Повелитель Грёз
Шрифт:
– Про меня вы все знаете, - развела руками Ками.
– Так уж и все, милая?
– Илмар смотрел веселым и пристальным взглядом.
– Мне кажется, все. Я ничего не скрывала.
– А если мы не знаем того, что ты и сама про себя не знаешь?
Ками пожала плечами.
Они въехали в лес, темный и поросший мхом, с низкими сводами веток над дорогой. На табличке Ками прочитала: "Шаловливый лес". Несмотря на название, смешно не стало. По легенде именно сюда после Второго Раскола и четвертования Забытого сбежали Шестеро. Болтают, что до сих пор где-то тут в чащобе живут их потомки и продолжают опыты своих пращуров. И когда-нибудь научатся обращать
– Ты в это веришь?
– Илмар угадал ее мысли. Впрочем, это было несложно.
– Думаю, все это лишь байки.
– Ками попыталась проговорить твердо. Хотя ей приходилось как-то не по себе.
– А я вот допускаю такое.
– Ересь все это, - отрезал Шрай.
– Потому что ты не хочешь, чтобы оказалось правдой, - возразил Илмар.
– Но от твоего желания ничего не зависит.
Ками бы тоже не хотела. Орденцы твердят, что души обращенных не мучаются, и, вообще, быть Кед-Феррешем - благо. Никакой боли, сомнений, грусти. Но она бы такого не пожелала. Хоть Ками и переживала все время по любому поводу: что выглядит трусишкой, что не может помочь салирцам, что нельзя помыться, что надо вычистить измазанный соплями рукав плаща, что не всегда можно найти разлапистые кустики, где бы ее никто не видел, что Шрай зарезал громоптиц, что о ней думает Сеймур... И дома она тоже часто волновалась из-за всякого. Однако за тревогами всегда приходила радость. А к Кед-Феррешем она уже никогда не придет. Нет, Ками не хотела бы стать Кед-Феррешем.
Никакой грусти - и никакой радости. Никакой боли. И никакой воли.
С едущих впереди телег послышался шум. Шрай сперва не обращал внимания, но затем направился туда узнать, в чем дело. Ками видела, как ему указывают в заросли и что-то говорят. Все напряглись. Илмар приказал сидеть ей на месте и с Пенни пошел ко всем. Они напряженно вглядывались за деревья, а потом достали оружие.
Что же там? Ками привстала и пробежала глазами по стволам, широким и поросшим мхом. Обнаженные корни, петлящиеся и выгрызающие землю. Где-то в пятидесяти шагах отсюда за деревьями что-то мелькнуло. Ками проследила, но в том месте больше ничего не появилось. Тогда она перевела взгляд на деревья поближе и уже увидела отчетливо.
Темные фигуры проносились от ствола к стволу. Прятались за ними и выбегали снова. И каждый раз появлялись ближе. А за фигурами метались капюшоны, длинные и остроконечные.
– Арбалет!
– закричала Ками.
– Киньте мне арбалет!
Дроми бросил сначала арбалет, а затем и колчан. Ками насчитала семь болтов, и один сразу же зарядила. Целилась, но Кед-Феррешем такие быстрые, а по движущимся мишеням она вообще никогда не стреляла. Да и от дерева к дереву проносятся они за пару мгновений. С телеги впереди стреляли лучники, но никто не попал. Четыре стрелы вошли в стволы, одна срикошетила от корня и, кружась, улетела в траву, еще две улетели далеко, и Ками не видела, во что они воткнулись.
"Сейчас на нас выскочат!" - вспыхнуло в голове.
Пять кукол рванули из-за деревьев на телегу впереди. А там ведь у многих лишь плотницкие топоры... Ками наблюдала, как Эшван коротким мечом бьется с куклой, у той за движениями головы следовал капюшон, а у ширихагца - длинные волосы с вплетенными васильками и горицветами. Шрай взмок, и белый мрамор лица порозовел, командующий теснил одного из Кед-Феррешем. Другой прижал Дроми к телеге и, наверное, убил бы, если бы лошади не учуяли сумрачную сталь и не кинулись, увлеча повозку за собой и освободив Дроми пространство. Ками наводила арбалет, но выстрелить не могла, боялась
Мушка меняла куклы, найти бы такую, возле которой никто не кружит. Но таковых не было. Шрай отсек своему три пальца, и Кед-Феррешем, сверкнув медузой на яблоке, переложил меч в другую руку. Ками видела, что некоторых убивают, но сразу отводила глаза. Сеймур и еще кто-то - она не помнила имя - вдвоем бились против одной куклы. Хорошо, что Сеймур не один.
Илмар убил своего, проткнул мечом шею и вторым ударом снес голову. Ками взвизгнула и подпрыгнула. Он бросился на помощь Пенни, у той шел вялый позиционный бой. Ками посчитала: у этой телеги четыре Кед-Феррешем против семерых мятежников - Шрая, Илмара, Пенни, Дроми, Эшвана и с неизвестным именем, который помогал Сеймуру. Надо будет потом обязательно узнать, как его зовут, и извиниться. Шрай один на один, остальные по двое на куклу. И еще наверняка на других повозках тоже бои, караван ведь растянулся, отсюда не видать. Только она стоит в сторонке.
Ками вылезла с телеги и, крадучись, стала приближаться, держа арбалет у щеки. Шрай крикнул ей убираться, она уж хотела грубо ответить, как в это мгновение Кед-Феррешем Шрая кинулся на нее. Ками вскрикнула и выстрелила, болт попал в землю под корнями. Резко извернулась и рванула с дороги в лес. Если она от Илмара не сбежала, как спастись сейчас? Только оказаться там, куда Кед-Феррешем не доберется! И Ками прыгнула, как ей казалось, с высокого обрыва в реку - они долго вдоль нее ехали - однако выяснилось, что это просто крутой склон, а река - у подножия.
Ками катилась и билась плечами, лбом, губами, подскакивала на кочках, тормозилась о выбоины и борозды, но арбалет с колчаном из рук не выпускала. Так и шлепнулась в овраг у реки, вспахав носом песок. Вскочила и, зарядив арбалет, спряталась у склона оврага, прижалась к сырой глине. Вот-вот он придет.
Нельзя дать ему спрыгнуть в овраг, ведь тогда если она не поразит наповал, Кед-Феррешем успеет рассечь ее надвое ответным ударом. Надо попробовать сделать так, чтобы в случае ранения куклы была возможность убежать. Нужно не позволить ей очутиться на расстоянии удара.
Ками села у склона и направила арбалет вверх, в грязно-молочную пелену. Прежде, чем спрыгнуть в овраг, Кед-Феррешем остановится у обрыва, вытянется и осторожно заглянет вниз. Тут-то она и выстрелит. Кожа на коленках содралась вместе с тканью брючек, на правую щеку словно положили что-то тяжелое, локоть десницы горел. Ками это не заботило. Вот-вот появится.
Из-за кромки склона на безжизненную пелену надвигался черный силуэт. Капюшон, сморщенный лоб - видимо, при жизни умный человек был - и тупые глаза. Огромные и бессмысленные заслонили полнеба. Ками выстрелила и сразу же, вскочив, кинулась в сторону. Кукла подернулась у края оврага, попыталась вытащить болт из глаза, уронила меч. Хорошо, что Ками отбежала, а то этот меч свалился бы на нее. Вслед за оружием в овраг рухнул и Кед-Феррешем. Мертвый.
Ками приблизилась и взяла меч. Не ожидала, что такой легкий, поднимая, не рассчитала силу и чуть не рассадила лоб. Выдохнула. Держала обеими руками, медленно водила по воздуху. Сумрачный клинок не бликовал и вообще никак не играл со светом. Она подошла к дереву, взмахнула неловко, но все равно обрубила довольно толстую ветку. Убрала левую руку, меч Кед-Феррешем без труда удерживался и одной. Ками поделала невразумительные выпады, она понимала, что владению мечом ей нужно учиться. И с таким легким она вполне могла бы управляться. Надо только заплавить медузу и вычеканить громоптицу.