Последний клиент
Шрифт:
— Когда наиграетесь, позвоните мне. Я вам подгоню ваш автомобиль и заберу свои сани.
В данный момент «Поларис» остывал неподалеку — в тридцати метрах от ограды виллы, с задней ее стороны, в кустах, щедро присыпанных снегом, — Галлахер рассчитывал, что при неблагоприятных обстоятельствах ему удастся добраться до него быстрее чем за двадцать пять секунд. Но сейчас Роду казалось, что торопиться ему не придется.
— Вы позволите? — снова обратился он к полураздетым господам тоном весьма воспитанного джентльмена.
Крокин, еще не осознав, о чем
— Виски, джин? — услужливо предложил Крокин.
— Да, если можно… — кивнул Галлахер, по-прежнему не опуская пистолета.
— Вы к нам по делу? — Светскую беседу следовало бы заводить о погоде, но, уловив настроение гостя, Крокин решил помочь незнакомцу.
Володя, манипулировавший всего несколькими десятками фраз на английском, вообще потерялся в контексте беседы и выказывал свое участие лишь мимикой и жестами.
— Ваш приятель что, немой?
— Отчасти… Во всяком случае, если вы захотите о чем-то спросить его, вам придется обращаться к нему через меня.
— Кто он?
— Русский.
«Только этого не хватало!» — подумал Галлахер, и настроение его стало стремительно ухудшаться.
— Тогда начнем с вас… Кто вы?
— В данный момент — незаконно удерживаемый гражданин Великобритании. Фамилия моя Биркин. Мой паспорт у меня изъяли… Так что я вот здесь уже третий день.
— А этот русский? Он что, тоже заложник?
— Нет. Он один из них. В чем-то провинился…
— Сколько всего человек в доме?
Крокин считал быстро:
— Пятеро, из них две женщины и один немощный старик.
— Все русские?
— Да. Простите, не знаю, как к вам обращаться?..
— А что они хотят от вас?
— Денег, сэр, денег… Что еще могут требовать эти русские от цивилизованного человека?..
— И они у вас есть?
— Нет, то есть, конечно, некоторые средства имеются, но им же все мало…
— Сколько?
— Что, простите?
— Сколько у вас при себе денег?
— При себе? При себе нисколько… Откуда у меня с собой деньги?.. Ведь я же не знал, что меня станут похищать…
— А жаль… — разочарованно произнес Галлахер и нажал на курок. Пуля щелкнула по выпуклому лбу господина Крокина, выплеснув часть мозгов на спинку дивана. — Жаль, что так случилось, — попенял Галлахер, невыразительным взглядом скользнув по лицу оставшегося с ним один на один собеседника. — Неужели в вашей компании не найдется ни одного человека, способного не только разговаривать на понятном мне языке, но и удовлетворить некоторые мои потребности?
Галкин, заметив, что ствол пистолета в руке незнакомца готов проделать такую же, что и у Крокина, дырочку ему во лбу, мысленно напрягся, убеждая себя, что, в общем-то, это не больно — раз и квас… Крокин даже и не выдохнул… Хотя умирать теперь Галкину очень не хотелось.
— Может быть, я смогу
— Леди что-то хотела сказать? — Галлахер сменил линию прицеливания — теперь она вновь упиралась в вспотевшую переносицу Галкина.
Маркова спускалась по лестнице. В ее движениях не было ни нарочитой скромности, ни бесстыдства, но двигалась она так, что даже Володя, уже переживший мысленно собственную смерть, не мог оторвать от нее глаз. Дарья была бледна и холодна как лед. Но Галлахер не ощущал в ее приближении ни малейшей угрозы.
Вот она, женщина его мечты! Ему вновь открылось фантастическое полотно, живописуемое им в минуты вдохновения: именно эта женщина и он, солдат удачи, состоятельный, небрежно одетый в шикарный белый капитанский китель, на борту летящей по волнам яхты. Но чего-то не хватало в этом полотне, какой-то значительной детали… Деньги!
— Простите, леди, но я здесь по весьма важному делу…
— По какому же, если не секрет?
— Я прибыл за деньгами…
— Вот как? Значит, следует сделать вывод, что мы с вами — коллеги?
— Но не соперники, надеюсь?
— Думаю, что нет. Потому как в этом доме денег совсем пустяк — каких-нибудь тысяч пятьсот — шестьсот… А их мне, женщине современной и достаточно привлекательной, хватит на какие-нибудь месяца три — полгода… Не хотите же вы забрать их у меня все?
— Очень сожалею, мисс…
— Елена. А как зовут вас? — И продолжила на русском, не давая ответить Галлахеру: — Ну, ты-то что, мудила, яйца выкатил? И где твой алкаш-приятель? Налей мне быстро полстакана рома. И не думай доливать туда какой-нибудь дряни!
Произнесла всю эту фразу Дарья в размеренном темпе и со спокойной интонацией, лишь в финале чуть повысив голос. И все же Галлахера начало беседы на незнакомом ему языке насторожило.
— Не будете ли вы так любезны, мисс, разговаривать на английском. Или я пристрелю вашего приятеля…
— Вы его уже пристрелили. А что до этого — до этого мне и дела нет… Хотя, насколько мне известно, его жизнь кое-чего да стоит! Я попросила его налить мне чего-нибудь выпить… Да и вы не будьте букой — вон, изуродовали такую великолепную мебель… Давайте сядем и обсудим ваши претензии на мои капиталы.
— Идет! — Галлахер кивнул Галкину, давая ему разрешение заняться напитками, но не спуская с него пристального взора. Володя зазвенел бокалами.
— Не стану спрашивать, откуда вы прибыли и кто вам посоветовал обратиться к нам с подобной просьбой, — Маркова присела напротив Галлахера, пододвинула к себе пачку сигарет и зажигалку, — но мне кажется, что люди, сейчас отсутствующие здесь, могут воспринять ваши методы в достижении цели как негуманные… Я советовала бы вам поостеречься…