Потанцуй со мной
Шрифт:
Тесс отвлекла Аву от неудобной Габи, спросив ее, как она назовет своих будущих детей, если они у нее будут.
— Только не Рен. Честно говоря, Тесс, это отстой.
— Я находилась под давлением.
Ава отправилась к своим друзьям. Габи, взглянув через плечо на Тесс, присоединилась к подруге.
Мишель прибыла через полчаса. Ее беременный живот вырос за три с половиной недели с тех пор, как Тесс видела ее в последний раз.
— Я работаю с тобой, потому что должна, — сказала она, завязывая фартук над круглым животом, — но не собираюсь делать вид, что все в порядке. Бедная женщина.
До сегодняшнего дня Тесс не думала, как это будет выглядеть в городе.
Причудливый маленький домик Хизер был эклектично обставлен прозрачными шторами, китайскими фонариками и декоративными подушками. Тесс прижала Рен к себе и посмотрела в ее милое, эльфийское личико.
— Клянусь, с сегодняшнего утра она прибавила в весе.
— Она проглотила тот пакет картофельных чипсов, который, как истинный профессионал, я ей дала, — пошутила Хизер.
Губы Рен из розового бутончика образовали мягкий овал, и Тесс поцеловала ее в лобик.
— Леди думает, что она смешная, но нам виднее, правда?
Для такой маленькой леди Хизер смеялась очень громко.
Тесс не очень хотелось возвращаться в школу, поэтому она с радостью приняла приглашение Хизер на ужин. Острая смесь киноа, нута, брокколи и авокадо оказалась на вкус намного лучше, чем выглядела. Когда они закончили есть, Тесс решила опередить события.
— Наверняка вы уже слышали сплетни, и чтобы вы знали… Я не убивала мать Рен, чтобы переехать к Норту. — Речь выходила яростнее, чем хотелось. — Мы двое с трудом терпим друг друга.
Хизер стряхнула с сервировочной ложки избыток киноа.
— Вот что я уяснила о людях… Жизнь сама по себе скучна, а изобретение теорий заговора делает повседневное существование более захватывающим. — Она коснулась руки Тесс. — Это пройдет. Чем больше люди узнают вас, тем быстрее утихнут сплетни.
Тесс хотела верить, что Хизер права, но не питала иллюзий.
На обратном пути в школу Тесс остановилась в своей хижине, чтобы забрать сережки, которые до сих пор ей не хотелось носить. Уже уходя, она заметила у задней двери комки засохшей грязи, которые, должно быть, оставила в последний раз, когда сюда приходила.
Она схватила метлу и убрала их.
Норт вернулся домой, когда стемнело. Рен, наконец, успокоилась после долгого плача, заставившего Тесс считать часы, пока она сможет бросить маленькую проказницу обратно на Хизер. Когда Норт скидывал рюкзак у двери, его плечи проверяли на прочность швы изношенной коричневой кожаной куртки — плечи, которые должны были тащить связки кровельной черепицы, вместо того чтобы участвовать в вырезании трафаретов и использовании баллончиков с распылителем. Он заметил спутанные волосы Тесс, обвисшие джинсы и заляпанную молочной смесью рубашку. Как обычно, он казался недовольным тем, что увидел. Но не по той причине, о которой она думала.
— Вы вообще ели, пока меня не было?
— Простую миску каши. Ваше отсутствие лишило меня аппетита.
Уголок его рта приподнялся, затем вернулся на свое обычное место.
— Я нашел отца
ГЛАВА 9
Иен так долго пребывал в ловушке кризисов Бьянки, что забыл, каково это иметь дело с женщиной, которая твердо стоит на земле. Волосы Тесс собрала в небрежный пучок. На лице ни следа макияжа. Вырез мятой белой блузки слегка покосился — точно в ее духе. Над сверкающими сливово-синими глазами сошлись прямые темные брови — не так уж она и рада его видеть.
— Я хочу услышать все, — прошептала она, — но если вы ее разбудите, я вас убью.
Ему же хотелось разбудить Тесс. Он не мог вспомнить, когда в последний раз переживал такую… необузданную похоть. Обузданную — да. Он чувствовал ее много раз. Но только не это примитивное желание опрокинуть Тесс прямо здесь, у входной двери. Это привело его в ярость. Секс — само собой, но не эта же полная перегрузка. Он ни разу не выдал достойной работы, когда заводил отношения. Женщины тут ни при чем. Это у него хрупкая душевная организация.
Наблюдая, как Тесс несет Рен наверх, Иен думал о Бьянке. Даже без осложнений, связанных с сексом, их связь высосала из него все творческие соки. Ему никогда не вернуть дни, недели, месяцы производительного труда, которые он потерял, когда у нее наступал очередной кризис. И все же, доведись ему пройти все это снова, ничего бы не изменилось. Бьянка была рядом с ним, когда даже больше ничьего духа поблизости не наблюдалось.
Сверху послышались шаги Тесс. Иен вернулся к угрюмости, с которой уже уютно сжился, когда поблизости маячила Тесс, и направился к холодильнику и холодному пиву. Если так и дальше будет продолжаться, он превратится в алкоголика, прежде чем она уедет.
Тесс удалось, не разбудив, перенести маленькое чудовище в спальное гнездышко рядом с ее собственной кроватью. Рен набирала вес и хорошо дышала, поэтому Тесс меньше беспокоилась по поводу этих коротких передышек от ношения ее в слинге. Тесс прихватила радионяню и поспешила обратно вниз, чтобы устроить перекрестный допрос Норту.
Он снял кожаную куртку и закатал рукава джинсовой рубашки до локтей, обнажив длинные мускулистые предплечья.
— Вам стоило бы заниматься физическим трудом, — пробормотала она. — Держу пари, вы вырыли немало канав.
— А также навешивал гипсокартон и водил вилочный погрузчик, но надеюсь, что те дни остались далеко позади. — Он сел на диван. — Почему мы ведем весь этот разговор?
— Просто так. — Если не считать намерения отвлечься от вида этих предплечий плюс трусливое желание отложить разговор об отце Рен. Тесс опустилась на диван напротив Норта, положив рядом радионяню, и подтянула под себя ноги. — Что вы узнали? Как он отреагировал?
— Я с ним не разговаривал. — Он устроил скрещенные лодыжки на журнальном столике. В отличие от ее носков, у его не светились дырки на мыске. — Этот парень фотокорреспондент, и сейчас он в какой-то зоне боевых действий за границей. Но я нашел его родителей. Они живут в Нью-Джерси. В Принстоне. Вот почему я так долго не возвращался.