Правитель
Шрифт:
Письма я вложил в кожаную папку, запечатал своей личной печатью и передал мастеру Вэльду. Да, я объяснил причину этого поступка. Остальным не стал говорить. Даже Мэриан ничего не сказал. Незачем лишний раз портить людям нервы. Тем более Кире Трэмп.
И вот наступило время, когда я вышел из дома. В этот ранний час воздух был таким… прозрачным, что казалось — тронь, и зазвенит. Замок понемногу просыпался. Я увидел, как у ворот бушевал гном Альвэр, распекая подчиненных. Не знаю причин, но его парни стояли навытяжку и пожирали командира глазами. Гном ходил как тигр вдоль короткого строя из десяти бойцов и орал громче корабельной сирены. Видимо, мальчики слегка
Рядом с донжоном скучал вооруженный Рэйнар Трэмп. Он пойдет со мной. Если бы я не взял его с собой, нанес бы смертельную обиду. Он до сих пор не мог простить, что не был с нами там — на границе. Не знаю, как далеко мы с ним сумеем пройти, но идти вдвоем с Робьеном — безумие чистой воды. Я бы с удовольствием взял и Мэдда Стоука, но он еще слишком слаб.
Не успел подойти к Рэйнару, как караульные у ворот опять подтянулись и замерли. Даже Альвэр стал орать немного тише. Пришел Робьен в сопровождении слуги — орка. Он теперь при нем вроде телохранителя.
Единственный вход в донжон находился на высоте пяти метров. Туда вела узкая лестница без перил и поручней. Истертые камни, которые помнили твердую поступь Рэсгара — внука Урга Кларина. Глубокая арка с массивной железной дверью. Она распахнулась неожиданно легко, но с таким протяжным скрипом, что я испытал непонятное чувство. Чувство обиды. Так плачут брошенные дома, жалуясь на своих хозяев. Будто упрекают в неуважении к прошлому.
— Нам туда. — Робьен поднял горящий факел и осветил узкий боковой коридор.
На стенах, сложенных из грубых камней, виднелись кованые и уже порыжевшие от времени подставки для факелов. Через несколько метров мы подошли к еще одной двери. Служитель снял замок, и мы увидели винтовую лестницу, уходящую глубоко под землю. Спустились вниз и оказались в небольшом зале с четырьмя арочными проходами, направленными в разные стороны.
— В Рунакамм подземелье было попроще, — усмехнулся Рэйнар Трэмп. Он поднял повыше свой факел и наклонил голову, чтобы рассмотреть один из проходов.
— Там был обычный подвал, а не подземелье.
— Этот проход ведет к реке, — пояснил Робьен и ткнул пальцем в один из них. Потом сверился со своими записями и продолжил: — А этот — к западной стене города. Насколько я знаю, выход давно завален камнями и пройти по нему невозможно.
— А этот? — кивнул на одну из арок Рэйнар.
— К южным воротам.
— И куда пойдем дальше?
— Надо спуститься еще ниже.
Робьен жестом подозвал орка и указал на бочки, сложенные у одной из стен. Орк откатил одну из них, и мы увидели железный люк. Под ним оказалась еще одна лестница. Внизу нас тоже ждал зал — уже меньшего размера. Отсюда вели три прохода. Один из них закрывался тяжелыми дверьми и железной решеткой. Второй был бесполезен — свод обвалился и засыпал проход камнями, оставив узкую щель, по которой можно было пробраться лишь ползком.
Третий был замурован.
— Нам нужно сюда. — Робьен показал на каменную кладку.
— И кто повелел замуровать эту часть подземелья?
— Не знаю. — Он пожал плечами. — Я не нашел упоминаний.
— И что, эти проходы никогда не использовались?
— Только во время осады города. В мирное время проходы бесполезны. — Робьен сверился с планом и через несколько секунд продолжил: — Через сто шагов проход разветвляется. Левый, если не ошибаюсь, выведет за пределы города, а правый уходит в реку.
— В реку? — переспросил я.
— Выход
— Надо долбить стену…
35
Повинуясь жесту Робьена, орк пробурчал что-то неразборчивое и поднял кирку. Лязгнула сталь, высекая из гранита искры. Спустя десять минут он уже выворотил из кладки первый камень, и оттуда пахнуло затхлой сыростью. Орк осторожно заглянул внутрь. Несколько секунд он внимательно прислушивался и принюхивался. Его огромные ноздри раздувались, будто могли почувствовать запах опасности. Не услышав ничего подозрительного, орк оскалился, показал свои длинные клыки и опять взялся за работу. Примерно через двадцать минут он закончил махать кайлом и отошел в сторону. В кладке, сложенной из дикого камня, зияло черное отверстие, через которое можно было пролезть.
— Дальше мы пойдем одни, — вздохнул я.
— Да, — кивнул Трэмп и провел рукой по лицу.
— Ты читал этот старинный документ, Серж! — развел руками Робьен, словно извинялся за свою беспомощность. — Только ты и один из твоих друзей, который поможет тебе одолеть этот путь.
— Если быть точным, то лишь часть пути, — пробурчал я и повернулся к Трэмпу: — Ладно, нечего время терять.
— Пошли, Серж!
Кряхтя и ругаясь, забрались в пролом. Робьен передал нам план подземелья, и мы, подсвечивая дорогу факелами, двинулись дальше. Через сто шагов дошли до первой развилки и свернули налево. Правый тоннель, ведущий к реке, обрушился, и пройти по нему было невозможно. Ход пошел под уклон, начало закладывать уши. Проход петлял, разветвлялся на несколько галерей, сужался и опять расширялся. Где-то мерно капала вода. Каменные стены то сочились влагой, то осыпали нас какой-то трухой. Пол был усеян обломками камней, выпавших из старинной кладки. Вскоре появилось чувство легкого удушья. Трэмп хоть и не подавал вида, но было заметно — дышать становилось все тяжелее и тяжелее.
— По-моему… По-моему, пора сделать небольшой привал.
— Не удивлюсь, если этот путь приведет нас не за город, а в царство дрэноров, — сплюнул Рэйнар, потом поморщился и обвел взглядом каменные стены. — Да простят меня боги…
— Главное, чтобы не заплутали в этом мире. А уж с дрэнорами как-нибудь договоримся.
Наконец мы нашли участок посуше и остановились. Сели на землю и попытались хоть немного отдышаться. Дышать и правда было трудновато. В голове мелькали нехорошие мысли о людях, погибших в пещерах и колодцах, но факелы горели и гаснуть не собирались.
Мы немного передохнули, поднялись и пошли дальше. Где-то мерно и гулко капала вода, как огромный и громкий метроном, отсчитывающий те крохи, из которых соткана Вечность. Постоянно сверяясь с планом, а точнее — с описанием дороги, добрались до полузасыпанного прохода.
Я не знаю, что за дерево росло на поверхности, но его корни не только пробились сквозь эту каменистую землю, но и разрушили каменный свод подземелья. Сильные, узловатые корни опутали стены и перекрыли проход. Чтобы пройти вперед, нам пришлось долго махать топорами. Еще один отрезок пути, который оказался частично затопленным. Знаете, это очень неприятно — идти по грудь в воде, подсвечивая дорогу факелом. Очень неприятно. Я шел первым и постоянно ощупывал дно ногами, чтобы не попасть в какую-нибудь ловушку, подготовленную нашими предками. Или не предками? Кто знает… Каменные стены были склизкими от какой-то наросшей зеленой дряни и хвататься за них было неприятно.