Потеряшка
Шрифт:
– Шерш, я осмотрела тут все, – сказала она. – Проходы в соседние сектора этого уровня завалены, нет даже дверей, которые можно взорвать.
– Не беда, – сказал я, оценивая свой рюкзак в руках Шилы. – Похоже, поживилась ты славно, даже если не учитывать возможную антикварную ценность этих вещей.
– А ты уверен, что мы находимся в апартаментах бывшего правительства планеты? – спросила капитанша.
– Нет, – лениво согласился я. – Хотя место, да и обстановка соответствующая, ты не находишь?
– Мало ли богатеньких вождей могло жить на планете, – пожала плечами Шила. – Мы даже не знаем, на каком уровне развития они находились.
– По оставленному тут оборудованию можно смело предположить, что цивилизация уверенно
– Нужно будет хорошенько покопаться в сети по поводу прошлого этой планеты, – поставила себе задачу Шила. – Странно, что никто не упоминает её истинных обитателей.
– Возможно, что вопрос политический, – предположил я. – Да и дела никому может не быть до этого. Я вообще сомневаюсь, что на планете осталось так уж много свидетельств прошлого в столь хорошем состоянии. Нам просто невероятно повезло.
– Давай сделаем еще одну вылазку в соседний сектор, – предложила Шила.
Закинув награбленное добро на «Бурундук», мы совершили еще одну вылазку. Добраться до следующего сектора верхушки правительства нам не удалось, все подходы оказались тщательно завалены или перекрыты серьезными дверями. Мы пытались проломать дырку в шахту трасс снабжения. Но или трассы проходили в другом месте, или пытались мы не слишком успешно. Истратив все найденные гранаты, мы вернулись на корабль. Результатом последней вылазки стала какая-то правительственная обеденная зала, где Шила забрала все столовые приборы, сделанные, похоже, из серебра. На том мы и решили пока приостановить изыскания. Тут же встал вопрос о сбыте экспроприированного добра.
Моя же мозаика сложилась в какой-то очередной узор калейдоскопа, к сожалению, не добавивший общей картине ясности. Абсолютно понятно стало одно. Когда-то давно Содружество участвовало в жизни этого куска космоса, а значит, шанс найти его все же имелся. Для этого оставалось найтись самому.
6. Шесть.
Шила пребывала в размышлениях о продаже найденных вещей. В сети мы не нашли даже упоминаний о том, что планета, на которой мы нашли бункер, имела какую-то историю, помимо колонизации ее представителями цивилизации «маракуя». Ни словом Неваляшка не цеплялась к цивилизации туррутов. На фоне наших находок мне тогда показалась сильно подозрительной общая способность туррутов и «маракуя» жить в единой атмосфере. Может, я что-то упустил, и они изначально происходили с одной планеты? Как ни примеряй, а отсутствие каких-либо сведений о родословной планеты делало наши находки скорее металлом, чем антиквариатом. Для проверки мы попробовали предложить несколько изделий к продаже. Торговцы внимательно изучали предложенные вещи, но смотрели на них как на чистой воды предметы роскоши, не имеющие какой-либо антикварной ценности. И в таком ракурсе у нас на руках оказалось довольно большое количество дорогого желтого металла.
Немного подумав, мы решили попытать счастья, попросив помощи у пронырливого дядюшки Ссорташша. Уж лучше него в вопросах извлечения прибыли мы точно не разбирались. А продать наши находки, как обычный лом, мы легко бы смогли и в системе слонико-ящеричного альянса, звезда родного мира которого называлась, как-то похоже на «Алурис». В этом желания, как экипажа, так и мои личные, совпадали. Экипаж желал подороже продать нарытое. Я же хотел связаться с «хранителем ключей» на станции потокового космополитена, все еще питая надежды на сообщение от друзей.
Как бы ни грозило прибылью мероприятие, «людьми» мы являлись вполне разумными и ни в коей мере не отказались бы от контракта «в те степи». На худой конец контракт мог просто покрыть расходы на топливо. Поскольку спешить нам, в отличие от просто меня, оказалось некуда, Шила взялась за поиски подходящей работы. Ознакомившись с ситуацией на рынке, она поместила объявление в нескольких базах данных, поставив цену немного пониже рыночной,
Как и бывает в таких случаях, на нас стали выходить либо чистой воды контрабандисты, либо всякого рода темные личности с не менее темными предложениями. Я просто диву давался от их «простоты» и «незатейливости». У меня сложилось впечатление, что эти «люди» принимали нас за полных кретинов. Если бы я не погнушался такого рода работой, то как самый минимум запросил бы двойную, если не тройную цену. Мы с Шилой пока не сидели на мели и от таких предложений принципиально старались держаться подальше.
Второй категорией обращавшихся потенциальных работодателей являлись сплошь подпольные личности с предложением доставить в какие-то прилежащие районы какую-то приправленную словом «инкогнито» персону. И сделать это, понятное дело, было необходимо исключительно конфиденциально, оплату, правда, предлагали неплохую. Обсудив с Шилой первое из таких предложений, мы решили, что в политических играх никто никогда не заботится о сохранности свидетелей, если же мы ввяжемся в дела каких-нибудь бандитских группировок, то нас либо возьмут потом в оборот, либо уничтожат. Ни один из вариантов на данном этапе нас устроить не мог.
Я, как и Вы, несомненно, люблю, когда кто-то где-то с риском для жизни обманывает бандитов, уводя у них вместе с добычей и прекрасную незнакомку. В общем, ля-ля-ля и бутылка рома. Но, как и Вы, предпочитаю смотреть на это со стороны, оставаясь при этом незамеченным. И самый, пожалуй, подходящий в моем случае вариант – «телевизор», «голопроектор», «мнемокуб» или еще какая-либо гадость для промывки мозгов или, если повезет, просто вкачки в них информации.
Случилось одно предложение, заинтересовавшее нас, но оно оказалось на грани экономической целесообразности. Небольшая группа ученых из двух «человек» просила доставить их с небольшой партией оборудования на станцию. Проблема заключалась в том, что станция находилась приблизительно на половине пути до точки нашего назначения. Попутные нам грузы от станции вряд ли могли случиться, а оплата такого рейса не покрывала даже топлива до системы Алурис.
Случилось и забавное предложение. Один чудак предложил поучаствовать в самом настоящем поиске сокровищ. Он поведал нам, что совершенно случайно к нему попала информация о местонахождении потерпевшего аварию корабля неизвестной цивилизации. Странным показалось то, что источник информации почему-то погиб в какой-то аварии. Ну а самое веселое заключалось в том, что искатель сокровищ собирался возместить случившиеся расходы и выплатить наше вознаграждение по экспедиции после продажи этих самых сокровищ. Между делом он отказался указать местоположение предполагаемых изыскательских работ даже приблизительно. Избавившись от проходимца, мы с Шилой долго веселились, развивая темы поиска сокровищ. На аварийном корабле то возникали помещенные в анабиоз гаремы блудниц, то впавшие в спячку полчища чудовищ. В общем, кладоискатель сделал доброе дело уже тем, что поднял нам настроение.
Прошла почти неделя нашего судового времени. За это период Ося три раза брал увольнительные на волю. Один раз мы доставили коробейникам очередную партию товара на тот же орбитальный комплекс, провисев на нем после доставки трое суток. И продался один из выставленных нами на местный аукцион предметов старины. Покупатель пребывал в уверенности, что ему подвернулась вещица какой-то древней династии императоров малоизвестной науке цивилизации. В общем, я не слишком вдавался в подробности, зная, откуда действительно взялась вещь. Шила же горячо соглашалась с потенциальным покупателем. После тяжелых и продолжительных торгов наше владение вещью, наконец, закончилось. Не знаю, насколько сильно мы выиграли или проиграли, не имея представления о местном рынке антиквариата, но вещица продалась по цене прилично превышающей ее ценность, как лома желтого металла. При расставании, обе стороны оказались довольны.