Предок

Сеймон Норман

–  Понимаю. Мы все понимаем, - твердо сказал Таффо, и его сородичи согласно закивали.
– Нам очень жаль, брат Эль. Но мы должны идти за семьями.

–  А мы - драться с Армией пауков, пока вы, дезертиры, будете гулять туда и обратно по Степи?
– зловеще проговорил Килк.
– Нет, ребята, так не пойдет. Без команды из строя не выходят.
– И что же?
– навис над ним высоченный даже для лесных людей Локки.

–  И… И я пока никуда не поведу Томаса. Отправимся к Питти все вместе и послушаем, что он скажет.
– Но ты обещал Класу вернуться, как только выяснишь, куда делся шаман, - напомнил Эль.
– А я еще не выяснил, понадобится ли ему мое копье в самое ближайшее

время. Это важнее. Эль промолчал. Во многом он мог упрекнуть Килка, но только не в недостатке верности шаману. Как знать, что может случиться, - люди из племени Оленей всегда держались немного особняком. Вздохнув, Эль пнул по ноге своего приятеля Локки и протянул ему порядочный кусок жаркого.

Глава 4

К Пчелиному ущелью Питти вышел намного легче, чем предполагал: помогло гудение, от которого, казалось, вибрировали земля и скалы. Рой слышно было настолько далеко, что шаман, в конце концов, стал сомневаться, что успеет дойти засветло.

Рокки чирикал почти шепотом, в самое ухо - уговаривал не ходить вообще. Деревья вдруг расступились перед ним, открывая большой луг с короткой, постоянно подъедаемой пчелами травой. Вот и сейчас там ползало десятка полтора полосатых насекомых - самых обычных, в полтора локтя длиной.

–  Япыпы!
– раздался голос из-за спины, и шаман подпрыгнул от неожиданности не хуже попугая. Великанский детеныш выглядел очень обеспокоенно, то и дело поглядывая на пчел округлившимися от ужаса глазами.
– Япыпы!- Не волнуйся, Уауа, я туда не пойду.
– Питти был даже рад мохнатому знакомцу: близость огромного пчелиного гнезда действовала на него угнетающе.
– Они всем роем когда-то свихнулись от злости на нескольких путешественников. И боюсь, меня все еще помнят… Я только хочу посмотреть, малыш. Вот там, видишь, место, где становится совсем темно и постоянно летают пчелы? Там теперь всегда темно, но раньше так не было. Раньше это было светлое, хотя и довольно узкое ущелье с самым обычным пчелиным гнездом. А потом с их роем что-то случилось, и вот посмотри, что он натворил. И это еще не все, я видел, как эти полосатые такое вытворяли, что… Ты меня не слушаешь, да, Уауа?
– Япыпы, - попросил великанчик.

–  Понимаю, брат Уауа, понимаю, сейчас уже идем. Рокки с тобой согласен. Я только хорошенько все запомню на случай, если придется, например, идти в темноте. Выйдя из пещеры, нужно идти прямо, пока не уткнешься в ручей, по нему до озера… Удивительно вкусная вода в вашем озере, брат великан. Только вот мне показалось, что там плавает кто-то большой, в глубине. Ты не знаешь, кто это?
– Япыпы…

–  Ладно, не важно. От озера прямая дорога на север, да тут уже и слышно. Пчелы гудят даже ночью, ты знаешь? Вот, теперь, наверное, можно возвращаться.

Будто поняв последние слова шамана, великанчик развернулся и зашуршал ветками кустарника обратно, не забыв крепко ухватиться за руку нерасторопного знакомого. Рокки прижался к щеке хозяина, опасаясь хлещущих ветвей, но не взлетел. Увлекаемый Питти еще несколько раз оглянулся на темное, колышущееся пятно вдалеке, обозначавшее вход в ущелье. Совсем не хотелось оказаться там еще раз, пусть даже и ночью, но кто знает, как все сложится в будущем. Уауа уверенно тащил его через заросли кустов, и шаман даже немного подталкивал малыша: вечерело, следовало поспешить. Попутно Питти обратил внимание на отсутствие вокруг обломанных сучьев: великаны сюда не ходили.

–  Давай-ка все-таки пройдем мимо озера, - предложил шаман Уауа и подкрепил просьбу мощным рывком, который малыш едва заметил.
– Может быть, ты мне

подскажешь, кто там живет.

Великанчик послушно изменил свое направление. Пройдя шесть или семь бросков копья, они оказались на берегу неширокого водоема, со всех сторон окруженного деревьями. В тех местах, где на воду падала тень, озеро казалось совершенно черным, мрачно глубоким. Покосившись на стрекоз, во множестве высматривающих рыбу, шаман пошел вперед, чтобы напиться. В прошлый раз вода показалась ему необыкновенно вкусной. Однако Уауа решительно сгреб его в охапку.
– Япыпы!

–  Но я лишь сделаю пару глотков, приятель!
– попробовал уговорить его шаман.
– Да, я знаю, там кто-то живет, большой и, наверное, хищный, очень жаль, что ты не можешь мне о нем рассказать. Но у берега мелко, я прекрасно вижу дно и успею удрать!- Япыпы, - стоял на своем Уауа.

Питти хотел уже смириться и продолжить путь ко входу в подземелье, как вдруг одна из стрекоз, бросившаяся к воде за неосторожной рыбкой, оказалась схвачена кем-то, кто сначала показался шаману водяной змеей. Вроде той твари, что вытащил из ручья Эль, только гораздо длиннее. Между тем, рванувшееся кверху насекомое все тащило и тащило змею вверх, локоть за локтем вытягивая ее под солнце, а конца этому гибкому, черному, блестящему телу все не было. Наконец, не выдержав этого веса, стрекоза рухнула обратно в озеро, подняв тучу брызг бешено работающими крыльями.
– Япыпы!
– с ужасом прижал к себе шамана великанчик. Полузадушенный Питти промолчал. Стрекоза в последнем рывке смогла еще раз немного приподняться над озером, но теперь ее обхватывали уже две змеи, а подмокшие крылья не могли выручить. Хищница упала и сразу скрылась под водой.

–  И все-таки я бы заметил этих тварей вовремя, - сказал шаман, как только сумел разжать объятия напуганного малыша.
– Прекрати орать, Рокки, ничего особенного не случилось! На твоем месте я был бы рад, что стрекоз стало хоть на одну меньше. Ладно, назовем это озеро Змеиным и пойдем дальше.

Против этого никто возражать не стал, и на закате они добрались до проема в подземелье, миновав по пути стойбище великанов. Теперь вся поляна была усеяна телами отдыхающих - племя все же собиралось вместе по вечерам. Какая-то великанша с седой шерстью начала было с рычанием отчитывать Уауа, но тот мгновенно удрал куда-то вглубь леса, чтобы снова появиться перед приятелем, как только стих бабушкин голос.

У входа в пещеру стояли Эль и Килк, о чем-то вяло переругиваясь. Появлению шамана оба так обрадовались, словно не виделись с прошлого лета.

–  Питти, Олени пришли!
– выпалил более импульсивный Эль.
– Говорят, что уходят, что ты обещал им дорогу к Кабаньей Голове показать! А этот вот герой с копьем на них кидается, я его еле оттащил!

–  Я сам ушел сюда, чтобы не связываться с этим Локки. Здоровый и глупый, - в свою очередь сообщил Килк.
– Питти, мы не должны их отпускать. А это что за животное с тобой? Оно не кусается?

–  Насколько я понимаю, внизу дежурят великаны, которые вас не тронули, верно?
– уточнил шаман.
– Значит, Бияш им все же что-то сказал. Дальше: всякие драки я запрещаю, даже на кулаках. А насколько я знаю Килка, он предпочитает копье, так?
– Так, - хмуро согласился ветеран.
– И терпеть насмешки ни от кого не собираюсь.
– Нет уж, потерпишь! Эль, это ты понаставил ему синяков?
– Ну… Не совсем… - потупился Пожиратель Гусениц.
– Понимаешь, мы взяли в плен…

–  Он хочет сказать, что я взял в плен воина, прилетевшего на воздушном шаре вместе с пауком. Паука я убил, а пленника ты знаешь - это Томас. Помнишь, как мы ускакали от него с латоргами?
– Где он?
– обрадовался Питти.