Право палача
Шрифт:
Клеманс и Клавдия остались одни. Через несколько минут графиня смогла взять себя в руки. Всё это время Клементина как ни в чём не бывало бродила по этажу. Что-то привлекло её внимание, и та задержалась у окна.
— Да тут и искать негде, — пожала она плечами. Кровать одна. Стало быть, портниха и жила одна. Пойдём уже отсюда.
В мастерской тоже никого не нашли. Тильберт снимал с полок рулоны, чтобы бросить их в костёр. За треском огня и шорохом тканей Клавдия уловила еле слышный стук.
— Тс-с! Слышишь? —
— Ничего не слышу, кроме пыхтения ребят.
— Будто кто-то пробежал по полу над нами, — Клавдия подняла лицо к потолку.
— Такое бывает от смены погоды. Дом остывает или нагревается, вот и начинает весь скрипеть. Либо это она, — Клеманс округлила глаза, — Чума. Ходит своими крохотными костяными ножками.
— Не нагнетай страху, и так не по себе. Я бы проверила в последний раз. Если это кошка, будет жалко, хоть она и дармоедка.
Клементина мяла в руках край фартука и явно хотела сказать что-то.
— Идём? — спросила её, наконец, графиня.
— Я боюсь. Просто кошмарно боюсь, да и… Клода, красавица, — взмолилась Клеманс, — сделай божескую милость, отпусти на минуту к моему офицерику! Он столуется в кабаке через дорогу. Милая, я тебе отдам что-нибудь для зимы. Вернусь через мгновение, Кас ничего не заметит, а ты ему и не скажешь, правда?
«У каждой какой-то интерес, — помрачнела Клавдия. — А у меня что? Плешивый котёнок Тиль? Даже не смешно. Пусть катится, может, солдат заделает ей поскрёбыша».
— Проваливай. Только долго не трись там. И сними этот ужас, а то офицерик твой упадёт в обморок от такого наряда.
Через секунду Клеманс уже и след простыл. Наверху явственно скрипнула мебель, и любопытство заставило Клавдию сдаться. Она снова прокралась по лестнице и увидела, как кто-то юркнул в комнату.
«Не может быть! Мы всё осмотрели! Вот так и становятся суеверными».
Когда из дверного проёма высунулась маленькая лохматая головка, Клавдия даже вскрикнула, но остатки здравого рассудка убедили её в том, что она видела ребёнка.
— Эй! Иди сюда сейчас же! Куда только ты от нас спряталась?!
Тиль нашёл у прилавка стул и сел, дожидаясь, пока помощник вынесет последние пожитки. Во время отдыха его посетило озарение: «А если попробовать добраться до дома Клавдии по крышам? Кое-где можно постараться допрыгнуть. Правда, если промахнёшься… Но я должен. Мы встретились не просто так. Ведь это фатум. Я мог бы ночью миновать караул и оказаться в городе, принести вести! Лишь бы не самые печальные».
Окрылённый своей гениальной идеей, Тильберт ответил кому-то: «Да, можно!» и машинально вышел вместе со всеми на улицу. Помощник зажёг серу, вышел следом да принялся заколачивать дверь, чтобы дым не вытек сквозь щели. К тому моменту явился запыхавшийся Каспар, не любивший покидать пост надолго.
— Вы уже закончили?
А Клавдия всё гонялась за девчонкой, которая ловко пользовалась скудным обзором маски чудовища, пытавшегося её похитить. Она выскальзывала из рук как окунь, а Клавдия, не имевшая доселе дел с маленькими детьми, боялась сломать ей что-то.
— Да не бойся ты! Мы пришли вас спасать!
Через выпавшие сучки в полу проросли стебельки густого серого дыма и Клавдия остолбенела.
— Вы что делаете?! Мы ещё здесь!
Крик не пропускала ни маска, клюв которой был набит травами, ни плотно закрытые окна.
— Что там за визги? — забеспокоился здоровяк, вороша в костре пожитки портнихи.
— Крысы пытаются выбраться, визжат и бьются. Значит, всё идёт по плану. А где Клавдия? И Клеманс куда-то смылась… — мортус оглянулся, заложив большие пальцы в чёрных перчатках за широкий ремень.
— Наверное, ускакали за угол, страху ведь натерпелись.
— Ты всех пересчитал, Тиль?
— Нас мало, я не стал… — промямлил тот.
— Кто видел, как она вышла? — упавшим голосом спросил Каспар.
С улицы уже звали, а Клавдия никак не могла извлечь визжащего от страха ребёнка из-под кровати.
«Так нельзя! Невинное дитя! Так нельзя, мы не умрём здесь! Я не брошу её!» — вопила паника в голове графини. Мозг её снова объял инстинкт, на этот раз иной, чем прежде, неизведанный. Спасти детёныша и бежать со всех ног.
Наконец удалось приподнять тяжёлый деревянный каркас и схватить девочку за рубашку. Грубое домотканое полотно не подвело и не треснуло.
— Попалась! Теперь бежим!
Ядовитый дым валил из мастерской, ослепляя и пробираясь в отверстия маски. Девочка закашлялась и начала хрипеть. Её крохотная грудь содрогалась, вызывая щемящую жалость. Клавдия натыкалась на мебель, ощупывала стены и всё не находила дверь, оставалось идти на крики снаружи. Разбили узкое окно, но щедро разложенная сера извергалась на совесть и не спешила покидать дом, однако избыток света помог Клавдии увидеть выход.
Каспар вцепился в только что приколоченную доску, оторвал её одним движением. В ту же секунду Клавдия разбежалась и что было мочи попыталась выбить створку, врезавшись в неё плечом.
Дверь распахнулась и за порог, вместе с лавиной крыс и клубами дыма, вывалилась прижимающая к себе ребёнка Клавдия. Ремешки на голове ослабли, мир вместо красного снова стал гадко-серым. Кто-то хотел забрать девчонку, но руки свело судорогой.
— Отпусти. Слышишь? Уже можно отпустить. Сильно надышалась? Голова кружится? Тошнота? — голос Каспара звучал будто из-под воды.
— Вроде бы нет. Уф, как же страшно!
Громкие рыдания Клеманс оглушили Клавдию. Та ругалась последними словами, захлёбывалась в слезах и подвывала, колотя себя по лбу: