Предел риска

Кофф Натализа

От тихого напоминания Ядвига поморщилась. У нее не были никакого желания изливать душу именно этому человеку. Пусть он и был едва ли ни единственным, с кем она общалась в последнее время очень и очень близко.

– Эта тайна уйдет со мной в могилу, – повторила она слова Степана, прозвучавшие в кафе.

– Хорошо, – помолчав, проговорил Ажур, постукивая пальцами по подлокотнику кресла, – У меня есть к тебе деловое предложение.

– Секс за деньги – сразу нет, – предупредила Ядвига Петровна.

– Спешу тебя огорчить, Ягодка, но твои трусы

с бабочками меня ни капли не возбуждают, да и ты не в моем вкусе, – хмыкнул Ажур, – Разве что сама не упадешь к моим ногам.

– И не мечтай! – фыркнула Ядвига, бросив на собеседника уничижительный взгляд.

– Я предлагаю тебе работу, – вернулся к деловому тону Ажур, – Наладишь работу пары – тройки компьютеров, сеть, туда – сюда. Ну, все, что нужно в приличной конторе. И по ходу дела будешь выполнять отдельные просьбы руководства.

– Какие? – нахмурилась Ядвига, – В криминале я не работаю.

– Да? А пару часов назад ты чем планировала заняться? Или это у тебя хобби такое-щекотать нервы по ночам? – насмешливо полюбопытствовал Степка.

– Это другое, – насупилась Ядвига.

– Ага, считай, что я поверил, – махнул рукой Степан, – Короче, вернемся к моему предложению. Будешь работать на приличных людей, за приличные бабки. Никаких ночных вылазок и пьяных лошков. Что скажешь?

– И никакого криминала? – спросила Ядвига.

– Никакого, – кивнул Степан, не сводя взгляда с заинтересованного лица девчонки.

– У меня условие, – прежде, чем согласиться, вскинулась Ягушка, – Мне нужен отдельный кабинетик, даже крошечный, но отдельный. Гибкий график: захочу – буду работать ночами, а днем отсыпаться.

– Это все? – деловито поинтересовался Степан.

– Не – а, – махнула головой Ядвига, – Оригинал картины «Бабочка», хочу, чтобы висела на стене в кабинете. И огромную кружку. Да, точно! Чтобы в нее помещался литр кофе, не меньше.

– Ничего не забыла? – язвительно поинтересовался Степан.

– Ах, да, забыла, – кивнула Ядвига, – Отдельную статью расходов: на транспорт. Не хочу добираться за свой счет.

– Что – то еще? – спросил Ажур, дождавшись отрицательного ответа, вздохнул, – Нигде не слипнется, Ягодка? Кабинет, картина, кружка, колесные? Ты по алфавиту требования подбирала? Кабинет и транспортные расходы – обещаю. Все остальное – сама как-нибудь осилишь.

– Без картины работать не стану! – вздернула упрямый нос вредная девчонка.

– Будет тебе картина, – вздохнул Степан, – Но тогда никакого гибкого графика. Выходишь по первому звонку. Даже в выходной.

– За дополнительную оплату! – выдвинула встречное требование Ядвига.

– По рукам, – кивнул Степан, – И да, утром я пересмотрю свою страховку. Добавлю пункт о повреждениях, полученных по вине Избушкиной Ядвиги Петровны. Так что настоятельно рекомендую не калечить меня.

– Я очень сильно постараюсь, Степан Семенович Ажуров, – попыталась скрыть улыбку Ядвига. Мысленно ей хотелось добавить уже приклеившееся обращение «Кружавчик», но девушка вовремя

промолчала. Нельзя ведь неуважительно разговаривать с руководством.

Скрепив договор рукопожатием, Ядвига скрылась в отведенную ей на ночь комнату. А Степан еще некоторое время сидел на балконе и смотрел в звездное небо, задавая самому себе странные вопросы: какого хрена он только что принял на работу нового сотрудника и как все это преподнести Бессонову и Беку, чтобы без пояснений и подколов с их стороны.

* * *

Глава 4

Короткий стук в дверь показался Ядвиге чем – то незначительным. Пффф! Кто мог прийти к ней рано утром, в понедельник, еще и без звонка? Ответ был очевидным. Никто. И этого «никого» Серафима Исааковна – строгая и активная соседка – прогонит в два счета. Но стук в дверь повторился. Серафима Исааковна не спешила отчитать раннего визитера. И Ядвига с трудом сползла с постели. На удивление мягкой и удобной, в отличие от ее старенького диванчика.

Пришлось открыть один глаз, а потом быстренько его закрыть. Подниматься на ноги не хотелось. Хотелось спать. И Ядвигу совершенно не интересовало, где она находится в настоящий момент. А посему, Ягушка так и поползла, прижимаясь едва ли не лицом, к прохладному полу. Два метра до двери провалились в липкий туман. Девчонка, пребывая в состоянии полусна, умудрилась оказаться около двери и провернуть ключ в замке.

Силы закончились. Организм буквально кричал о желании провести в горизонтальном положении еще часиков, эдак, пять – восемь. И Яга смирилась с потребностями своего организма, развалившись посреди комнаты на мягком ворсе ковра.

Когда Степан медленно приоткрыл дверь, его взору предстала занимательная картина. Девушка лежала на спине, раскинув руки, в центре комнаты. Ее футболка практически не скрывала белья, задравшись до самой талии, демонстрируя те самые трусы в рисунок из бабочек. Волосы, спутанными прядями, разметались по высокому ворсу, торчали в разные стороны. На лице Ядвиги блуждала мечтательная улыбка крайне счастливого человека. А из приоткрытого рта вырывался легкий храп.

Степан прикинул, а что будет, если подхватить девчонку и бросить в наполненную водой ванну? Так и продолжит спать?

Бросив взгляд на часы, Ажур решил, что около получаса в запасе есть. А стало быть у мужчины появился хоть какой – то шанс отыграться за минуты ада, в котором он пребывал после атаки перцовым спреем. Во – первых, Степан вынул телефон и снял на видео картину под названием «Ядвига и Храп». Далее, вспомнив, что у него в квартире после переезда осталась парочка перманентных маркеров. Красный и черный. Быстренько сгоняв за орудием пытки, Степан вернулся в гостевую спальню. Ядвига, не сдвинувшись ни на сантиметр, все так же лежала посреди пушистого ковра. Даже футболку не отдернула. А посему место Степан выбрал сразу, отметив, какой плоский и аккуратный животик был у девчонки.