможность.
— А каких? Мюсли?
— Нет, не мюсли. «Коко попс» и «Райс криспис». Детская еда, от которой я так и не смог отвыкнуть.
Я улыбаюсь ему и закладываю волосы за ухо.
— Тогда я удивляюсь, что у тебя все еще свои собственные зубы.
— А их у меня уже нет, — отвечает он и делает такое движение, как будто сейчас достанет изо рта вставную челюсть, но затем, видя мое выражение лица, останавливается. — Что, поверила? — улыбается он.
Мои плечи слегка опускаются, а тело расслабляется. Мне нравится наше второе свидание.
Я качаю головой:
— По крайней мере, я — не единственная, кто ест какую-то фигню. Может, съедим на обед по шикарному гамбургеру?
— Конечно, — отвечает он. — У тебя ведь впереди долгий рабочий день. Когда ты заканчиваешь работу?
— В десять тридцать. Есть и более поздняя смена, которая заканчивается в половине двенадцатого, но, поскольку это означает, что мы с Сейди не успеваем на последний поезд домой, мы с ней чаще других вызываемся работать в эту смену, до десяти тридцати.
— Кто такая Сейди?
— Моя лучшая подруга. Она была со мной на вокзале в понедельник.
Судя по выражению лица Ли, это ему ни о чем не говорит.
— Высокая девушка с короткими темными волосами, одетая в кожаную куртку, — добавляю я.
Он кивает, но я не уверена, что он ее там заметил. Мне немного неудобно за Сейди. Впрочем, ее бы это не расстроило.
— И ты не против того, чтобы работать по вечерам?
— Вообще-то нет. Это ведь означает, что я еду на работу и домой не в час пик.
Я не говорю ему, что до недавнего времени у меня не было каких-либо более интересных занятий по вечерам. А еще мне приходит в голову, что с моими вечерними сменами мне будет не просто приходить на свидания с Ли. Может, именно поэтому я выйду за него замуж? Может, это единственный для меня способ с ним видеться?
— Ну, ты не забывай о том, что я говорил тебе о нашей вакансии секретаря на ресепшен. И зарплата, наверное, будет повыше, чем у тебя сейчас.
— Спасибо, но мне хорошо и там, где я сейчас работаю.
— Сколько времени ты уже там работаешь?
— С тех пор, как окончила колледж.
— А что ты изучала в колледже?
— Искусство и дизайн. Я собиралась поступать в университет по этой специальности.
— А почему ты этого не сделала?
— Я не получила тех оценок, на которые рассчитывала. В то время я работала в кинотеатре по выходным, и когда мне предложили работать там полный рабочий день, я
— А сейчас?
Я пожимаю плечами:
— Как я уже сказала, меня моя работа устраивает, тем более что я могу на ней смотреть множество фильмов бесплатно.
Официантка подходит и спрашивает, готовы ли мы сделать заказ.
— Говядина или курятина? — спрашивает меня Ли.
— Говядина, пожалуйста.
После смерти мамы я на некоторое время перестала есть красное мясо. И еще много чего перестала делать. Возможно, именно поэтому я сейчас ем его больше, чем ела до того, как она умерла. Просто чтобы доказать самой себе, что могу.
— Прекрасно. Тогда нам, пожалуйста, два говяжьих гамбургера, жаренных на углях, — говорит Ли официантке. — И немного картошки фри.
Официантка кивает и улыбается ему. Это такая улыбка, какой и я бы улыбнулась, если бы принимала заказ от такого парня, как Ли: своего рода мечтательный взгляд, который тускнеет от безнадежности по мере того, как она осознает, что у нее нет никаких шансов. Она, несомненно, задается вопросом, что, черт возьми, он делает здесь с такой девушкой, как я. Вероятно, она думает, что я его младшая сестра или что-то в этом роде. А я слышу, как кричу где-то внутри себя: «Вообще-то я не только хожу с ним по ресторанам — я собираюсь выйти за него замуж!»
Впрочем, я умею сдерживаться. Я очень хорошо помню, каким становится выражение глаз людей, когда ты начинаешь что-то исступленно кричать.
— Ну, и какие фильмы показывают у вас в этот уик-энд? — спрашивает Ли.
— «Девушка из Дании». Это тот фильм, в котором Эдди Редмэйн [16] меняет свой пол.
— Думаю, я бы лучше выколол себе глаза.
— Еще у нас показывают парочку фильмов с участием Алана Рикмана — чтобы почтить его память. «Гарри Поттер и Принц-полукровка» и «Искренне, безумно, сильно».
16
Эдди Редмэйн — британский актер.
— Этот фильм я не смотрел, — говорит Ли.
— В нем играет Джульет Стивенсон [17] . Она играет его жену. Фильм в основном о том, как ей живется после того, как он умер. Он, правда, как бы возвращается и, так сказать, присматривает за ней, пока у него не появляется уверенность, что у нее все будет хорошо.
Я замолкаю, потому что чувствую, что мой голос вот-вот дрогнет. Не знаю, как мне справиться с этим наваждением. Это все равно как если бы я являлась к себе самой из могилы еще до того, как умерла. Я все испорчу, если не буду вести себя осторожно. А может, именно в этом-то и проблема: я настолько боюсь быть счастливой, что выдумываю всякую ерунду, тем самым запутывая себе самой жизнь.
17
Джульет Стивенсон — английская актриса и певица.