Повелитель Грёз

Geza Ferra

– Правильно, - согласился Сагдар.

– Да уж конечно! Мы в самом центре Ишири, и нас окружают враги. Повсюду враги!

– Это не совсем та-ак.
– Гул поднялся из утробы.
– Нам точно известно, некнязь Лафорта действительно считает вас своим дру-угом. Он как та пленница с похити-ителем. Которой потом даже нра-авится.

– Что? Договаривай уж. Некнязю нравится, как мы его имеем?

– Именно та-ак.

– А остальные?

– Остальные нам как минимум не друзья-я. А Сад-Вешт и Салир - враги во все времена-а. Собственно, с последними вы скоро разбере-етесь.

–

Да. Нужно только разобраться до конца. Что с девчонкой?

– И-ищем.

– Почему мои несравненные лазучары не в состоянии отыскать ребенка?

– У нас слишком мало информа-ации. Но мы выяснили, что она в день побега переходила в предместья по Печальному мосту-у. Стражники признались, что ее пропусти-или. Два идиота приняли ее за попроша-айку.

– Неудивительно.
– Дараган поморщился.
– Как она выглядела...

– Говорил я вам, отдайте ее мне, - обиженно вымолвил Сагдар.
– Тогда была бы сейчас у нас.

– Скоро мы ее найде-ем, - прогудел Эр-Вейн.
– Наши люди везде-е.

– Что прикажете сделать со стражниками?
– Сагдар выправился. Кираса бликовала под светом тысяч свечей Сорочьего Гнезда.

Дараган немного подумал.

– Ну, раз они сторожили мост через Арушу, вот в Аруше и утопите.

– Публично?

– Нет. Негоже выставлять моих стражников идиотами. Стражники всегда накажут врагов своего любимого властелина. От них не уйдешь и не спрячешься. Они совершенны.

– Я понял.

– А что до девчонки, - продолжал Дараган, - надеюсь, мне не придется долго ждать.

Эр-Вейн склонился:

– Повторяю, мой повелитель, наши люди везде-е. Мы добудем ее для ва-ас. Если она, конечно, еще жива-а.

– Да, я хочу собрать у себя все семейство эн-Салир. Такая коллекция, ух! Однако как поступить с самим Карьмином, я еще не решил. Надо поразмыслить. Интересно, кто мне раньше услужит? Дираиш привезет Карьмина и его сыновей или твои лазучары - девчонку?

– Мы постараемся порадовать вас пе-ервыми.

– А знаешь что, Эр-Вейн? Я объявляю между вами соревнование, гонку. Тот, кто победит, получит от меня замок. Я как раз недавно казнил одного барона за казнокрадство. Наворовал он прекрасно, выстроил себе хоромы, что сказать, достойные и тебя, Эр-Вейн, и уж тем более Дираиша.

– Такие скачки мне по душе, - произнес Сагдар.
– А можно сделать ставку?

– И что же ты хочешь поставить?

– Не что, а кого. Ненасытного. Если я проиграю, при всех передам его в ваше владение.

– А если выиграешь?

– Тогда заберу у вас того гнедого, забыл, как его.

– Не знаю, что за лошадь ты имеешь в виду, но я распоряжусь. Победишь - мой конюх тебе отдаст.

– Я назову его Саррашвейшем. В честь моей победы при дюнах.

Дараган повернулся к Эр-Вейну:

– Но замок ты получишь, только если привезешь ее живой? Ты понял? И Дираиша это тоже касается.
– Дараган поерзал.
– Да, забавно. Кто же раньше? Дираиш - Карьмина и сыновей, или твои лазучары, Эр-Вейн, - девчонку?

– Я ставлю на Эр-Вейна, - сказал Сагдар.

26

Всю

ночь Ками проспала в обнимку с арбалетом. Тот мощный, из которого она убила Кед-Феррешем, забрали, но взамен разрешили взять себе навсегда легкий охотничий. Шрай не желал давать и его, однако Илмар настоял, заявив, что дитя заслужило игрушку. Теперь Ками чувствовала себя настоящим мятежником. Вначале она попыталась лечь калачиком, обхватив оружие - а не игрушку!
– руками и ногами. Получалось удобно, но разодранным коленкам становилось больно при каждом касании арбалета. Она почти что засыпала, а потом резкий укол и жжение начисто прогоняли сон. Ноги пришлось вытянуть, а руками еще крепче обнять деревянное ложе. Прижавшись щекой к арбалетному плечу, она наконец заснула, а утром, едва вышла за порог и направилась к ручью попить, поймала на себе смешливые взгляды. Ками не могла сообразить почему, ведь она застрелила Кед-Феррешем, и это знают все, но потом подозвал Дроми и сказал, что через всю щеку у нее отпечаталась красная полоса с нехитрыми узорами поверхности арбалетного плеча.

Ками заметила оживление в лагере. Мятежники набивали мешки и котомки, наваливали ящики, корзины и прочий скарб на телеги. Затем увидела, как разбирают навес, под которым они все спали.

– Мы что, уезжаем?
– спросила Ками у Пенни.

– Да, собирайся. Конечно, если тебе есть, что собирать.

– Не-а.
– Ками, зевая, мотнула головой.

– Полезай тогда на телегу, скоро уже поедем.

– Куда?

– Прочь от Сафарраша. Подальше отсюда.

Ками опешила. Как это прочь? Они же мятежники и воюют с Сафаррашскими солдатами. Охотятся на сорок. А так получается какое-то бегство. И еще... Если они уезжают, как же она убьет Дарагана?

Шрай с Илмаром грузили на телегу мешки с зерном, и Ками направилась туда. Нужно все выяснить у командующего.

– Почему мы уезжаем из Сафарраша?

– Потому что опасно долго оставаться на одном месте.
– Шрай даже не обернулся на нее.

– И как же наша борьба? Мы же мятежники!

– Да, особенно ты.

Ками не расставалась с арбалетом, а теперь сжала его еще крепче.

– Милая, пойми, - сказал Илмар, - если долго сидеть на одном месте, нас вычислят, и придет карательный отряд. Всех нас перебьют либо угонят в рабство. И ты снова попадешь в неволю к Дарагану.

– Не попаду, - пробормотала Ками.
– Я убью его.

Шрай повернулся к ней.

– О, да я вижу, ты вооружена. Тогда да, убьешь.

– Может, мы еще и вернемся сюда, - обнадежил Илмар.

– Зачем уезжать совсем? Почему просто не переехать на другое место?

– Потому что скоро с твоим Салиром будет кончено, - предрек Шрай, - и все эти сафаррашские орды придут сюда. А еще Сагдар возвратился из похода в Саррашвейш и Сад-Вешт.

Последние слова Ками уже не слышала.

– С Салиром не будет кончено.
– Пальцы побелели на ложе.
– Не будет!