Предатель
Шрифт:
— Капитан, — произнес он. — Я что-то слышу.
Лотара замаскировала вздох фальшивой улыбкой, надеясь, что так в ее голосе не будет резкости.
— Тарн, если ты пришел прочесть мне очередную лекцию насчет великой песни лорда Аврелиана, разрешаю развернуться и оставить меня в покое.
Тот стиснул обозначающий статус медальон костлявыми руками, пальцы которых были узловатыми от подагры.
— Нет, капитан. Я слышу, как что-то приближается.
На другом конце мостика Лералла повернулась на своей опоре, и кабели, которые связывали ее с потолком, задергались,
— Варп-канал, — воскликнула девушка. — Варп-канал на пятом меридиане. Активирую гололиты.
Лотара помчалась к центральному гололитическому столу, который с мерцанием ожил.
— Что входит? Всем смотреть на канал, — она уставилась на мерцающую в воздухе гололитическую руну, мучительно ожидая, пока та расшифруется. Она знала лишь, что это прореха в варп. Корабль, который врывается обратно в реальность.
— Захвачено системами провидения, — отстраненно проговорила Лералла. — Я его вижу.
Спустя мгновение увидела и Лотара. Руна развернулась, продемонстрировав опознавательный код, затем несколько кодов, а затем еще несколько.
— Подготовить орудия и щиты, — спокойно произнесла она. — Весь экипаж по боевым постам.
Ее призрачный образ возник на краю ретинального дисплея Кхарна. Как обычно, в профиль, переданный видоискателем, установленным на боковине трона.
— Капитан Саррин всем наземным силам. Боевой корабль Тринадцатого Легиона «Отвага превыше всего» вышел из варпа на краю системы, возглавляя пустотную армаду. Их авангард окажется в зоне досягаемости через девять минут. Всем силам Легиона, возвращайтесь к десантным кораблям и челнокам для немедленного отхода.
На горизонте непокорно высился город Михор. Два Легиона построились осадным порядком, готовясь к мрачному наступлению к стенам. Их сопровождали титаны Аудакс — над толпой пехоты и их подразделений бронетехники ряд за рядом стояли «Псы войны». «Поборники», «Лендрейдеры», «Разящие клинки», «Мастодонты» — целые танковые дивизии, ожидающие приказа двигаться на рассвет. Города Нуцерии не ждала быстрая и чистая атака. Все они наблюдали, как гибель накатывается на них волной, и умирали, когда Пожиратели Миров и Несущие Слово обрушивали стены. Михору предстояло стать последним. И теперь было похоже, что за считанные минуты до приказа о наступлении он избежит такой участи.
— Лотара, — произнес Кхарн в вокс, зная, что его слышат все легионеры, члены экипажа титанов и скитарии.
— Центурион, — отозвалась та. Она казалась нетерпеливой и прищуривалась, словно охотница, готовая ко всем фокусам, которые может выкинуть добыча.
— Эвакуация невозможна. Вы сможете их сдержать?
— Кхарн, — со вздохом начала она, а затем, похоже, вспомнила, что их слышит каждая живая душа на поверхности. — Капитан, вы не представляете масштабы воинства, которое входит в радиус досягаемости лэнсов. Мы тяжелее и лучше вооружены, но все равно погибнем от тысячи мелких ран. Если не можете отступить, занимайте город. Ищите укрытие, поскольку они прорвутся мимо нас, что бы я тут ни делала.
— Принято, — Кхарн глянул на
— Подожди, — произнес голос, похожий на булькающий скрежет камней.
— Сир? — отозвалась Лотара. Она отвернулась к мостику, и ее голос на несколько секунд исказился.
— Фейд, истребители в небе? — она повернулась обратно. — Ангрон, при всем уважении, поторопитесь.
— Им нужны мы, — сказал примарх. Кхарн видел, что его генетический отец стоит в задних рядах на крыше сверхтяжелого транспортера «Кровавый молот», держа в руках оба цепных меча. — Они хотят нашей смерти. Для этого нужно доказательство. Нужна высадка. Мы займем город и вынудим их выбивать нас. Любой ценой не допускай бомбардировки. Ты поняла? Не допусти бомбардировки, пусть даже ценой корабля.
— Принято, — ответила Лотара, и ее изображение исчезло с ретинальных дисплеев всех легионеров на поверхности.
В общий вокс ворвался мягкий голос Лоргара.
— Там наверху Жиллиман.
— Хррргх. Знаю. Наконец-то возмездие за Калт. Воины Двенадцатого и Семнадцатого Легиона! Занять город! В атаку!
Над равнинами Джезр взошло солнце, и Легионы рванулись вперед, чтобы обрушить стены последнего города Нуцерии и использовать его руины в качестве укрытия.
На борту «Фиделитас Лекс» стройная юная женщина шла по мавзолею. Приближаясь к собственной гробнице. У нее была смуглая бежевая кожа уроженки пустынных племен, а длинные волосы ниспадали мягкими коричневыми локонами, которые были не темными или светлыми, а здорового почвенного оттенка где-то посередине. На ней было красное одеяние Несущих Слово — характерного кроваво-винного цвета — которое обладало текучим покроем, прилегая к талии и расширяясь снизу. Девушка слегка напоминала невесту, а слегка — жрицу.
Корабль содрогнулся у нее под ногами. Очередное сражение. Сколько битв она пережила на «Де Профундис», сидя в тишине своих покоев, пока стены тряслись, а палубы вибрировали от огня пушек? Можно привыкнуть к чему угодно. Это было печальной истиной.
За пределами зала ожидал караул из четверых Вакра Джал, готовых испепелить всякого смертного или Несущего Слово, который попытается ее коснуться или преградить путь. Пока Аргел Тал находился на поверхности, она решила, что пора взглянуть на себя… прежнюю.
Проходя мимо изваяния Ксафена, она осмелилась протянуть руку и прикоснуться к его нагруднику, неосознанно копируя постоянный жест Аргела Тала. Тот рассказывал ей, как погиб Ксафен. Даже показывал оружие, ставшее причиной этого, и признался, как именно ему удалось взломать генетическое кодирование, чтобы активировать похищенные реликвии.
Кровь. Не всегда ли все сводилось к крови?
Она краешком глаза заметила собственную статую, и у нее по коже поползли мурашки. Даже без подробностей самого присутствия этого предмета хватило, чтобы на языке появился привкус желчи.