Предатель

Вудс Стюарт

Глава 35

Майкл втиснулся со своим «поршем» во второй ряд и свернул с бульвара Сансет на Стоун-каньон. Он посмотрел на Ванессу, которая молча сидела рядом.

— Слушай, сегодня вечером вроде праздник; ты не могла бы сделать усилие и немного улыбнуться?

— Что за праздник? — угрюмо сказала она.

— Черт возьми, «Ночи Даунтауна» получили Оскара в номинации «картина года»! Неужели тут нечему радоваться?

— Да, особенно Кэрол Джеральди! В моейроли. Этот приз могла получить я.

—

Ты меняв этом упрекаешь? Из картины тебя выкинул не я, а Чак.

— А я слышала, — сказала она сквозь зубы, — что все было по-другому.

— Черт побери, я не знаю, о чем ты говоришь. — Они проехали мимо отеля «Бель-эр» и уже почти подъезжали к дому Голдманов.

— В Бистро-гарден я случайно наткнулась на Чака, — сказала она. — Ты даже не говорил мне, что он здесь.

— Чак? Отлично. Этот идиот пустил на ветер три четверти миллиона, которые принесла ему картина, и превратился в наркомана. Интересно, откуда у него взялись деньги на Бистро-гарден?

— Если хочешь знать, он очень хорошо выглядит; он только что вышел из больницы и, кажется, живет припеваючи.

— Молодец, я рад это слышать.

— Ты не сказал мне, что купил у него сценарий.

— Я этого никому не говорил, я еще над ним работаю.

— Кажется, он считает, что ты его как-то обманул.

Майкл резко ударил по тормозам, и машина с визгом остановилась.

— Обманул его?Давай я расскажу тебе, как было на самом деле. Чак пришел ко мне и сказал, что страшно нуждается в деньгах; он промотал все, что ему дали «Ночи Даунтауна» и оказался перед лицом кредиторов и торговцев наркотиками. Я дал ему двести тысячдолларов за его сценарий, даже не прочитав его, потому что я уважаю его талант и хотел ему помочь. Как ты думаешь, найдется на земле другой человек, который столько для него сделал?

— Еще он рассказал мне, как ты привел в картину Кэрол Джеральди и как меня выкинули.

— Хорошо, я тебе скажу всю правду. Однажды во время репетиций Чак подошел ко мне за ланчем и сказал, что, по его мнению, ты можешь завалить эту роль, что ты для нее не подходишь. Я ответил, что, по моему мнению, ты не идеально подходишь для роли, но ты достаточно хорошая актриса, чтобы вытянуть ее. Он настаивал на том, чтобы найти для этой роли кого-нибудь другого; он был режиссером, и я не мог всерьез с ним спорить, так что мне пришлось разыскать Кэрол Джеральди; она была тогда в бедственном положении, и я убедил Чака взять ее. Я едва тебя знал; в то время ты ничего для меня не значила, а режиссеру нужна была другая актриса. Если Чак рассказал тебе по-другому, то он лжет.

Ванесса не отвечала.

Он повернулся, обнял ее за плечи и заглянул ей в глаза.

— Послушай меня, — сказал он. — Я привез тебя в Голливуд, я дал тебе роль в «Тихих днях», которая может перевернуть всю твою жизнь, ты будешь играть с одним из лучших актеров мира. Я поселил тебя в прекрасной квартире, я взял в свои руки твою карьеру, и я плачу тебе пять тысяч в неделю. Я сделал все это, потому что верю в тебя как актрису и люблю тебя, а в награду получаю то, что ты злишься на меня за то, что режиссер выбросил тебя из роли,

которая тебе не подходила, и дал ее актрисе, которая сделала ее достойной Оскара. — Он перегнулся через нее и открыл дверцу машины — Ванесса, настало время решать — хочешь ты быть со мной или с Чаком Пэришем. Или выходи и ступай своей дорогой, или закрой дверь и извинись передо мной.

Ванесса на секунду склонила свою прекрасную головку, затем протянула руку и закрыла дверцу машины. Она повернулась к нему, обвила руками его шею и поцеловала.

— Я прошу прощения, Майкл, — сказал она.

— Как просишь прощения? — Это была их старая игра.

Ее руки спустились вниз и начали мягко его массировать.

— Я просто неблагодарная дрянь, ты так много для меня сделал, и я хочу, чтобы ты знал, как сильно я тебя люблю. — Она расстегнула ему брюки и высвободила его. Ее голова оказалась у него на коленях, губы ее сомкнулись вокруг него. Майкл откинулся назад и запустил пальцы в ее волосы.

— Милая девочка, — сказал он.

Ванесса сосредоточилась на своей работе.

Много времени прошло с тех пор, как она делала это в последний раз, и Майкл уже почти забыл, как она была в этом хороша, как замечательно умела доставить удовольствие мужчине, как много она умела своими губами и языком. Он испытывал невероятное наслаждение.

— Я прощена? — спросила она.

— Прощена, — ответил Майкл. Он завел машину и поехал по Стоун-каньон к дому Голдманов и к ожидавшему его успеху.

Глава 36

Майкл припарковал «порш» на стоянке по дороге к Голдманам и отдал ключи сторожу. Машины стояли в ряд вдоль дороги, ожидая очереди.

У входа в дом их приветствовал дворецкий:

— Все собрались у пруда, сэр.

Они пошли туда, где звучала музыка, и присоединились к толпе, в основном состоящей из завсегдатаев ночного клуба в Мортоне, где Майкл стал появляться последнее время. Аманда Голдман подошла к ним, обняла Ванессу, и нежно поцеловала Майкла в самый уголок губ. На мгновение ее язычок коснулся его рта. Ему показалось, что она была слегка взволнована.

— Вы оба прекрасно выглядите, — сказала она, — я поздравляю тебя с наградой, Майкл.

Она повернулась к Ванессе.

— В следующем году в это время мы будем устраивать вечер в вашу честь. Я не могу дождаться показа «Тихих дней».

Майкл поблагодарил ее и поинтересовался:

— А где Лео?

— Кажется, на другой стороне бассейна, — ответила Аманда.

Ванесса увидела одну из своих подруг и направилась к ней.

Аманда взяла Майкла под руку и повела к дому.

— Пока тебя толком еще никто не видел, давай спустимся вниз. Я ведь никогда не показывала тебе наш винный погреб.

— Винный погреб?

Она потащила его по коридору, затем вниз по узким ступенькам; когда они спустились, она щелкнула выключателем, и Майкл увидел комнату размером в четырнадцать квадратных футов. Все стены были буквально уставлены бутылками от пола до потолка и на каждой полке была сделана четкая отметка о том, что на ней стоит.

— Аманда, это просто потрясающе, но все-таки какого черта мы здесь делаем?